Покупка государством — будем называть собственников своими именами — одного из последних не принадлежащих Кремлю относительно влиятельных медийных активов — издательского дома «Коммерсантъ» — прекрасно вписывается в экономическую стратегию российских властей. Она покупает, отнимает по суду или входит в долю (официально или неофициально) каждого крупного и ликвидного российского бизнеса.
При такой политике смысл концентрации медиаактивов в руках государства и его агентов состоит вовсе не в получении прибыли, а в информационном прикрытии основных бизнесов государственных мужей.
В создании дымовой завесы, позволяющей чиновникам спокойно строить «суверенный капитализм» в своих отдельно взятых семьях.
Я не думаю, что газета «Коммерсантъ», например, через пару месяцев станет «Мурзилкой» для взрослых, как принадлежащая, по сути, тем же собственникам газета «Известия», и будет публиковать на первой странице статьи про то, какие грибы лучше собирать в Подмосковье. Но я практически не сомневаюсь, что при новом собственнике мыслей в газете станет меньше и будут они — выразимся так — гораздо более простыми и предсказуемыми. В духе веяний с кремлевского Олимпа. Чем повеет — то и выразят.
Тем не менее я абсолютно уверен, что долго эта «вертикаль прессы» не просуществует. Хотя бы потому, что награбленную собственность неизбежно придется делить и охранять от посягательств тех, кто при власти, но еще не «накормлен». А также от «соратников» — ведь денег много не бывает.
И тогда пресса опять может быть использована для сведения счетов теперь уже чиновников-олигархов, как в информационных олигархических войнах серединных 90-х годов прошлого века.
Кроме того, бесконечно содержать издания, которые перестают читать и которые не приносят прибыли, — «неприкольно». Их надо как-то применять или пытаться кому-нибудь сбыть. Ведь миллиардеры, которые покупают медиаактивы в «нагрузку» — за право быть не посаженным в тюрьму или слиться с каким-нибудь «Гленкором-Арселором», — все равно не получают никаких гарантий. В нынешней России нет гаранта неприкосновенности собственности. Таковым не является даже президент Путин. Помните, как он публично, на пресс-конференции, говорил, что не хотел бы, чтобы ЮКОС банкротили?
Помните, как прилюдно, под камеры главных общенациональных телеканалов, обещал, что «Газпром» поглотит «Роснефть»? Не вышло, не хватает у президента власти.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"type": "129466",
"uid": "_uid_757148_i_1"
}
Проще говоря, нынешняя система СМИ, выстроенная властью, может существовать только при тоталитаризме, однородной жесткой диктатуре. Но такой диктатуры не получится — видите, на наших глазах даже приходится спешно клепать вторую партию власти из «жизненцев», «родинцев» и пенсионеров, потому что одна «Единая Россия» не в состоянии по новым правилам набрать две трети голосов, чтобы получить конституционное большинство в новой Думе. Когда во власти нет объединяющей «железной руки» или объединяющих идей — а у нынешних обитателей Кремля и окрестностей нет ни того ни другого, — даже тотальная цензура и огосударствление всех телеканалов, газет и журналов не спасут. Как и любым другим бизнесом, медийным надо как-то распоряжаться.
Если вы купили газету — ее надо издавать или закрывать. Закрывать нельзя, поскольку купить «поручили». Издавать тоже трудно, поскольку четкой «линии партии» издатель не дождется.
Так что наш драгоценный коммерсант — власть — не сумеет окончательно доконать средства массовой информации. Хотя и очень старается. Для того чтобы это сделать, надо быть как минимум Туркменбаши. Но даже и про Туркмению при желании можно прочитать и понять правду, находясь в самой Туркмении. Что уж говорить о гигантской России.