Александр Григорьевич Лукашенко, президент Белоруссии, чей образ казался цельным и необратимым, решил его подправить. Для этой цели приглашен известный английский политтехнолог и политимиджмейкер Тимоти Белл. В числе клиентов Белла называются Маргарет Тэтчер и Тони Блэр. Злые языки приписывают ему работу и с Березовским, в рамках которой, как утверждается, одним из активных пропагандистов дела Литвиненко тоже был Тимоти Белл.
Впрочем, совместную деятельность с Березовским не приписывают нынче разве что полярникам. Но тут надо уточнить: речь идет об имидже, а в этом вопросе слухи важнее фактов и аналитики. Вот Березовский, между прочим, совсем недавно принял участие в другом белорусском скандале, когда в аэропорту Минска был задержан Эммануил Зельцер, адвокат Джозефа Кея, или Иосифа Какалишвили, представляющегося двоюродным братом покойного Бадри Патаркацишвили. И, говорят, отправиться в Минск его уговорил сам Березовский, и кто-то предупредил о госте белорусскую власть – и чем не интрига и не зловещая связь? В общем, фигура Березовского тут, конечно, не главная, но достаточно символичная.
Лукашенко не побоялся связать процесс улучшения имиджа вверенной ему страны с именем человека, которого его исторические братья и союзники на Востоке, мягко говоря, не любят.
И Беллу можно будет начать с политико-психологического этюда. С одной стороны, Лукашенко ничего не может изменить в стиле своей власти. С другой стороны, Запад постепенно нащупывает новое отношение к Востоку, и эта мысль чаще всех озвучивается именно соотечественниками Тимоти Белла: бог с ними, с любителями вертикалей власти и суверенных демократий. Их, в конце концов, дело. А дело Запада – к этому притерпеться, по возможности дистанцируясь и не вступая в ненужные пререкания. При этом наконец почти сформировался и стереотип нашего Востока в западном сознании. Но в том-то и дело, что над стереотипами задумываться не принято. Они как каменные изваяния, которым все равно, какие ветра их обдувают. Они не из жизни, и с ними можно делать все, что заблагорассудится. А вот то, что происходит в настоящем мире, в котором нас нет, — материя живая и кипучая, она и только она повод для страсти, для мысли и даже для резонерства. А
в отношении Востока политизированный западный обыватель находит вполне комфортную нишу. Для него любить Россию столь же бессмысленно, как и не любить еe.
Дело не в России, про нашу сумеречную зону он и не знает. Зато знает, что есть Буш и война в Ираке, и самым демократическим образом не любит Брауна и Саркози. Но вдруг может оказаться за Путина и Лукашенко с той же самой своеобразной мотивацией, с которой Иосиф Бродский, узнавший, что Евтушенко выступил против колхозов, сказал: «Если он против — я за».
И с этим и Россию, и Белоруссию, и всех коллег и соратников, избравших некогда эту особенную модель, можно от души поздравить.
Заграница нам больше не поможет. На наши внутриполитические странности Запад решил, кажется, просто махнуть рукой.
С некоторым любопытством ожидая, что еще придумает Москва в деле недопущения Грузии и Украины в НАТО.
И вот на этом фоне Лукашенко затевает перемену имиджа. Он ведь играет в ту же игру, только с другой стороны. Вот такой образ: «Вы меня не любите, но вы меня не переделаете, и мы это договариваемся понимать и к этому не возвращаться. Вы все равно не поверите, что я могу стать похожим на вас, но мне этого и не надо, просто есть я, и есть мой имидж, который нуждается в освежении краски, как демократия в выборах».
Тимоти Белл ничего не говорит о том, в каком направлении собирается действовать. Это совершенно не важно. Политзаключенных все равно не выпустят, а если выпустят, то Белл здесь будет ни при чем.
Александр Лукашенко, как говорят знающие его люди, никогда не был силен стратегическими многоходовыми решениями. Оно ему и не надо. Он просто чувствует, что нужно делать в данный момент и в данной ситуации. И по-крупному еще никогда не проигрывал. И не выигрывал, конечно, но
главное бесспорно: Лукашенко умудряется править уже 14-й год там, где ему поначалу не давали и трех-четырех.
Теперь он учится позиционировать. Несколько комично, но понятно. Суверенная демократия победила, осталось только убедить Запад в том, что это не так уж и плохо. А Западу все равно, так что дело Беллу по плечу. И еще: теперь же придется не просто убеждать белорусов в том, что латыши и литовцы живут намного хуже них, – подданные «батьки» Лукашенко, регулярно бывающие у соседей, уже и не улыбаются. Теперь надо и Белоруссию представить в той же Балтии как партнера не просто без копыт, но и даже без пресловутых русобельских родинок. Ведь
никакого особо нового содержания, если не считать экстравагантной формы, в начинании Лукашенко нет: он и раньше всегда очень точно определял, в какие моменты желательно быть от России подальше, причем по возможности на европейской стороне.
Конечно, Лукашенко воистину наш партнер и где-то даже последователь, если можно определить чей-то приоритет в изобретении колеса: суверенная демократия рано или поздно должна стать таким же объектом мировой рекламы, как и достижения социализма. Это видовой признак. Лукашенко может быть с кем угодно, лишь бы никто не посягал на суверенную демократию. У него и мотивация наша, все наше. Это ведь, в конце концов, и будет, кажется, проектом Тимоти Белла – PR белорусского выбора. Не так уж, между прочим, и скучно.
Автор — обозреватель газеты «Газета».
