Во вторник Пресненский суд удовлетворил иск Бородачева, Лаврентьева, Ливанова и Наумова к Союзу кинематографистов (СК), признав нелегитимным VII съезд союза вместе со всеми принятыми на нем решениями — в частности, об избрании Марлена Хуциева председателем СК. Претензии истцов сводились к тому, что, во-первых, они не получали уведомления о собраниях по выбору делегатов, поэтому ущемлено их право на участие в съезде и предваряющих его мероприятиях, а во-вторых, эти самые делегаты от московского отделения были избраны в отсутствие кворума.
Глубоко философские споры о том, что это за зверь такой — «московское отделение союза», заняли большую часть сегодняшнего заседания.
И не сказать, чтобы по их результатам появился хоть призрачный намек на ясность. Истцы настаивали, что в оное отделение попадают автоматически, по месту проживания, поскольку иного регламента ни один документ не предусматривает. Таким образом, в московское отделение входят несколько тысяч кинематографистов, а столь многочисленного собрания, естественно, не было. Ответчики возражали: единственная бумага, подтверждающая существование столичного регионального объединения, относится к моменту его создания — тогда в нем зарегистрировали 453 человека. И, хотя отделение не проявляет никакой активности, и его деятельность нигде не задокументирована, все же можно утверждать, что общее московское собрание проходило — на него пришли 258 человек, а это составляет больше половины, то есть имел место кворум.
Если проследить за всем, что происходило во вторник в суде, становится понятно, что иного исхода процесса, кроме победы истцов, быть не могло.
Начать с того, что судья Печенина явно была настроена не затягивать дело и сегодня же покончить с этим иском: были отклонены все ходатайства со стороны ответчика.
Суд не согласился обязать к присутствию истцов, привлечь к делу Министерство юстиции, вызвать для дачи свидетельских показаний Никиту Михалкова, отложить слушание в связи с болезнью одного из адвокатов Хуциева Александра Островского («Вам что, одного адвоката мало?» — устало спросила Печенина). Отказано было также в просьбе о переносе прений, дабы у ответчиков была возможность подготовиться после приобщения новых документов. Самое же важное ходатайство было отклонено днем, когда представитель Марлена Хуциева выступил с предложением «для разрешения дела по существу», то есть пока в суде разбирается вопрос о последнем съезде, запретить Михалкову или его представителям созывать новый съезд, а также пользоваться денежными средствами, движимым и недвижимым имуществом Союза кинематографистов.
Не обошлось без привычного для разборок в СК обоюдного логического безумства.
Например, обнаружилось, что Ливанов, судя по спискам, присутствовал на пленуме во время обсуждения предстоящих собраний, а Бородачев, согласно свидетельским показаниям, и вовсе участвовал в съезде, так что пенять на неинформированность в их случае чрезвычайно странно. С другой стороны, представитель истца выдал доказательства того, что несколько человек — Голутва, Масленников и Учитель — значатся в качестве делегатов сразу от двух отделений — московского и питерского. Комментируя полученные списки, адвокат усомнился в том, что это одни и те же люди. «Может, просто однофамильцы», — предположил он.
Во время прений стороны обменялись финальными реверансами.
«Некоторые члены союза своим поведением дали усомниться в своих высоких целях», — высокопарно заявила представитель истцов. А в ответ услышала, что претензии ее нанимателей — это попытка «перевалить с больной головы на здоровую». Марлен Хуциев в своей речи вновь с обидой вспомнил о «лилипутах» Михалкова. «С Михалковым союз стал хиреть и материально, и нравственно», — говорил режиссер и даже решительно заметил, что, будь он прокурором, подал бы на самих истцов в суд, потому что «они совершают безнравственный поступок».
Вряд ли решение Пресненского суда знаменует окончание войны двух противоборствующих лагерей — наоборот, страсти разгораются все сильнее. Представители ответчиков уже сообщили, что собираются обжаловать решение в Конституционном суде и подать встречный иск о незаконности альтернативного съезда, который, напомним, назначен Никитой Михалковым на 30–31 марта.
