Екатерина Шульман
о новой роли
российского парламента

Путин — не Абу Бакр

16.06.2014, 08:20

Георгий Бовт о том, как за украинскими событиями мир пропустил начало новой войны в Ираке

Пока Барак Обама со товарищи по «большой семерке» пытаются учить Путина хорошим манерам международного права на примере Украины, случился, как говорят, эпический провал на том направлении, который недавно называли несомненным достижением внешнеполитического курса нынешней администрации вообще и на Ближнем Востоке в частности.

Ирак, оставленный американскими войсками три года назад на попечение правительства Нури аль-Малики и шиитского большинства, разваливается.

Это логичное продолжение гражданской войны с религиозным оттенком, не прекращавшейся все годы после свержения Саддама. Только в прошлом году в ней погибло от терактов и боестолкновений более 8800 человек.

Суннитские исламисты – так называемое Исламское государство Ирака и Леванта, группировка, отпочковавшаяся от «Аль-Каиды» и претендующая на роль главных воинов джихада против Запада, накопила силы в не контролируемых сирийским правительством Башара Асада районах. Она укрепилась там в том числе благодаря прямой военной помощи союзников США на Ближнем Востоке (таких, как Саудовская Аравия и Катар), а также косвенной помощи самих США в их неуемном стремлении свергнуть-таки ненавистного Асада (он, видите ли, тиран).

По сути, эти боевики были взращены в ходе развязанной в Сирии гражданской войны. Повторяется история с Бен Ладеном, вскормленным в свое время в Афганистане, только уже в гораздо большем масштабе.

Исламисты вторглись в Ирак. Как нож сквозь масло, они прошли сквозь многократно превосходящие силы иракской регулярной армии, на перевооружение и обучение которой были потрачены миллиарды долларов американских налогоплательщиков.

Общая численность иракской армии – до 900 тыс., исламистам (по некоторым данным, не более 6–7 тыс. человек) непосредственно противостояло около полумиллиона солдат. Они разбежались.

Почти без боя был взят второй по величине город Ирака Мосул, десятки городов к северу от Багдада. Включая родину Саддама Хусейна Тикрит. Это районы с преобладающим суннитским населением, составлявшим правящую элиту страны при Саддаме.

Затем по воле США их союзников они отдали власть шиитскому большинству (60% населения). Не обошлось, разумеется, и без резни суннитов. Правительство аль-Малики вообще в последнее время третировало их как могло, лишая должностей и превратив во второсортное меньшинство. В результате суннитские племена сейчас массово поддерживают исламистов, тогда как раньше были против них.

Можно провести определенную (хотя и условную, конечно) аналогию с тем, как сегодняшний Киев третирует юго-восток страны.

К аль-Малики Обама обращается с призывом решить внутренние проблемы, приведшие к нынешнему обострению. Порошенко же воодушевляют на силовое подавление сепаратистов, будто никаких «внутренних проблем» с юго-востоком нет.

Христиан Ирака, впрочем, которых до войны были сотни тысяч, постигла еще более печальная участь: они либо пополнили ряды беженцев (в той же Сирии), либо были истреблены. Остатки, бежавшие из района Багдада, сосредоточились как раз в долине Ниневии, где их предки жили еще с ранних христианских времен: помимо ассирийцев (древнейшая неарабская община страны) здесь обитали халдеи, приверженцы сирийского православия, армяне и евангелисты.

Особых причитаний в западной прессе по поводу массового истребления и гонений на христиан не было: чай, не «русский медведь» топчет украинскую «европейскую» демократию.

Ираку после «реконструкции» сулили чуть ли не рассвет демократии джефферсоновской. Теперь многоопытная Хиллари Клинтон, бывшая госсекретарем во время «несомненного достижения» на Ближнем Востоке, говорит, что для нее все происходящее – большой сюрприз.

Окрестности взятых городов усеяны обезглавленными телами правительственных солдат и полицейских. Захвачены вооружения, поставленные американцами, в том числе тяжелые. Введены нормы шариата в средневековом варианте. Западные граждане и дипломаты в панике покидают Ирак.

Счет беженцев приближается к миллиону. Бегут не столько на юг, сколько на север, в районы, контролируемые курдами. Те обладают боеспособными частями и способны дать отпор исламистам. Курды уже взяли под контроль город Киркук, который считают своей столицей. Вся эта одноименная нефтеносная провинция находится под полным контролем вооруженных отрядов курдов «Пешмерга», правительственных сил там нет и в помине.

Ирак может расколоться на три части – курдскую, суннитскую, в основном к северу от Багдада, и шиитскую, к югу от него. Что было бы логично для очередной страны, собранной в свое время наспех из осколков империи.

После Первой мировой войны Ирак и возник как государство из этих трех составных частей – бывших провинций Османской империи. Впрочем, армия исламистов не собирается пока останавливаться, находясь всего в нескольких десятках километрах от Багдада. Возможно, она предпримет штурм столицы и будет наступать на юг, где находятся главные святыни шиитов.

