Цивилизация
Правительство Фрадкова объявлено прямым преемником кабинета Касьянова. «Мы должны учитывать, — сказал глава государства на давешней встрече с членами правительства, — что приоритетом для нас является сохранение той экономической политики, которая проводилась в последние пять лет (в мае 2000 года Михаил Михайлович Касьянов стал премьер-министром. — А. К.). Макроэкономические показатели при этом должны соблюдаться».
В последние пять лет проводилась инерционная экономическая политика. Ее идеологическим ориентиром была программа структурных реформ, названная в элитном словесном обороте «программой Грефа». Однако единственной реформой, которая была реализована и по ходу дела не извращена, оказалось воплощение в жизнь идеи Егора Гайдара о снижении ставки подоходного налога с физических лиц до 13%. На этом, в сущности, все и закончилось. Знамя, сила и оружие нынешней абстрактной либеральной оппозиции М. М. Касьянов был занят в основном разрешением внутриаппаратных противоречий с министром экономического развития и министром финансов. Ровно ту же модель аппаратного противостояния унаследовал от него Михаил Фрадков.
В этом смысле политика действительно была «сохранена» и в самом деле оказалась сориентированной на соблюдение любой ценой макроэкономических показателей, некоторые из которых предсказуемо оказывались лучше, чем надо (профицит бюджета), а некоторые — хуже (годовая инфляция). И то и другое — по причине высоких цен на нефть.
Президент в понедельник хвалил правительство за «консенсус», то есть за вновь обретенную способность премьера и ключевых министров экономического блока не ругаться прилюдно и договариваться по поводу содержания и принципов составления федеральных целевых программ. Иными словами, действующий премьер получил от президента карт-бланш на дальнейшую более или менее инерционную работу правительства в «консенсусной» модели взаимоотношений с министрами. («Все это приятно слышать, — поддержал миротворческий пафос Германа Грефа Владимир Путин. — Вы изложили целый ряд инвестиционных программ. Это говорит о наших растущих возможностях. И я очень рад, что в правительстве сейчас есть, несмотря на споры, которые этому предшествовали, консенсус».)
Одной из не то чтобы реформ, но структурных мер, упомянутых в позитивном контексте, оказалось формирование инвестиционных программ, «ориентированных на результат», — принцип, согласно которому государственные деньги выделяются только под решение четко сформулированных задач. В принципе это одна из составных частей административной реформы, которая реализуется крайне медленно и несправедливо ассоциируется исключительно с трехуровневой системой управления «министерство — служба — агентство». Несмотря на публичные похвалы президента, в тот же день, чуть раньше утром, кабинет министров подвергся из того же Кремля уничтожающей критике со стороны «высокопоставленного источника», выступившего с резкими заявлениями на ленте государственного агентства РИА «Новости». Кремлевский аноним, перечеркивая слова президента, де-факто обвинил правительство в недееспособности. Административную же реформу он объявил вредной для эффективного управления страной. При этом не скрывалось то обстоятельство, что экономикой России управляет вовсе не правительство, а та булгаковского масштаба сила, что вечно хочет зла, но совершает благо, сидя «за стенкой». При этом управление осуществляется «сигналами»: «От нас идут совершенно четкие сигналы, но другое дело, что это все где-то повисает».
Полагаю, что «сигнальная система» может сбоить по двум причинам: первая — в ней отсутствуют прямые сталинистские элементы, предполагающие расстрел каждого, кто не понял «сигнал»; вторая, прямо противоположная, — наверху не слишком верят в «невидимую руку рынка», в постиндустриальных экономиках заменяющую расстрелы, но позволяющую «сигналам» свободно передвигаться — не сверху вниз, а снизу вверх. Последнее принципиально.
Аноним, по лексическому строю напоминавший одновременно Владислава Суркова, Дмитрия Медведева, а всего больше Игоря Шувалова, обвинил административную реформу во всех бедах, в том числе в неправильном формировании имиджа Кремля и Старой площади как площадок, где принимаются внутренне и внешне противоречивые решения.Система же управления «становится хуже, потому что работа правительства неадекватна настоящему времени».
Вот тебе, бабушка, и «суверенная демократия» — власть с помощью анонимного источника признает наличие кризиса управления! И объявляет стрелочником правительство. Это что, артподготовка к снятию Фрадкова? Но президент доволен. Радение об интересах отечества? Но для всех очевидно, что именно Кремль в течение пяти лет не может решиться на проведение реформ, а те, которые проводит, извращает до неузнаваемости, в том числе ту самую административную, которая, да будет известно «высокопоставленному источнику», отнюдь не сводится к произвольной перекройке министерств и ведомств.
«Источник» готовит общественное мнение к запуску новой бюрократической реформы, смысл которой — превратить премьера в верховного стратега, этакого Грефа в должности выше просто министерской. А реальные функции передать на места, превратив в свою очередь губернаторов в глав совнархозов, то есть, по сути, в региональных министров, идущих на смену министрам отраслевым. Остается только загадкой, почему апробированная Хрущевым Н. С. система должна спасти страну и радикально улучшить управление ею.
Происходящее свидетельствует о реальном кризисе, который спровоцирован отсутствием воли к реформам и более ничем.
Реформы проводить надо, а боязно, поэтому власть ищет суррогат, универсальную таблетку, позволяющую решить все проблемы с помощью номенклатурной перестановки не институтов даже (они не созданы), а весьма абстрактных схем.
Проблема же в том и состоит, что власть выдает номенклатурный консенсус за консенсус национальный и думает, что если Фрадков с Грефом начнут изображать благорастворение воздухов, а «сигналы» Кремля начнут ходить туда-сюда на манер шаровой молнии, все немедленно пойдет на лад.
Не проще ли дать экономике и ее субъектам дышать? И дать всего лишь один сигнал: ребята, мы от вас отстали. И ведь тогда вдруг все без всяких «консенсусов», «суверенных демократий» и прочих «сигналов» в виде заказных депутатских запросов и обращений в прокуратуру волшебным образом заработает.
