Цивилизация
Возможно, организаторам стоило рекламировать это мероприятие не столько как концерт «легенд индастриэла», сколько как уникальное визуальное шоу. Как это происходило, допустим, с концертами Жана-Мишеля Жарра — таинственные булькающие звуки его синтезаторов сами по себе явно не в состоянии были спровоцировать Ходынку на Воробьевых горах. Глядишь, подтянулись бы и снобы от индустриальной музыки, для которых воссоединение Throbbing Gristle или слухи о питерском концерте Einsturzende Neubauten в сентябре более волнительны, чем визит Nine Inch Nails, и прочие граждане, тронутые обещанием роскоши и лазеров.
Так или иначе, Малая арена «Лужников» оказалась заполнена примерно на три четверти, что хорошо, но для NIN, собирающих и большие площадки, все же маловато.
Как только погас свет, взгляды зрителей невольно устремились не на сцену, а в противоположный конец зала. Там, на огромном экране, закрывшем табло забитых шайб, показывали то, что принято называть «концептуальным видеорядом»: умный взгляд краснорожего павиана сменялся видами заснеженных вершин, а они, в свою очередь, испещренной рунами страницей некой явно сакрального содержания книжки. Сцена, кстати, была освещена таким образом, что музыкантов было почти не видно. Такую самоотверженность продемонстрировали московские альтернативщики INTACTO. Впрочем, если б не это, то запоминать из их выступления было бы и вовсе нечего, а концепция с первичностью транслируемого на экраны изображения оказалась не случайной.
Вышедшие на сцену в начале девятого Nine Inch Nails не стали, подобно своим предшественникам, отказывать зрителям в удовольствии их увидеть.
Однако сразу же стало понятно, почему светотехник группы — среднего роста коренастый мужик — перед концертом носился по отведенному ему и звукорежиссеру небольшому пространству подобно боксеру перед решающей схваткой. С первой же «Hyperpower!», перешедшей в «The Beginning of the End», сцену осветили десятки прожекторов, раскрасив и ее, и музыкантов во все оттенки черно-белого, а на «Closer» весь задник, казавшийся до этого непроницаемо черным, заполыхал красными иллюминаторами. Впрочем, что касается этой песни, то народу куда важнее было прокричать заветное «I Wanna Fuck You Like an Animal», нежели смотреть на результаты работы бьющегося в конвульсиях около пульта световика.
Побегав по сцене и опрокинув пару микрофонных стоек на «Gave Up» Трент Резнор со товарищи погрузились во тьму, пока техники опускали экран высотой в человеческий рост и выставляли Резнору и двум гитаристам лэптоп и синтезаторы. После первой, «роковой» части концерта пришло время для демонстрации электронных экспериментов. Вообще, слушать экспериментальную электронику на стадионе не очень удобно, но Резнор нашел из этой ситуации вполне остроумный выход. Пока он колдовал над своим ноутбуком, экран, который оказывался то позади, то впереди музыкантов, делал все шоу. Сначала музыканты возникли на фоне трех пульсирующих зеленых пятен, а в финале Резнор то и дело пролезал сквозь телевизионный «снег», на фоне которого стояли остальные участники группы.
Создавался эффект, будто это и не люди вовсе, а компьютерные модели, которые вот-вот распадутся на пиксели.
Сам Резнор очень сетовал на то, что московское шоу не удастся снять на видео, и еще до концерта обмолвился, что визуальная часть выступления в столице будет показана впервые.
Предпоследнюю «The Hand That Feeds» Резнор начал со слов «Fuck. George. Bush». Именно в такой пунктуации. Конечно, этого следовало ожидать. Но антиамериканский стандарт из уст затянутого в черное и напоминавшего Терминатора Резнора прозвучал настолько прочувствованно, что упрекать его в банальности даже как-то неудобно. После финальной «Head Like A Hole» музыканты удалились, расколошматив гитары оземь. Впрочем, они, конечно, вернулись для исполнения финальной «Hurt», на которой весь зал, как в старые добрые времена, озарился огнями тысяч зажигалок. На финальных аккордах на поднятом экране загорелся логотип группы, а в зале зажегся свет.
Это, безусловно, было одно из лучших шоу, когда-либо показанных в столице. Сам Резнор в свои 42 все еще остается одним из главных харизматиков американского рока, находится в прекрасной форме, разве что гитары крушит уже не на каждой песне.
Однако гвоздем в ботинке, раздражавшим все выступление, было чувство, что прожекторы и лазеры и в самом деле уже привлекают куда больше внимания, нежели сам этот более чем достойный музыкант.
