Куда только ни приводила почтенных мужей микробиология. Самым известным в наших широтах микробиологом, очевидно, является глава Первого канала Константин Эрнст, однако американские деятели искусств в этом отношении явно перещеголяли наших. Вряд ли в чьей-то извращенный ум могла прийти мысль скрестить означенного теледеятеля и подлинного героя поколения MTV середины 90-х Бивиса, но, кажется, именно от такой сумасшедшей селекции двадцать лет назад на музыкальной сцене возник лидер The Offspring доктор Брайан «Декстер» Холланд.
Каким-то немыслимым шизофреническим образом этот мужчина умудрился практически одновременно в конце 80-х выучиться играть на гитаре заветные три аккорда и получить ученую степень в университете.
Тогда же он с одноклассником Грегом Киселом собирает группу, которая через пару лет получает название The Offspring.
В начале 90-х американская музыкальная история пошла по двум векторам. С одной стороны, обитатели вашингтонского Сиэтла вроде Курта Кобейна и Эдди Веддера пели про подростковые депрессии и прочие экзистенциальные проблемы юности, с другой – в солнечной Калифорнии целый ворох юных талантов вдохновлялся пивом, чипсами и телками. Музыка эта получила название калифорнийский панк или поп-панк.
Декстер, как несложно догадаться, принадлежал к последним, но первые мимо его ушей явно не прошли.
По крайней мере, первый радио-хит «Self-Esteem» со второго и первого успешного альбома группы «Smash», при всей своей задорной позитивности, без зазрения совести использовал мелодию нирвановской «In Bloom». Таким ненавязчивым плагиатом группа пробавлялась на протяжении примерно всей своей истории, однако никому и в голову не приходило предъявлять обвинения, настолько непретенциозно, при всей кассовости, звучали эти песни.
В отличие от коллег из, например, группы Green Day, четыре года назад на альбоме «American Idiot» успешно перековавшихся из певцов пива и конопли в борцов с бушевским беспределом, The Offspring на всю жизнь остались верны коммерчески верной дороге стадионных придурков.
Тем более что после оглушительного успеха альбома «Americana» в 1998 году отступление от этой линии казалось чуть ли не преступным.
Эта пластинка выполнила сразу несколько задач. Во-первых, стала мультиплатиновой и плотно обосновалась в чартах. Во-вторых, раз и навсегда объяснила отношения группы с «настоящим» панк-роком: дуракаваляние гораздо больше интересовало музыкантов, чем всякий социальный протест. Железным подтверждением этого тезиса стали два суперхита с этого альбома – «Pretty Fly (For A White Guy)» и переиначенная (по традиции без ссылки на оригинал) битловская «Ob-La-Di Ob-La-Da» под названием «Why You Don't Get A Job». В-третьих, означенные композиции навсегда прописались на школьных дискотеках, обозначив целевую аудиторию.
Как только музыканты окончательно вычеркнули себя из рядов адептов честного панка, они получили возможность вполне по-панковски плевать на все нападки и заниматься тем, чем нравится.
Декстер, к примеру, имеет собственный самолет и в последнее время увлечен изобретением новых рецептов кетчупа, а на сцену может выйти не с праведным гневом в глотке, а с дорогой сигарой в зубах.
Справедливости ради добавим, что повторить успех «Smash» и «Americana» им так ни разу в дальнейшем и не удалось. Хотя на каждом из трех последовавших альбомов присутствовали песни, своими идиотскими жизнерадостными мелодиями врезавшиеся в память не хуже любых димабиланов.
В Москву они едут в рамках тура в поддержку своего нового альбома «Rise and Fall, Rage and Grace». Шесть лет назад они уже приезжали с альбомом «Conspiracy of One» и тогда собрали «Лужники». На этот раз площадкой станет «Олимпийский», но увеличение зала вряд ли грозит меньшей заполняемостью. Те, кто десять лет назад плясал в школе под «Pretty Fly», сегодня зарабатывают достаточно, чтобы на два часа вернуться в детство. Это вам любой микробиолог скажет.
