Цивилизация
Действующая система управления страной была заточена исключительно на то, чтобы удерживать власть в руках ее обладателей. Эта система исторически исчерпана, ее революционная или эволюционная замена неизбежна. Просто удерживать трон, ничего не делая со страной, уже не получится. Никакая власть в обозримом будущем не сможет чувствовать себя единоличным хозяином страны, как это было до сих пор. Следующая система управления должна быть функциональной, то есть решать задачи реального развития России.
Поэтому любой следующей российской власти необходимо отказаться от существования в режиме политического монолога и завести практику постоянного разговора с нацией. Парадокс ситуации в том, что
диалог «всех со всеми» о путях развития страны возможен и необходим, а политические переговоры между режимом и его оппонентами бессмысленны и практически нереальны.
Перед президентскими выборами нет самих субъектов таких переговоров. Причем упреки в адрес оппозиции, будто бы от ее имени просто некому говорить, с равными основаниями можно адресовать и власти. С уходящим президентом переговоры вести бессмысленно, поскольку он не в состоянии исполнить никаких требований. В частности, освободить всех политзаключенных: четырех лет не хватило, а теперь уже поздно, он сам отказался от власти. Не может действующий президент и провести новые думские выборы, поскольку их нужно было бы проводить с учетом вновь зарегистрированных партий. А сам закон об их регистрации вступит в действие уже после окончания срока его полномочий.
Вести переговоры с Путиным тем более нелепо. Сейчас он формально не занимает первый пост в государстве и не имеет законных полномочий, чтобы удовлетворить требования двух декабрьских оппозиционных митингов. Более того, сам факт таких переговоров стал бы досрочным признанием со стороны оппозиции путинской победы на предстоящих выборах. Ведь Путин сейчас всего лишь один из кандидатов в президенты, и пока все зарегистрированные кандидаты юридически находятся в равном положении. Конечно, на гипотетической встрече с Путиным гипотетические лидеры оппозиции могли бы потребовать, например, чтобы тот отказался от участия в выборах и ушел в отставку. Но шансы такого варианта равны нулю. Как и требование немедленной отставки Путина с поста премьера, обращенное к Медведеву.
Разнородная несистемная оппозиция, скорее, должна определить, кто из дозволенных кандидатов в президенты, с ее точки зрения, наиболее достоин поддержки. Но не вступать в публичные контакты со своим главным политическим оппонентом. Или просто бойкотировать выборы.
Если же выборы вдруг (что, на мой взгляд, при нынешней избирательной практике в России исключено) выиграет любой оппозиционный кандидат, партия власти в широком смысле слова — то есть не только «Единая Россия», а вся властная вертикаль — может рассосаться как переговорщик сама собой. Просто потому, что у этой власти нет никаких идей, она скреплена лишь двумя инстинктами — самосохранения и хватательным.
Вариант насильственной смены власти мы оставляем за скобками: он чудовищен по своим последствиям для России и по определению исключает любые переговоры. Итак, переговоров между властью и несистемной оппозицией не случится. А вот
постоянный неформальный и формализованный разговор следующей власти с различными политическими силами, экспертами и рядовыми гражданами о путях развития страны не просто возможен, но критически важен. Причем власть не должна быть единственным модератором такого разговора и уж точно не должна вести его с позиции силы.
Площадкой для диалога должны стать прежде всего парламент и средства массовой информации. В том числе государственные. У российской власти пока очень странное понимание самой природы государственных СМИ. Она считает их своими, а потому обязанными на бюджетные средства восхвалять режим и мочить его критиков. Но государственные масс-медиа существуют на деньги налогоплательщиков. И уже только поэтому, а не по законам цивилизованного открытого общества не должны заниматься пропагандой или восхвалением любого действующего режима. Политически государственные СМИ принадлежат народу, а не государству.
Сейчас все программы кандидатов в президенты — набор тактических жестов или не слишком конкретных обещаний, часть которых вообще отнесена за исторический горизонт. При этом у нации (существует ли у нас гражданская нация — отдельная тема для общенациональной дискуссии) нет ответа на самые общие вопросы, без которых невозможно развитие. Хотим ли мы быть частью большой Европы, самодостаточным национальным государством или реинкарнацией советской империи в усеченном виде, поглотив слабые центральноазиатские страны и Украину с Белоруссией? Будем ли мы следовать классической западной модели демократии или продолжим развивать ущербную доморощенную «суверенную»? Видим ли мы свою конкурентоспособность в мире в наращивании военных расходов и новой армейской махине или все-таки начнем создавать гражданскую несырьевую экономику, определяя те сферы, в которых можем быть мировыми лидерами? Или хотя бы серьезными игроками? Хотим ли мы стать частью мировой экономики и максимально открытой страной или готовы к неоизоляционизму и стратегии самообеспечения на фоне идеологии «страны в кольце внешних врагов»? Что для нас важнее — абстрактная безопасность государства или качество жизни граждан?
Все эти вопросы вкупе с поисками решения более прозаических, но и более близких каждому человеку проблем — изношенной инфраструктуры ЖКХ и слабой медицины, плохих дорог и деградирующей системы образования — как раз должны стать предметом постоянного диалога власти с обществом.
Время политического монолога власти, ее монополии на любые действия, а также на бездействие закончилось. Наступает время содержательного диалога во имя развития страны или окончательного погружения России в историческое небытие.
