Против нового закона о митингах выступили высшие силы. Не сами, понятно, но через своего полномочного представителя. Патриарха Алексия смущает, что по новому закону нельзя проводить Крестный ход, поскольку он по времени проводится после установленных десяти часов. Милая такая ситуация, когда все понимают, что ничто тут никому не угрожает, — так, легкое светское кокетство несветской власти. Любопытно другое: новая формула, озвученная при посещении Патриархом Государственной думы ее спикером г-ном Грызловым. Которая выглядит примерно так: Церковь-то отделена от государства, но не отделена от общества, поэтому важно всяческое с ней взаимодействие, в том числе и в законодательной деятельности. Сразу одно формальное сомнение, состоящее в том, что реально воцерковленных граждан в России, по некоторым оценкам, примерно 3–4%. И по этому формальному признаку совершенно не понятно, почему г-н Грызлов не считает важным взаимодействие с другими категориями граждан, выразители идей и взглядов которых не попали в Думу, не преодолев пятипроцентный барьер. То есть Церковь не отделена от общества и потому вполне может влиять на принятие различных решений, а вот представители других систем взглядов, не просто не отделенных, но, собственно, являющихся частью общества, такой возможности лишены.
Патриарх, кстати, посещал Думу по поводу возврата РПЦ реквизированных церковных земель и собственности, решение о котором обсуждается законодателями. Остальные категории собственников, которые были незаконно большевиками своей собственности лишены, даже не рассматриваются в качестве пострадавших — опять же, даже на формальном уровне. Чего же удивляться сегодняшним историям по переделу собственности через судебно-прокурорскую систему, когда у государства такие крепкие в этой области традиции.
Сознательно или нет, но в своей новой формуле г-н Грызлов почти полностью воспроизвел старый добрый лозунг царской России «Самодержавие, православие, народность». То ли явление ему было, то ли хорошее партийное образование сработало — не суть важно. Важно, что, несмотря на это, все-таки не стоит пока говорить о возврате к прежним традициям. Потому что есть некоторые новые обстоятельства, сформировавшиеся за последние десятилетия. Самодержавие и православие в России носят явно выраженный бюрократический характер. И по способам реализации управляющих функций, и по опорным элитам, формирующим основу этих институтов. А народность — она по другую сторону речки. Отсюда недоговоренность и потому неработоспособность озвученной спикером формулы: Церковь отделена от государства, Церковь не отделена от общества. А вот общество уже довольно ощутимо от государства отделено. Так что, действуя через государство, РПЦ только формально от общества не отделена, и так получается, что, используя государственные институты, действует она больше в своих интересах, нежели в интересах того, кого называют народом.
