Укрепление политического и материального положения церкви, успешно осуществляемое под началом патриарха Кирилла, помешает ей выполнить поручение государства.

Предстоятель Русской православной церкви завершил первый год своего служения. Результаты налицо.

Патриарх Кирилл уверенно вошел в число ведущих политиков страны. Отечественные политологи дружно поют ему осанну, а западные задаются вопросом — не станет ли наш правящий дуумвират триумвиратом?

Это вряд ли. Но вряд ли кто-то возьмется и оспаривать успехи патриарха на ниве внешней церковной политики. Он сумел найти общий язык с давним соперником РПЦ — Константинопольским патриархатом, наладить диалог с Ватиканом и даже не особенно испортить его с протестантами. Во всяком случае, быстро обуздал своего «министра иностранных дел» митрополита Иллариона, порывавшегося разругаться с Лютеранской церковью Германии, дерзнувшей избрать главой женщину, еще вдобавок и разведенную.

Да и на ниве политики внутренней патриарх тоже преуспел. Ему удалось решить вопрос о введении в школах основ православной культуры. Пусть пока в экспериментальном порядке и наряду с преподаванием истории мировых религий и светской этики. Но политика, как известно, искусство компромисса. Вдобавок Кирилл сумел решить вопрос и о возрождении института военного священства. И здесь обошелся без компромиссов.

Новый патриарх вполне оправдал ту лаконичную характеристику, которую дал ему выдающийся деятель зарубежного православия Александр Шмеман. Встретившись с молодым архимандритом Кириллом, он назвал его в своем дневнике английским словечком clever. И дело не в том, что в эмиграции протоиерей Александр забыл русский (те, кто слушал его в ту пору по радио «Свобода», напротив, наслаждались речью, не испорченной советским новоязом). Просто в коротком английском слове сочетаются сразу несколько смыслов — умный, искусный, ловкий. Для политика лучшего комплимента не найти.

Однако если задуматься, успехи патриарха на внутреннем фронте были вполне предсказуемы. Дело в том, что власть наша оказалась в очень непростом положении. В стране царит самый настоящий моральный беспредел. Помнится, в фильме Германа-старшего об инфернальных ужасах сталинизма «Хрусталев, машину» арестованного генерала медицинской службы сажают в кузов с урками, которые насилуют его черенком от лопаты. Теперь нашим правоохранительным органам не надо идти на подобные уловки, добровольцы находятся в их собственных рядах. А клинический садизм армейских «стариков»? Да что доблестная милиция и не менее доблестные вооруженные силы, когда обыкновенные граждане убивают других обыкновенных граждан за то, что те поцарапали им машину или сказали что-то нелицеприятное. Люди начинают вести себя, как звери, по любому поводу и даже без такового. О том, что происходит в школе, каждый желающий может посмотреть сегодня в одноименном телесериале. Причины подобного озверения общества — вопрос отдельный. Но

вовсе не удивительно, что власть ждет от церкви помощи — оздоровить моральный климат, привести людей в чувство, исправить нравы. И поступает так, как привыкла поступать в отношении других участников политического процесса. Помогает деньгами. Одной рукой возвращает церкви имущество, а другой раскрывает двери школ и армейских казарм. Вперед, ребята, отрабатывайте заказ. Самим нам некогда, а искать других подрядчиков недосуг.

И тут церковь попадает в ловушку. Для того, чтобы попытаться справиться с нелегкой миссией оздоровления общества, она должна поддерживать высокий моральный авторитет. Но делать это она может лишь в том случае, если сохранит свою самостоятельность. Возвышаясь как неприступный утес над бурными водами земной тщеты. Тесный союз с государством, его широкая политическая и материальная поддержка совсем не способствуют сохранению белизны риз. Церковь превращается в квазигосударственное учреждение на казенном коште. Вряд ли такая официальная контора способна будет нести в народ высокие ценности. Скорее наоборот – ложные, которые господствуют в обществе, будут легко проникать за церковную ограду.

