Хелнвайн в Австрии давно не живет. У него поместье в Ирландии, студия в Лос-Анджелесе и ирландское гражданство. Бестактно было бы спрашивать, любит ли художник, которого Норманн Мейлер назвал «одним из немногих восхитительных художников наших дней», свою прежнюю родину. Во всяком случае, отношения у них складывались сложно.
В Австрии принято считать, что эта страна является одной из жертв нацизма. Распространен лозунг «давайте забудем о прошлом». В общем, об этом лучше не говорить. Эта позиция понятна, в конце концов, какую еще идеологию выбрать побежденному народу?
Хелнвайн еще в конце шестидесятых годов выступил против этой позиции: написал в качестве домашнего задания в художественной школе портрет Гитлера, был из школы с треском исключен.
Потом он продолжил в начале семидесятых годов, когда увлекся перформансом и уличными театрализованными представлениями. Он был участником Wiener Aktionisten, группы художников-партизан, которые писали картины и плакаты, устраивали уличные хэппененги с элементами политического процесса. В 1971 году протестующие венцы налепили на картины Хелнвайна стикеры с надписью entartete Kunst, «дегенеративное искусство» — полузабытый термин, так охотно употреблявшийся нацистами.
Хелнвайн рано сформировал собственный стиль, сложный и безумный. Он изображает детей и нацистов, жертв и палачей. Иногда он просто рисует детей, тогда могут получиться совсем больные картины. Он черпает вдохновение у экспрессионистов и в поп-арте. Он гиперреалистичен, его картины, написанные акварелью в разных смешанных техниках, обладают фотографической четкостью, но при этом сюрреальны. Настоящей фотографией он тоже занимается, используя ее в разных сложных композициях и для постановочных портретов. Он почти всегда остросоциален и гневен, ярость его направлена на преступления нацизма и политику забвения и примирения.
В 1988-м, к годовщине Хрустальной ночи, он создал в Кельне, где он к тому времени поселился, Selektion — грандиозную стену плача высотой в четыре метра и длиной в сто, покрытую фотопортретами детей. «Селекция» — посвящение тем, кто был выбран, чтобы умереть в газовой камере. Позднее, чтобы совсем уж раззадорить критиков, он написал портрет мертвого мальчика, лежащего рядом с тарелкой еды, намекая на недавние признания психиатра доктора Хайнриха Гросса, признавшегося, что в его госпитале отравили сотни детей во время разных опытов.
Еще одна обсцессия художника — Дональд Дак и другие диснеевские мультики: «Я большему научился у Дональда Дака, чем у всех школ, которые я посещал».
Он встречался с Карлом Барксом, художником, рисовавшим Дональда, беседовал с ним о тайном ордене дональдистов, рассеянных по всему миру, и часто использовал этот образ — впрочем, у него все равно Дональд оказывался частью ужасного глобального дискурса шокирующей нацистско-педофилической порнографии.
Автор выставляется все время. В 1997 году его выставлял Русский музей, в 2005-м у него была огромная персоналка в Китае. В этом году он впервые за двадцать лет снова у себя на родине, причем не в Вене, а в Линце.
Там выставлены главные его работы включая серию автопортретов «Der Untermensch» (еще один специфически нацистский, конкретный термин: «недочеловек», так было принято называть всех неарийцев, семитов, монголоидов и черных). На одной из фотографий серии художник загримирован, его лицо — черная маска, только рот вымазан белой краской.
И самая, наверное, известная его работа тоже представлена на этой выставке. «Эпифания» или «Поклонение волхвов»: очень красивая блондинка, на коленях у нее — толстенький крепенький бутуз, окружают ее «волхвы» — пять изысканных, идеально причесанных офицеров СС.
В той же серии есть и поклонение пастухов с улыбающимися усатыми рабочими, и «Воскрешение младенца» с полицейскими дубинками.
Можно попытаться теоретизировать: работы Хелнвайна легко поддаются социально-политическому анализу, наверняка в этом есть попытка деконструкции религии, сравнение фундаментализма с человеконенавистнической диктаторской догмой, проблемы коллаборационизма.
Можно без этого обойтись. Хелнвайн — удивительный художник. Уильям Берроуз сказал о нем: «Функция художника — пробуждать опыт удивленного узнавания: показать зрителю то, что он знает, но не знает, что знает. Хелнвайн — мастер неожиданного узнавания». Это узнавание причинит зрителю неожиданную боль — но, собственно, ради этого-то и стоит ходить на выставки.
Face (признан в РФ иностранным агентом) It. Выставка Готфрида Хелнвайна. Австрия, Линц, музей современного искусства, до 5 июня. Многие работы Хелнвайна можно посмотреть на его сайте.
