Екатерина Шульман
о новой роли
российского парламента

Украинское чудо

«Газета.Ru» 15.07.2004, 18:12

Цифры экономического роста на Украине наносят чувствительный удар по политической доктрине Кремля.

Только вчера премьер Фрадков похвастался на встрече с президентом, что рост промышленного производства в июне составил 9%, а за первое полугодие — 7,4%, а сегодня украинские статистики сообщили, что рост ВВП Украины за первое полугодие составил 12,3%, а за июнь — и вовсе 19%. И эти цифры для беседовавших вчера в Кремле президента и премьера, как, впрочем, и для всей России, — очевидная неприятность.

::: Считается, что Украина — страна политической нестабильности: там то депутаты закон принять не могут, то два Виктора, Ющенко с Януковичем, не определятся, кому быть президентом. Всем известно, например, что сейчас все российские политтехнологи днюют и ночуют в Киеве, «делая» тамошние выборы. А то вообще скандал: бывшего премьера страны в США за коррупцию осудили. Но факт остается фактом: украинская экономика растет, причем в последнее время — даже быстрее российской. В 2003 году, по официальным данным, ВВП страны вырос на 9,4%. В 2002 году рост составил 4,8%, в 2001 г. — 9,2%, в 2000 г. — 5,9%. Всего за 2000–2003 годы реальный ВВП Украины вырос на 33,1%. Только за первый квартал этого года объем прямых иностранных инвестиций в Украину вырос на $216 млн, а всего за прошлый год — на $1,2 млрд, или 21,7%. Объем прямых иностранных инвестиций в Россию за прошлый год составил, по последней оценке ОЭСР, лишь $1 млрд.

В России об украинских экономических успехах принято говорить с большой долей скепсиса: и рост-де не настоящий, «восстановительный», основанный на использовании простаивавших советских мощностей, и куда бы они делись без российского рынка и энергоресурсов. Наверное, во всем этом есть определенная доля правды. Более скромный российский экономический рост, впрочем, тоже основан на схожих факторах — восстановительных процессах, девальвации рубля после кризиса 1998 года и «благоприятной внешнеэкономической конъюнктуре». Роль, аналогичную российской нефтянке, на Украине играет черная металлургия — а выжать сверхприбыли из стареющих сталелитейных заводов советской постройки ничуть не проще, чем из сибирских скважин.

Главная же причина, почему российское руководство постарается не заметить украинских цифр, — та, что они наносят мощнейший удар по всей путинской доктрине «стабильности».

Выстраиваемая в течение последних лет Кремлем моноцентрическая, а сегодня уже фактически авторитарная система власти считалась важнейшим, едва ли не краеугольным условием экономических успехов и их мощным двигателем. Именно это подразумевает и идея удвоения ВВП в путинско-фрадковском исполнении: мол, есть вещи и национальные задачи поважнее демократии. И вот на тебе: у нас — 9%, а в нестабильной Украине — 19%.

Отчаявшись в возможности проводить согласованную экономическую политику в условиях «политической нестабильности» и «противостояния президента с парламентом», Россия четыре года назад сделала ставку на стабильность: предполагалось, что популярный и жесткий президент, опирающийся на парламентское большинство, сможет протолкнуть наконец необходимые структурные реформы. В результате все эти четыре года с вершин своей стабильности россияне смотрели на украинские политические бури свысока. Оказалось, однако, что не все так просто: именно нестабильная Украина со своей анархией и бедностью показывает высокие темпы роста. Отечественная же модель явно начинает пробуксовывать: Россия отказалась ради экономического прорыва от политического плюрализма, а структурных реформ как не было, так и нет.

На Украине же культурный раскол страны на Запад и Восток питает пока диковатый, но вполне настоящий политический плюрализм.

В случае победы на осенних выборах Ющенко в стране произойдет второй подряд мирный и законный переход власти от одной партии к другой — а именно это в политологии считается признаком укоренившейся институциональной демократии. И даже если победит Янукович, стране предстоят настоящие выборы с настоящей конкуренцией. Некоторую гарантию институциональной стабильности украинской демократии будет обеспечивать и неизбежная в той или иной форме ассоциация страны с ЕС и НАТО, которую в разной степени поддерживают все политические силы.

Но главный парадокс состоит на сегодня в том, что отсутствие на Украине нефти и газа и есть ее главное конкурентное преимущество.

История стран СНГ показывает, что именно наличие значительного экспортного моноресурса, обеспечивающего большую часть доходов страны, как правило, ведет к монополизации этого ресурса одним из политико-хозяйственных кланов, открывает дорогу к авторитаризму и все более глубокой зависимости от сырьевой иглы.