Хэппи энд-шпиль

Константин Михайлов о том, зачем набирает высоту офисная новостройка в центре

Константин Михайлов 07.10.2014, 12:58
Артем Сизов/«Газета.Ru»

Последний офисный комплекс в ЦАО, в просторечии называемый «пирамидой Хеопса», в мэрии Москвы сочли, судя по всему, недостаточно выдающимся. И решили исправить это специальным шпилем, увеличивающим высоту здания на целых 36 м. Как рождаются подобные озарения? И что останется от них в истории?

Вот что пишут в газетах: градостроительно-земельная комиссия Москвы (ГЗК), возглавляемая мэром Собяниным, пересмотрела проект градплана земельного участка (ГПЗУ) по адресу: Оружейный переулок, 41. Зачем? «Для возведения шпиля». Высота здания увеличится со 129 до 165 м, а площадь его останется неизменной — 119 310 кв. м.

Как сообщают, земельный участок был предоставлен инвестору для проектирования и строительства административно-торгового комплекса еще в 1995 году. С 2008 года стройка остановилась из-за финансовых проблем инвестора. На протяжении последующих лет у объекта неоднократно менялись собственники. Решением ГЗК от 19 июня 2014 года инвестору (в настоящее время его зовут ЗАО «Садовое кольцо») был продлен срок реализации инвестиционного проекта — до конца 2015 года.

В подобных случаях мне всегда вспоминается пассаж Писарева, неважно, в адрес какого именно автора: имярек, видимо, полагая, что он недостаточно скомпрометировал себя своим романом, решил довершить это дело особым «объяснением».

Да, Москва, видимо, сочла себя недостаточно украшенной «последним офисным комплексом в ЦАО», в просторечии называемым «пирамидой Хеопса», и решила довершить это дело специальным шпилем, увеличивающим высоту здания на целых 36 м. Комплекс «Оружейный», по соседству с которым высокие доходные дома-памятники начала ХХ века на Садовом кольце кажутся кукольными домиками, и без того виден из всех концов города — из Замоскворечья, с Воробьевых гор, не говоря уж о близлежащей округе.

Кто и почему решил, что центр Москвы должен обрести новую архитектурную доминанту именно на углу Садового кольца и Краснопролетарской улицы, из каких законов градостроительного развития это вытекает — боюсь, навсегда останется тайной.

Если бы что-нибудь подобное попытались построить, например, в центре Петербурга, не говоря уж о Париже и Риме, не обошлось бы без скандала, возмущения, дискуссий и прочих разборов полетов. Москва, как бумага, все терпит, и на «пирамиду Хеопса» взирает почти равнодушно. И не такого навидалась в последние 20 лет. Глаза отводить — себе дороже. Налево посмотришь — увидишь «Москву-Сити», направо посмотришь — узришь новый высотный комплекс на Домниковке… Но шпиль? Кто и почему решил за весь город, что с хрестоматийными шпилями семи московских высоток должен с 2015 года начать спорить шпиль на новостройке в самом центре?

ГЗК по стилю и методам своей работы более всего напоминает мне конклав кардиналов, выбирающий Римского папу; нам, простым наблюдателям, по заветному белому дымку над трубой узнающим о продлении или расторжении того или иного инвестконтракта, неведомы мотивы продлений и расторжений.

А посему — что нам, простым смертным, остается? Следить за постановкой архитектурной пьесы. Вот такой, например:

Представитель инвестора: Слушай, мы тут подумали немного… Давай перепишем наш ГПЗУ? Высоту хотим поменять. Немного, всего 36 м сверху.

Представитель мэрии: У вас там 129 м! 119 310 квадратов! На Садовом-то кольце! Мужики, ну вы имейте совесть! Нам и так каждой стройкой в глаза колют, фасад какой-то с завитушками на Тверской уронили, так все неделю с ума сходили: «произвол», «беспредел»… Узнают еще, где произвол и где беспредел. Еле разгребли.

ПИ: Да нет, нам не надо квадратов, мы и эти-то не знаем, куда пристроить. Мы другое придумали — шпиль.

ПМ: Шпиль?

ПИ: Шпиль.

ПМ: А какого… лешего вам там — шпиль?

ПИ: Ну, ты понимаешь… Нашего на прошлой неделе занесло на смотровую площадку на Воробьевых горах. На Москву посмотрел. Приехал мрачный, собрал всех. Что, говорит, построили? Чем думали? Мы сидим, не понимаем, о чем спич: что он, не знает, что ли, что построили? А он фотку в айпэде показывает. Вот, говорит, у высотки на Кудринской наверху — шпиль. У МИДа на Смоленке — шпиль. У гостиницы «Украина» — шпиль. Я говорю: Иван Иваныч, это же сталинские высотки, пафос победы, стиль империи, сейчас другое время… А он мне: смотри сюда!

На «Имперском доме» на Якиманке — шпиль. На «Триумф-Паласе» — шпиль. А наша стоит как Золушка, понимаешь. Ты хочешь, чтобы потом говорили, что у нас ресурса на шпиль не хватило?

ПМ: А архитектор был? Они ведь такие… нервные, творческие. Помню, один, когда мы у его дома хотели несколько этажей срезать, кричал: это все равно что Кремль снести!

ПИ: Был. Не кричал. Посидел, повздыхал, подумал. Взял карандаш, пририсовал шпиль. Правильное, говорит, решение, Иван Иваныч. При Сталине тоже так делали. Сначала строили, а потом шпиль приделывали. Теперь здания — памятники архитектуры.

ПМ: Но мы не можем вот так, с бухты-барахты. Представляли, рисовали, обсуждали, утверждали. Визуально-ландшафтный анализ, то да се. Обоснование нужно.

ПИ: Да оно тут, со мной. В приемной у тебя сидит. Эксперт из этого, как его, научного ООО «38 Генпланов». Если что надо обосновать, мы ее всегда зовем. Ну там, снести что-нибудь или охранную зону обкорнать. Рекомендую, кстати. Приглашу?

ПМ: Зови.

Эксперт (входит и зачитывает): Учитывая значительную трансформацию исторической среды в данном квартале и изменение морфотипа сложившейся городской застройки, а также необходимость согласования визуального восприятия объектов нового строительства в сложном взаимодействии…

ПИ: Ты к выводам переходи, поздно уже.

Э. (листая страницы): К выводам… да, вот они: «свидетельствует о невозможности согласиться со столь радикальным изменением облика уже построенного здания, вызывающим к тому же ложные ассоциации с известными памятниками архитектуры советского периода»…

ПИ: Это что еще такое?

Э.: Ой, извините, техническая накладка, это у меня от предыдущего заказчика бумажка подкололась, секундочку, вот: «будет способствовать гармонизации облика центральной части Москвы, создавая визуальную преемственность между архитектурными сооружениями разных эпох».

ПМ: Ну, наверное, с этим на ГЗК можно. «Будет способствовать»… Только давай договоримся, что это последний раз, когда мы вам ГПЗУ переписываем, а то ведь ваш еще что-нибудь где-нибудь увидит. Вы его, пожалуй, в Сингапур или в Абу-Даби не пускайте. Да и вы городу тоже в случае чего — будете способствовать?

Занавес.

Примечание: вышеприведенные разговоры, названия и персонажи — исключительно фантазия автора. Решение ГЗК — к сожалению, нет. Все прочие случайные совпадения являются случайными совпадениями.

Автор — координатор «Архнадзора», член Совета при президенте РФ по культуре и искусству