Время опричников

Ирина Ясина о сбывающихся пророчествах Владимира Сорокина

Вообще-то я не очень люблю писателя Сорокина. Я не нашист, конечно, идеологических претензий у меня к нему нет. Я просто не очень понимаю его стиль и прочие выкрутасы. Короче, дело в моих литературных предпочтениях, а не в мастерстве писателя Сорокина. Но в одном я отдаю ему должное. Он настоящий провидец. Натуральная Кассандра. Ибо написал книжку «День опричника». Еще в самом начале 2000-х.

В одной из самых впечатляющих сцен уважаемые россияне жгут свои загранпаспорта на Красной площади. Все как один. Потому что не нужны им эти паспорта для поездки в проклятую заграницу.

Я честно думала, что все это фантазии писателя Сорокина, а никак не предвидение его. Пока не прочитала в газетах, что сотрудникам правоохранительных ведомств полагается загранпаспорта сдать и за рубеж более никогда не ездить. Тогда я зауважала писателя Сорокина со всей силой, на которую способен мой организм.

Позже донеслась до меня весть, что следующие на очереди в невыездные уважаемые судьи. Если честно, то судью, например, Данилкина, который когда-то состряпал не моргнув глазом обвинительный приговор по второму делу Ходорковского (признан в РФ иностранным агентом и внесен в список террористов и экстремистов) — Лебедева, которых, напомню, обвинили в краже у самих себя всей нефти, добытой компанией ЮКОС, я бы не выпускала и без этого. Просто чтобы не позориться, а вдруг кто его узнает и будет пальцем показывать.

Но всех-то правоохранителей за что? Ведь если они хотят потратить свою трудовую копеечку не в Крыму и не в Сочах, а где-нибудь на берегу турецком, то они же по Конституции РФ имеют те же права, что и другие граждане? Или я ошибаюсь?

Я, конечно, понимаю, что никто из правоохранителей и даже судей не станет обращаться в Конституционный суд с просьбой разъяснить, каким образом их права вдруг стали отличаться от прав других сограждан.

Более того, я догадываюсь, что даже если кто-либо из них туда обратится, то наш Конституционный суд извернется самым решительным образом и примет такое решение, какого ждут от него партия и правительство. Простите, я сбиваюсь на лексику, имманентно присущую мне, как каждому успевшему пожить в СССР.

Я хорошо помню те времена, когда для того, чтобы поехать в Польшу, мне надо было собрать визу комитета комсомола факультета, потом партийного комитета факультета, потом комитета комсомола университета и потом, наконец, самого партийного комитета университета. По прибытии обратно я должна была загранпаспорт сдать и в следующий раз, если мне взбредет в голову, повторить тот же путь. Но из Польши я возвращалась, когда Советский Союз уже дышал на ладан, а потому осмелилась забыть вернуть паспорт. Так и лежал он у меня дома в ящичке, пока его недавно не нашла моя дочь и очень смеялась, увидев там выездную визу.

Бедная девочка — что-то подсказывает мне, что она вполне рискует испытать все эти прелести на собственной, привыкшей к свободе передвижений шкуре. А если серьезно, то я думаю, что никому, кроме правоохранителей и судей, ну еще, может быть, военных, а фээсбэшники и так давно за границу не ездят, если только не засланы туда по делу, это не грозит.

Мне кажется, что «партии и правительству» как раз было бы очень выгодно, чтобы все эти умники, не связанные с обслуживанием нефтяных и газовых труб, куда-нибудь свалили и больше перед глазами не маячили.

И не смущали верных правоохранителей, нечаянно заглянувших в интернет, а не в телевизор (туда можно и даже нужно), своими странными размышлениями о всяких там свободах.

Кстати, писатель Сорокин написал и другую книжечку, в продолжение опричника. Называется «Сахарный Кремль». Сдается мне, она тоже может оказаться пророческой. Только я, как патриот и гражданин своей родины, совсем не желаю, чтобы эти пророчества сбывались.