Примеры множатся уже сейчас. Как церковь распоряжается имуществом, которое попало к ней в руки? Многие из переданных святынь нуждаются в тщательном музейном уходе. Особенно древние иконы. Долгие годы они находились в музеях, где специалисты разработали уникальные методы их хранения и реставрации. Вместо того, чтобы и дальше сотрудничать с этими специалистами, их гонят из храмов. Верх берет инстинкт собственников — это наше и мы будем распоряжаться им по своему усмотрению. Посторонняя помощь нам ни к чему. Иногда это выливается в прямое корыстолюбие. Реставраторов более всего тревожит, что иконы портятся от свечного чада. Но древняя икона — это предмет особого почитания, и свечек перед ней ставят больше, чем перед другими. Свечная лавка увеличивает оборот, и храм повышает свои доходы. Тут уж не до забот о сохранности святыни. Да и к чему эти интеллигентские бредни? Икона существует для того, чтобы ей молиться, остальное – светские заблуждения.

Когда процесс реституции наберет силу, соблазнов прибавится, и собственнические инстинкты станет все сложнее маскировать церковной фразеологией.

Не надо думать, что претензии подобного рода будет предъявлять церкви лишь интеллигенция, которая традиционно ей недовольна. Как ни распространен сейчас в обществе культ силы и материального успеха, каждому понятно, насколько он далек от нравственного идеала. Который вовсе не меняется, хотя следовать ему мало у кого хватает сил. Важный поп, проезжающий в лимузине к себе на приход, равно раздражает и образованную, и не слишком отягощенную образованием публику. Так же как и часы Breguet на запястье патриарха. Возникает парадокс.

Чем больше политического и материального влияния получит церковь под началом умелого и удачливого политика патриарха Кирилла, тем больше она будет зависеть от своего союза с государством.

Пока окончательно не потеряет самостоятельность, столь необходимую для поддержания нравственного авторитета. И в этом случае госзаказ, щедро выданный церкви властью, будет провален.

Livejournal.com

Имя ЖЖ-пользователя	Пароль
Правила использования	Отказ от ответственности

* Для комментирования, пожалуйста, авторизуйтесь

boleck

Халдей: Всё же это лучше, чем ни чего.

Почему же - "ничего"?

НА СВОБОДУ С ЧИСТОЙ СОВЕСТЬЮ!

(через самоосуществление личности в коллективе единомышленников)

Мне близка мысль Г. А. САТАРОВА о том, что создание национальной идеи сравнимо с поиском смысла жизни. Если этот смысл неясен человеку, то его поиск может растянуться на годы, может быть, даже на всю...

Как
Тема
Комментарий

yahaldey

(без темы)

Все же это лучше, чем ни чего.

Как
Тема
Комментарий

bash-mah-kin

(без темы)

В наше время РПЦ превратилась в официальную чиновничью секту, которая нагло пропагандируется в школе, в армии, по телевидению. Власть содержит церковь, а церковь освящает действия властей - старинный симбиоз, еще со времен крепостного...

Как
Тема
Комментарий

_iga

(без темы)

Совершенно детская наивность - считать, будто церковь "исправляет нравы". За 20 лет "духовного возрождения" РПЦ нравы стали только хуже.
А вот что церковь делает хорошо, - проповедует покорность электорату. Только поэтому и получает государственную...

Как
Тема
Комментарий

colonel-of-kgb3

В обсчем - ниче так. Но про иконы - смешно. Их не писали как произведения искусства.

Даже если не под стеклом и через год закоптятся - ну не мирян это дело. Как ни крути.
Если вы верующий православный - значит вы должны верить, что икона живет только в церкви, и только молитвами.
Если вы принадлежите к другой конфессии, или просто атеист - то какое вам вообще дело?
Лучше не суйтесь. А то злые языки поговаривают, что...

Как
Тема
Комментарий

Все комментарии (64)...

РАНЕЕ В РУБРИКЕ «КОНФЕССИИ»

	Музейная братия Испуг перед культурой мешает церкви избежать конфликтов с музеями.
	Религия без религии Число людей, покинувших традиционные церкви, растет не только в Европе, но и в США. Но это вовсе не значит, что они теряют
	Охранная грамота Визит Медведева, поставивший точку над «i» в дипломатических отношениях Кремля и Ватикана, послужит санкцией