Как Россия теряет союзников в Азии
Кто может покинуть правительство

Наследники роялистов

Социальная роль бизнеса в России переоценена

Петр Бизюков 04.09.2012, 11:26
Почему бизнес должен получать преференции за счет наемных работников? ИТАР-ТАСС
Почему бизнес должен получать преференции за счет наемных работников?

РСПП снова предлагает ухудшить положение наемных работников, словно находясь в молчаливых и тучных «нулевых». Для сегодняшней страны такие идеи не годятся.

«Они ничему не научились и ничего не забыли!» — именно так французы двести лет назад комментировали возвращение к власти монархистов, которые после революции начали насаждать в стране старые порядки, не понимая, что время королей ушло – люди и страна изменились. Увы, но Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) с его идеями реформирования Трудового кодекса можно называть духовным наследником французских роялистов, которые не способны адекватно воспринимать настроения людей и ситуацию в стране.

РСПП опять выдвинул свои двухгодичной давности залежалые идеи по перекладыванию экономических проблем работодателей на работников. Именно так! Потому что назвать сделанные предложения модернизацией трудового законодательства нельзя.

Удивляют не сами предложения. Их уже обсуждали, и не один раз. Неоднократно говорилось, что снятие ограничений по продолжительности рабочего времени и сверхурочных работ приведет к повсеместным «добровольно-принудительным» переходам на удлиненный рабочий день. Причем повышенной оплаты за дополнительную работу устанавливать никто не собирается. Как и, наоборот, никто не хочет платить за простой при уменьшении количества рабочих часов. А еще — облегчение процедуры увольнения. А еще — расширение оснований для заключения срочных трудовых договоров с работниками, которые, как показывают исследования, вовсе не срочные, а имеют открытую дату окончания. Причем срок окончания определяет работодатель, руководствуясь собственными соображениями. Захочет – продлит, не захочет – расторгнет через неделю договор, заключенный на год. Ведь главное в срочном договоре — это «подвесить работника на крючок», чтобы для него каждый день был как последний, чтобы каждую минуту помнил, что нельзя противиться воле начальства, чтобы не вспоминал о таких глупостях, как трудовые права или нормы оплаты или безопасности.

Уже просто невозможно без горькой усмешки обсуждать инициативу о желании работодателей в одностороннем порядке расторгать и менять содержание трудовых договоров в случае возникновения кризиса, спада спроса на продукцию и даже введения новых технологий. Надо же, за ошибки службы маркетинга, которая прозевала заказы и допустила снижение сбыта продукции, теперь будут расплачиваться работники! Ну и новые технологии, видимо, в нашей стране сваливаются как снег на голову, их невозможно спланировать заранее и подготовиться к ним, проведя нормальную работу с персоналом – переобучив одних и цивилизованно расставшись с другими.

Да и желание устранить нормы по размеру зарплаты, стандартам ее повышения тоже не вызывает понимания. Сегодня, когда есть такие ограничения, как прожиточный минимум и минимальная зарплата, встречаются ситуации, когда люди, работающие по восемь часов полный рабочий месяц, зарабатывают три тысячи рублей! Не часто, но встречаются. Что произойдет, когда все эти ограничения исчезнут?

Хотелось бы посоветовать реформаторам из РСПП: вы предложите нечто подобное налоговикам. Объясните им, что не можете платить все, что положено, что хотели бы в одностороннем порядке менять суммы платежей по налогам из-за особенностей сбыта продукции, кризиса и т. п.

Или предложите банкам, чтобы платежи по кредитам осуществлялись тогда, когда вам это удобно и выгодно, а не тогда и так, как это предусмотрено договором. Только потом не забудьте подробно рассказать, что они вам ответят по этому поводу.

Удивляет объяснение, почему надо так сделать. Оказывается, изменения нужны, чтобы работодатели смогли пережить экономический спад. А наемным работникам, выходит, экономический спад ничем не грозит, и это можно сделать за счет них.

Предлагаемые меры носят абсолютно односторонний характер и подразумевают абсолютное ухудшение социально-экономического положения многомиллионной группы наемных работников.

В предложениях РСПП нет даже намека на то, что естественно для партнеров, которые попадают в непростую ситуацию, где одной из сторон требуется какая-то поддержка. Речь идет о том, что, вынужденно ущемив своего партнера в одном, надо предложить ему в качестве компенсации какое-то преимущество в другом. В качестве примера можно рассмотреть такую неоднозначную идею: просим расширить возможности применения срочных трудовых договоров, но взамен предлагаем запрет на их досрочное расторжение и повышенную оплату тем, кто работает по таким договорам. Или отменяем ограничения по сверхурочной работе, но с условием, что за счет этого увеличивается оплачиваемый отпуск. Снимаем ограничения по оплате, но вводим правовые гарантии для профсоюзов, защищаем от увольнения их лидеров и существенно упрощаем процедуры индивидуальных споров и забастовок.

Вместо этого в предложениях бизнес-сообщества высказывается желание сделать основой трудовых отношений не регламенты, а договоренности между работником и работодателем. Но здесь возникает такое количество вопросов, для которого в данной публикации просто не хватит места. Как договариваться с работодателем, если он не желает идти на компромисс? Калужский «Фольксваген» встает на грань забастовки из-за того, что работодатель не хочет повышать тариф, который реально увеличит зарплату работникам успешного и прибыльного предприятия, а хочет соответствующим образом увеличить размер премии, которую в отличие от тарифа всегда можно отменить. Переговоры шли не один месяц, но их трудно вести, если одна из сторон не хочет договариваться.

