Цивилизация
Платон Лебедев – лакмусовая бумажка политических метаний нашей судебной, да и не только судебной, системы. Летом будущего года он выйдет на свободу (если выйдет) в соответствии с очередным решением Вельского районного суда Архангельской области. Хотя судья Николай Распопов как-то уж очень нарочито отметил необычайную тяжесть совершенных преступлений, решение он принял адекватное. Особенно на фоне того, как Архангельский областной суд недавно отменил вердикт его коллеги Виктора Иванова, не разобравшегося в линии партии и правительства и собравшегося выпускать Лебедева в строгом соответствии с законом в марте 2013 года – верхний предел санкции по статье снижен благодаря медведевской либерализации уголовного законодательства.
Судьи у нас сегодня кто вляпывается, кто входит в историю, и скромные провинциальные судебные работники Иванов и Распопов, встав в один ряд с Данилкиным и Сыровой, оказались больше похожи на служителей Фемиды, чем их столичные коллеги.
Видать, политические круги, расходящиеся от Кремля, не сразу доходят до глубинки…
Мосгорсуд удивительным образом увязывал рассмотрение надзорной жалобы на приговор, который теперь навеки мечен фамилией Данилкин, с решением по Лебедеву. Мол, чего там решать, если вдруг его выпускать придется. (Для начала сделали все, чтобы заложники путинской системы не вышли по УДО – «шили» суровыми белыми нитками нарушения режима — вплоть до угощения сигаретами товарищей по несчастью.) Но есть еще Михаил Ходорковский. И даже если срок не будет пересмотрен, он все равно ведь выйдет. И даже раньше, чем отработает свой четвертый по факту и третий по закону президентский срок его главный оппонент Владимир Путин.
Пикантная получится ситуация – как раз начнется мучительная избирательная кампания с очередным витком репрессий в отношении возможных оппонентов и поисками то ли преемника, то ли способа перекрыть брежневский срок пребывания у власти. А тут Ходорковский на свободе. Мелочь, а неприятно. Даже непонятно, как к этому относиться. Впаять еще один срок вроде не за что, если только насильственным путем не заставить Михаила Борисовича кидаться обломками высококачественного, прошедшего испытания в подвалах Лубянки асфальта в особо хрупких ОМОНовцев с красными повязками с надписью Fragile – чтоб не перепутать.
Судебная система не оправдала доверия. В деле Лебедева--Ходорковского ей остро недоставало товарищей Вышинского, Ульриха и других проверенных ответработников.
Сильно помешал Дмитрий Медведев с его либерализацией статей, касающихся экономических преступлений. Казалось, люди, которые оставались пугалом для тех, кто «с таким счастьем да на свободе», то есть для олигархов и предпринимателей более низкого полета, будут сидеть вечно. И вечно же станут напоминать о том, что, если государство просит, с деньгами и собственностью надо расставаться легко, точно так же, как в интерпретации Маркса человечество, смеясь, расставалось со своим прошлым.
Но все хорошее когда-нибудь кончается. И очень не вовремя. Выпускать Платона Лебедева тогда, когда, напротив, наращиваются обороты репрессивной системы, олицетворяемой триадой ФСБ, СКР, ОМОН, которая даже гнилому интеллигенту графу Уварову в дурном сне не могла привидеться, как-то странно. Отсюда и страшная суета по линии Вельский суд – Архангельский областной – Мосгорштамп – Верховный. Высшая инстанция пытается вести себя прилично, отмечая все возможные нарушения не только в уголовно-процессуальном, но и в уголовном праве в деле Лебедева--Ходорковского, но всякий раз сбрасывает ответственность на более низкий уровень. Потому что эта ответственность – не правовая, а политическая. И кто ж ее в наше непростое время возьмет на себя?
В лице выпущенных Лебедева и Ходорковского (если не найдутся еще поводы задержать их в неволе) власти получат совершенно непредсказуемых оппонентов.
Людей, доказавших свое фантастическое мужество. Несгибаемых. Уже настоящих зэков: девять лет за решеткой в России при тринадцати назначенных – это вам не лобио кушать. Захотят – все пошлют и заживут частной жизнью. Захотят – поднимутся снова. Захотят – пойдут в политику. А вот что от них ждать, и какой эффект произведет их появление на свободе, — решительно непонятно.
Однако готовиться надо. Ибо даже наша судебная система, бессмысленная и беспощадная, совместно с, фигурально выражаясь, пенитенциарной системой постепенно исчерпывает арсенал своих средств. Как говорил еврей из анекдота застойных лет, вышедший с Лубянки после профилактической беседы не арестованным: «И патроны у них тоже кончились».
