Не желая признавать решения международных судов в отношении своих граждан и компаний, Россия не может претендовать на исполнение решений российских судов за рубежом.

История маленького Вани Скоробогатова ужасна. В годовалом возрасте Ваню и его сестру-двойняшку Дашу забрала из челябинского детдома американская семейная пара. Майкл и Наннет Крейверы сильно разочаровались, по крайней мере, в мальчике: «он был трудный ребенок» и «имел склонность к членовредительству», заявили они в суде после смерти Вани. Мальчик погиб от черепно-мозговой травмы и был сильно истощен, и, похоже, его часто били смертным боем. Что происходило с Дашей, не сообщается – но, во всяком случае, она жива и передана родственникам приемного отца. Суд города Йорк (Пенсильвания) признал супругов Крейверов виновными в непредумышленном убийстве мальчика и приговорил их к 16 месяцам лишения свободы. Но они уже провели в тюрьме 19 месяцев, а потому выпущены на свободу.

Решение американского суда вызвало справедливое и понятное возмущение многих граждан по обе стороны океана и российских властей. Действительно, в этом суде произошло что-то очень странное, с чем надо бы еще работать специалистам.

Почему не разобрались с крайним истощением, почему не лечили, почему у ребенка в синяках все тело? Да и жизнь его сестры Даши, как кажется, находится в опасности. Судебные ошибки случаются везде – именно о ней, об ошибке, ошибке опасной и оскорбительной, и может идти речь в этом случае. Чертовски хочется дать в морду Майклу и Наннет – это как минимум – и призвать их к серьезному ответу. Привезти в Россию и публично судить.

Да, но как это сделать? И кто это сделает? А сделать это некому. Постараюсь объяснить, почему.

Действие судебного решения, вынесенного судом одного государства, в принципе ограничено пределами территории этого государства. Допустимость признания и исполнения иностранного судебного решения определяется законодательством конкретной страны и международными соглашениями, в которых она участвует. Условием для исполнения решения иностранного суда обычно является требование наличия взаимности в отношении решений «родных» судов.

В переводе на русский язык это означает: если ты как государство плюешь на мои суды, то я как государство тоже плюю на твои правовые и прочие хотелки.

Но это в самом примитивном варианте, а вариант, ныне действующий, чуть усложнен. Например, так: если ты, государство А, не исполняешь решения американских, европейских и британских судов, в том числе уголовных, в том числе имеющих международный статус и в том числе тех, в которых ты сам состоишь и решения которых вроде бы признаешь, – то мы, США, ЕС в целом и Соединенное Королевство в частности, тоже игнорируем твои судебные решения.

Действующее российское законодательство не исходит из принципа взаимности. Отсутствие этого принципа делает невозможным исполнение решений российских судов за рубежом (за исключением стран СНГ).

Однако бывают случаи, когда решения иностранных судов приводились в исполнение и в отсутствие международного договора. Для этого есть два основания: кроме упоминавшегося принципа взаимности, он же принцип международной вежливости (comitas gentium), имеется любимая всеми адвокатами мира ст. 6 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» от 4 ноября 1950 года, которая устанавливает право каждого на справедливое судебное разбирательство. Согласно толкованию этой статьи, данному Европейским судом по правам человека, исполнение решения, вынесенного любым судом, должно рассматриваться как неотъемлемая часть самого судебного разбирательства, право на которое, безусловно, гарантируется.

То есть права человека и международная вежливость (или взаимность, кому как нравится переводить) – это то, что делает любой местный суд равным любому другому местному суду в любой другой стране, где тоже живут вежливые любители прав человека. И какое отношение все это имеет к нам? Правильно – никакого.

18 ноября 2011 года Европейский суд по правам человека (а Россия взяла на себя обязательства по исполнению решений этого суда) принял решение о рассмотрении дела тяжелобольной российской предпринимательницы Натальи Гулевич в приоритетном порядке. При этом ЕСПЧ указал, что Гулевич необходимо срочно оказать квалифицированную медицинскую помощь и госпитализировать, а российские власти должны сообщить суду о принятых мерах до 2 декабря 2011 года. А в выходные стало известно, что у Гулевич отказала правая почка – это после полного удаления мочевого пузыря. Изолятор тянул с госпитализацией до вчерашнего вечера, ссылаясь на то, что нет конвоя.

Так, в центре Москвы, по решению судьи Сташиной о продлении ареста, не осужденная, не подписавшая обвинения Наталья Гулевич медленно и мучительно умирает на наших глазах.

Она обречена, потому что заказчик дела не желает ее показаний в суде. Точно так же, ровно по этой же причине у той же Сташиной умер Сергей Магнитский. А сейчас умирает предприниматель Станислав Канкия, который перенес серию инсультов.

