«Военным сохранят льготы на санитарно-курортное обслуживание, проезд к месту отпуска, а также по пенсиям для служащих на севере и в приравненных к нему районах». Этим заявлением, сделанным на Камчатке, президент и верховный главнокомандующий дал старт «изъятиям» из еще не начавшейся реформы по замене льгот денежными компенсациями.
Сработал всеобщий закон российских реформ: исключения из правил в конечном счете всегда подменяют сами правила.
Собственно, весь смысл монетизации льгот и состоит в попытке заменить исключения правилами. Любая льгота по определению является исключением. Идея монетизации льгот предельно проста: не все льготники даже внутри одной категории имеют равный доступ к имеющимся у них преференциям. Понятно, например, что инвалиды, живущие в деревне, не могут или почти не могут воспользоваться правом на бесплатный проезд в городском транспорте. И таких нестыковок между реальной льготой и возможностью ее реализации полным-полно. Поэтому правительство решилось заменить часть льгот (далеко не все!) денежными компенсациями, уравняв таким образом людей внутри каждой категории в правах. Чтобы они, получая одинаковые для каждой категории суммы, потом сами решали, куда и в каких объемах потратить деньги.
Как только правительство обнародовало свои планы, тут ж началась открытая борьба за «исключения из правил»— т. е. за право сохранения льгот для отдельных, особо значимых категорий граждан. Причем борьбу эту повели даже члены кабинета министров, инициировавшего закон. В частности, глава МЧС Сергей Шойгу (входящий в категорию льготников как Герой России) прямо на заседании правительства стал говорить о недостаточности компенсаций за бензин. И сделал вывод: надо оставить Героям России и Советского Союза бензиновые льготы в натуральном виде.
Льгота в натуральном виде тем и плоха, что министр, имеющий на чем и куда ездить, выбирает ее в полном объеме. А безлошадному Герою в глубокой провинции она ни к чему, а вот зато на те льготы, которые ему жизненно необходимы, денег периодически не хватает. Идея в том и состоит, что Герою Шойгу на каждую из его льгот должна быть выдана определенная сумма, а вот на что он будет их преимущественно тратить — на бензин, лекарства или еще что-то, — это его дело.
Министру Шойгу вторит председатель думского комитета по труду и социальной политике Андрей Исаев («Единая Россия»), который предложил предусмотреть в законе о монетизации право выбора между натуральной и денежной формой льготы.
То есть, сразу же записать в законе право на исключение из правил для всех без исключения.
К борьбе подключаются и сами льготники. Вот уже организации ветеранов Великой Отечественной войны из Свердловской области написали открытые письма президенту и Думе с угрозой выйти на демонстрации, если отменят льготы ветеранам войны.
Вместо содержательного спора о размерах компенсаций (чтобы эти деньги действительно стали адекватной заменой льгот) начинаются дешевые спекуляции по кастовому принципу. Военные важны для страны? Конечно, важны. Тогда разве можно заменять их право на бесплатное курортное лечение компенсацией? Конечно, нельзя. А ветеранов Великой Отечественной войны разве можно обижать? Конечно, нельзя. А ветераны Чернобыля или Афганистана разве хуже ветеранов Великой Отечественной?
Обещая сохранить льготы военным на Севере, Путин как бы проявляет о них особую заботу, а на самом деле нарушает сам принцип монетизации. В нормальной экономике, в нормальном государстве за каждый товар или услугу кто-то должен платить — Министерство обороны, региональный или федеральный бюджет. Причем платить получателю льгот, а не ее поставщику. И проезд в отпуск или пенсия для служащих в трудных условиях — это часть контракта, который заключает Минобороны со служащими этих территорий. А «сохранение льгот» на санитарно-курортное обслуживание означает на самом деле, что это центральный аппарат Минобороны будет распределять путевки по иерархической военной лестнице.
И попробуйте догадаться, как будет размазано это масло и хватит ли пряников сладких на всех?
Любая система льгот, исключений из правил — это потенциальный источник обмана. Экономические льготы приводят к расцвету теневой экономики (вспомним, что вытворяли со своими налоговыми льготами РПЦ и приснопамятный Российский фонд спорта, ставшие главными теневыми импортерами водки и сигарет в страну). Социальные — к обману административного социалистического перераспределения и унижению людей. При этом на любых льготах легко наживается капитал. На экономических — финансовый, на социальных — политический. Потому что те, кто получает нищенские в сущности льготы, намертво привязаны к тем, кто эти льготы распределяет.
Реальной проблемой правительственной реформы по монетизации льгот является то, что люди не верят, что получат ощутимые деньги в качестве компенсации за их отмену. Своим попечением о северных военных президент продемонстрировал, что он тоже в это не очень верит. И вот тогда, действительно, можно хвататься за голову — тогда, действительно, видно, не стоило и реформу затевать.