И дело здесь не в том, что профсоюзы слабы или не авторитетны. Там, где профсоюз силен, его начинают дискредитировать. На лидера эффективного профсоюза докеров в Приморье в преддверии переговоров с помощью полиции возбуждают под надуманными предлогами несколько уголовных дел. Там, где профсоюз только начинает действовать, его блокируют. В Саратовской области руководство торговой сети «Магнит» не дает профсоюзу не то что начать переговоры, а просто начать работать. И в этом им активно помогают власти, готовые давить и запугивать тех немногих работников, которые хотят по-настоящему договориться с работодателем о том, как и за сколько должны работать люди. Сюда же можно добавить преследование лидера профсоюза «Скорой помощи» в Ивановской области, увольнения капитанов аква-автобусов в Питере после того, как они возмутились многомесячными задержками зарплаты и односторонним пересмотром трудовых договоров в худшую сторону. Это случаи давления и расправ, которые зафиксированы только в августе текущего года. По данным мониторинга трудовых протестов, который ведется в ЦСТП, за последние три года наблюдается устойчивое увеличение количества случаев давления на работников и профлидеров, осмелившихся отстаивать свои права. Думается, что даже из этого понятно, какими будут переговоры работодателей с работниками.

На фоне этого встает вопрос: а почему, собственно, бизнес должен получить какие-то преференции, причем за счет других? Уже стало банальным задавать вопрос,

что такого за двадцать постсоветских лет создал бизнес в России. Поднял экономику? Нет. Повысил уровень жизни? Тоже нет. Создал известные всему миру продукты или технологии? Снова нет.

Российские бизнесмены прославились в мире заграничными кутежами и мотовством, коррупционными скандалами и заработали стране славу местности, где царит дикий капитализм. Однако с экранов и страниц бизнес-изданий по-прежнему транслируется идея, что предприниматели — это те, кто выведет наше общество в светлое будущее. Откуда взялась эта идея? Похоже, что речь идет о российской реинкарнации старой заокеанской максимы, высказанной в 1950-е годы: «Что хорошо для «Дженерал моторс», то хорошо для Америки!». Но мир изменился, и уже американский президент, готовясь к своей предвыборной кампании, говорит: «If you`ve got a business, you didn`t build that. Somebody else made that happen!» («Если у вас есть бизнес, то не только вы его создали. Другие тоже участвовали в этом!»). Обама озвучил идею, которая набирает все большее количество сторонников. Смысл ее в том, что любой бизнес стоит на плечах предыдущих поколений, в его создании принимали участие наемные работники, которые своими силами и стараниями воплощали замыслы предпринимателя. Наконец, созданные обществом институты защищают собственность, правовую и социальную системы, учат и лечат людей, которых бизнесмен может вовлечь в свои планы.

Критикуя российский бизнес за его подходы к реформированию труда, никто не собирается отказываться от рынка, от частной собственности. Нет необходимости лишать предпринимателя доходов и прибыли, если они заработаны энергией, знаниями, умениями и добросовестным подходом к делу. Но

сегодня надо признать, что социальная роль бизнеса в России переоценена.

Ситуация требует пересмотра – слишком много негативных характеристик бизнес-сообщество набрало за минувшие годы. И первое, что нужно сделать, это отказать предпринимательскому сообществу в титуле «локомотива» экономики. Тех возможностей, которые сегодня есть у бизнеса, вполне достаточно и для того, чтобы выживать в кризисных условиях, и для того, чтобы развиваться. В стране есть примеры, когда предприниматели, опирающиеся на интеллект, энергию, демонстрируют это. Они в новом крепостном праве не нуждаются, оно нужно тем, кто боится конкуренции, кто посажен на пилеж финансовых потоков, кто удерживается на своем месте только благодаря «крыше».

А насчет идей РСПП — следует напомнить, что все эти предложения выдвигались с середины 2000-х годов и в нынешней их форме были высказаны в ноябре 2010 года, когда царил дух пассивности и молчания, бывший главной особенностью тучных «нулевых» годов. Видимо, тогда у бизнес-лидеров страны и родилась идея «покорного труда». За минувшие два года было высказано много и эмоциональной, и весьма рациональной критики этих предложений. Да и ситуация в стране за последние два года значительно изменилась. Исчезла социальная пассивность, усиливаются протесты — и общегражданские, и трудовые. Активизируются общественные организации, и профсоюзы в том числе. Но, судя по всему, РСПП до сих пор застрял в середине нулевых годов. Можно обсуждать, насколько устарел Трудовой кодекс с его жестким стандартом рабочего времени, необходимостью индексировать зарплату, соблюдать нормы безопасности и т. п. Но предложения РСПП точно устарели лет на пять. Для той страны, которой стала и становится Россия, такие поправки уже не годятся.

И еще, попытки большого бизнеса заткнуть рот профсоюзам и отнять у работников общепринятые права и гарантии, странно похожи на стремление политических властей лишить голоса и средств мирного протеста своих политических оппонентов. Видимо, в РСПП решили, что раз Кремль провозгласил «эпоху закручивания гаек», то надо воспользоваться ситуацией и тоже устранить своих несогласных.

Автор — ведущий специалист Центра социально-трудовых прав