И по Гулевич, и по Магнитскому вынесены решения судов, которые Россия обязана признать, – ЕСПЧ (как с Гулевич) – или уважать (как с Магнитским). И в том и в другом случае речь идет о жизни и смерти. Хотя формальным поводом для нашего разрыва с ЕСПЧ стало другое решение, по делу военнослужащего Маркина, который хотел взять декретный отпуск, потому что остался с новорожденным ребенком на руках. Ему отказали все, включая Конституционный суд РФ, по мотивам возможного нарушения интересов безопасности государства. Страсбург постановил: решения, «основанные на чистом допущении и лишенные разумного обоснования», надобно отменить, а в законы внести соответствующие изменения. Наши ответили изображением индейской народной избы «Фигвам». То есть скандал без вежливости и прав был раздут нашими на совершенно пустом месте. Офицер Маркин наверняка мог взять отпуск по уходу за младенцем – жалко им что ли? А младенцев своих не жалко? Или жалко только усыновленных американцами?

Во вторник в Таджикистане пересмотрели дело летчиков Садовничего и Руденко, которым сначала дали 8,5 лет за контрабанду и незаконное пересечение границы. Срок был снижен по представлению местной прокуратуры до 2,5 лет, и с учетом уже отсиженного и амнистии пилотов в зале суда отпустили на свободу.

Никто не скрывает, что Москва договорилась с Душанбе. Речь идет о размене: интересующих Душанбе таджикских пленников, коптящих небо в российских тюрьмах, обменяют на летчиков. Ну и правильно – хотя, конечно, уж слишком откровенно, как при обмене заложниками, что, впрочем, недалеко от истины.

Думается, что кое-кого тоже можно было бы разменять на столь любезных сердцу некоторых высокопоставленных россиян – оружейного барона Бута (разоблаченный, он уже не слишком опасен) и летчика-наркоперевозчика Ярошенко. Кстати, российское гражданство барона Бута у многих вызывает сомнение, ну да ладно.

Кстати, о ЮКОСе. Акционеры ЮКОСа могут инициировать процесс по итогам Страсбургского суда, а иск Бориса Березовского к Роману Абрамовичу не был бы удовлетворен, если бы рассматривался в России, рассказал в понедельник в онлайн-интервью «Газете.Ru» председатель ВАС Антон Иванов.

«Страсбургский суд признал наличие некоторых нарушений при рассмотрении соответствующего дела (дела ЮКОСа – О. Р.). Но в целом он квалифицировал поведение компании ЮКОС как нарушение налогового законодательства РФ... Я пока не беру уголовного дела, в рамках уголовного дела ничего не происходило в том, что касалось компании ЮКОС. Я думаю, уголовное дело еще будет отдельно рассматриваться Страсбургским судом, он еще не выносил решения именно по уголовному делу». Это, стало быть, про Страсбург. Не поспоришь – здесь Антон Иванов рассуждает весьма аккуратно и грамотно. Дескать, по налогам вопросы были правильные к ЮКОСу, а про все остальное, типа прав человека – это не ко мне, это к коллегам, я арбитражник.

А вот про английские и американские суды очень умный и хитрый Антон Иванов рубанул сплеча: «Английские суды периодически берут на себя функции, если можно так выразиться, юридического жандарма всей планеты и принимают к своему производству неподсудные им дела. Так они традиционно делали. США также придерживаются этой практики... Мы не берем английских дел или американских к своему производству и не хотим, чтобы наши дела брали к производству английские или американские суды. Это элементарные принципы суверенитета в отношениях между государствами».

Стоп. В таком случае нельзя требовать к нам ни семью Крейверов, ни Бута с Ярошенко. Как, кстати, уже не получится затребовать к нам ни опального Березовского, ни приближенного Абрамовича. А зачем он, кстати, в Англию уехал и активы туда перевел? Он что, нашим судам не доверяет? А почему?

Помимо того, что российские суды давно и прочно не обладают ни репутацией, ни квалификацией, у них еще и нет легитимной возможности кого-то судебно преследовать.

Ну кого? И как?

Есть только две у нас, по большому счету, возможности: арестовывать открытые иностранными гражданами счета в Сбербанке и не пускать этих граждан в Сочи. Пусть удавятся.

	— 23.11.11 10:59 —
	Правосудие без взаимности Не желая признавать решения международных судов в отношении своих граждан и компаний, Россия не может претендовать на исполнение решений российских судов за рубежом.\n http://www.gazeta.ru/comments/2011/11/23_a_3845010.shtml

Москве не удастся затребовать на свой суд ни семью Крейверов, ни Бута с Ярошенко

Tweet

• ОТПРАВИТЬ:
• Livejournal
• Facebook
• В контакте
• Отправить по почте
• Добавить в избранное
• Распечатать

РАНЕЕ В РУБРИКЕ «ТРЕНД»

	Миллиарды для свинок Чиновники к вступлению в ВТО готовы
	Черный премьер Путин как «предмет коммерческого использования»
	Режим посадок Отсутствие политических статей УК вовсе не означает, что за политику в современной России не сажают