Ошибочное сообщение «Интерфакса» о том, что прошение Михаила Ходорковского удовлетворено, показало, как в действительности это решение суда может изменить общественную атмосферу.

За то время, пока агентство молнией не отменило свое сообщение, либеральные абстракции приобрели форму. Вот такой, да, может быть эта самая медведевская оттепель.

Она длилась семь минут – с 11.24, когда сообщили об освобождении, до аннулирующей молнии в 11.31.

Много раз обсуждалось, а что будет, когда Ходорковский выйдет. Даже за это короткое время можно было понять, как это, в принципе, может быть.

Ситуация изменилась ровно так же, как и после ареста, но в другую сторону. Тогда в жизни ничего не изменилось, фондовые индексы и экономика продолжали рекордный рост, обыватели продолжали богатеть, но росла уже другая экономика и в другой стране, это были уже другие обыватели. Они жили в стране, где сажают за политику, а у политически осужденного отбирают бизнес. Тогда даже изменился смысл экономического роста. Он стал стержнем не процветания, а несвободы. Чем больше денег в стране и в бюджете, тем легче и надежнее можно сажать. Такой вот парадокс постреволюционной консолидации. Экономические трудности, напротив, стали ожидаемой возможностью для ослабления властного произвола и возвращения страны к утраченным основаниям для нормального развития.

Так же как арест, призрак освобождения Ходорковского изменил взгляд на течение политической жизни. Отказ власти от тюрьмы, а освобождение Ходорковского воспринимается именно так, сразу расширял возможности для обсуждения гражданами того, что и как делать. Если за политику не сажают, значит, в ней можно участвовать. Вот так, да, можно. Это даже через пять минут перестало удивлять. Эмоциональный подъем лучше других отразил чуткий фондовый рынок. За эти семь минут в среднем на 2% выросли акции «голубых фишек» на ММВБ: «ЛУКойла» – на 2%, «Газпрома» – на 2,42%, «Сургутнефтегаза» – на 1,9%, «Роснефти» – 1,55%, ВТБ – на 1,6%.

Интересно, прочитали ли это сообщение «там, у них», – может, и они успели почувствовать, что нет ничего такого для них страшного в том, чтобы выпустить Ходорковского. Вот это был бы ценный опыт.

Но в 11.32 с сообщением о настоящем решении суда, о том, что Ходорковский остается сидеть, блеснуло наше настоящее тем блеском, которым оно поражает в последнюю неделю выборов. Стал яснее виден общий фон, в котором уже всякую небольшую подлость и не замечаешь, поскольку фон из них состоит. Так что 7 минут – это не так уж мало, спасибо «Интерфаксу».