Религиозная война не знает географических преград. Сунниты не забыли резни, устроенной им «армией Мехди» в 2005–2006 годах, причем практически при несопротивлении тому со стороны оккупационных сил, видевших в этом, видимо, «конструктив» по части процесса «дебаасизации страны » (партия БААС – «Арабского социалистического возрождения» – была правящей при Саддаме).

Примерно так смотрели в свое время на преступления против сербов в Югославии – как на часть борьбы с Милошевичем.

Кроме того, с «потерей» суннитами Багдада в пользу, как их называют исламисты, «презренных политеистов» шиитов никогда не смирялись такие могущественные суннитские государства, как Саудовская Аравия.

Кстати, в отличие от ополченцев Донбасса и Луганска сунниты сразу же налаживают работу собственных управленческих структур, занимаясь вопросами местного хозяйства, формируя протогосударство. Мосул может стать его столицей. «Исламское государство Ирака и Леванта», таким образом, стало самой успешной до сих пор попыткой установить власть «воинов джихада» на столь обширной территории.

Для дополнения картины эпического провала всей многолетней «реконструкции» Ирака стоит сказать о том, кто, собственно, возглавляет поход исламистов. Это человек по имени Абу Бакр аль-Багдади, известный еще под именем Абу Дуаа. В свое время содержался в американском лагере Кэмп Бокка в Ираке как террорист-алькаидовец. В 2009 году лагерь был закрыт обамовской администрацией как свидетельство прогресса строительства иракской демократии и укрепления сил безопасности. На сей счет была специальная сделка с правительством Ирака. Все узники были освобождены, включая Абу Бакра. Тот отправился воевать против Асада. Но, как видим, «своим сукиным сыном» так и не стал. Вспоминается пословица про тараканов, которых никому еще не удалось приручить.

Перед Обамой – а администрация за несколько дней, словно впав в ступор, не проронила ни слова про падение Мосула – сегодня ограниченный набор мер. Самое радикальное – это нанесение авиаударов по позициям исламистов. Наземной операции не будет: общественное мнение не поддержит втягивания в эту заваруху.

А вот Иран вмешается уже в ближайшие дни. Тегеран не будет смотреть, как родственные ему шииты подвергаются новой резне со стороны суннитов, и может ввести в Ирак войска.

Передовые части числом до 2 тыс. уже находятся в Багдаде. Скорее всего, на почве поддержки шиитского правительства аль-Малики будет налажено взаимодействие – первое подобного рода за последние десятилетия – между Ираном и США, что сделает снятие с Тегерана санкций уже практически неминуемым, тем более что по ядерной тематике договоренность близка: в контексте политики «сдерживания России» и ради допуска Ирана на энергетический рынок (в противовес Москве) ему разрешат и обогащение урана.

Правительственным силам Ирака, мобилизовав в том числе отряды добровольцев-шиитов (их почти 100 тыс. уже встали под ружье по призыву видного шиитского клирика, рожденного в Иране аятоллы Али аль-Систани, это «Правый сектор» Аль-Малики), скорее всего, удастся отбить атаку исламистов.

Однако военная победа в данном случае (как, скажем, и разгром ополченцев Луганска и Донецка) не есть решение проблемы.

Писать в связи с этим об очередном крахе попыток построить демократию в странах, где не изжиты нравы средневековья, – повторять банальности. Как и разжевывать собственное мнение о том, что Обама – неудачный президент, ставший таковым в силу демографических причин (особой плодовитости тех категорий населения, кто голосует за демократов) и метаний в Республиканской партии, впавшей в правоконсервативный маразм.

Однако, мне кажется, глупее всего сегодня выглядят попытки представить Россию чуть ли не врагом номер один Запада и США в связи с событиями на Украине, чуть ли не уже экспортером терроризма.

Путин, в конце концов, не Абу Бакр какой-нибудь. При том что сами эти события стали во многом результатом затеянной не без участия Брюсселя и Вашингтона игры в перетягивание каната с Москвой в «большой шахматной игре» за Украину. Эта игра на территории Восточной Европы и всего постсоветского пространства длится вопреки всякому рациональному смыслу все время после окончания «холодной войны».

При том что еще 11 сентября 2001 года было показано, кто именно является общим смертельным врагом не только Запада, но и России. Воинствующий террористический исламизм. Что в свое время в Чечне, что в Афганистане, что в терактах в Нью-Йорке и Лондоне, что в Сирии, что теперь в Ираке.

11 сентября Путин был первым, кто позвонил Бушу. Не думаю, что теперь он предложит хоть какую-то помощь Обаме. Слишком многое испорчено, слишком глубоко проросли двойные и тройные стандарты. Слишком велики взаимные обиды, непонимание, уже и личная неприязнь. Слишком далеко также зашел и нынешний российский режим в своем параноидальном, деструктивном, заполошном антизападничестве, где солируют политические фрики.

И чем дольше будет откладываться разговор о том, что нас все же объединяет, в чем мы можем сотрудничать, тем быстрее мир будет сползать к тому, что одни изящно называли столкновением цивилизаций, а другие проще – третьей мировой войной.