Цивилизация
Нота взята такая, что аж бесперспективно — выше не возьмешь. Дальше — только трон и простертые перед ним массы, в благоговейном молчании и сверхъестественном смирении молящиеся на своего национального лидера в ожидании подходящей формулировки, которую найдет для предмета их идолопоклонничества изобретательный Сурков или Павловский, или группа товарищей, которым поручено думать. Вылизали не только гаранта Конституции, на которую ему прямо и недвусмысленно предлагают положить известно что, но и камни, по которым он ступает или не ступает, — все равно, на всякий случай вылизали. Рядом с этой начавшейся коронацией, странным образом совпадающей по времени с периодом, когда в России должны были бы происходить выборы, любая партийная тусовка китайского руководства выглядит, как сильно продвинутое собрание западных акционеров. Такой азиатчины в чистом виде теперь дефицит.
Такая любовь, чтобы сразу все и со всех сторон, — это не для слабых нервов скромного наблюдателя. Это для любителей тяжелого порно. Кстати, о порно. Мне с некоторым опозданием попался в паутине сайт под названием, конечно же, russia.ru. Это примерно то же, что и zaputina.ru, но побогаче. Компьютер тут же завис от сверхъестественного качества предлагаемой видеопродукции. И я тоже почему-то зависла одновременно с компьютером, хотя к бесстыдству пиарщиков, как мне казалось, давно равнодушна.
Мне как женщине красавчик-Астахов, обнажившийся, в фигуральном смысле, конечно, интересен. Что случилось со славным адвокатом? Какие неведомые силы вселились в него и буквально сотрясают этот в общем импозантный организм в конвульсивных приступах обожания власти? И с каких пор для публичной фигуры считается приличным записывать эксгибиционизм на видео, не на домашнее? Ну случилась такая беда, бывает, полюбил человек президента, не может без него, жизни без него не видит, на колени готов встать, лишь бы не уходил. Какие на фиг американские университеты?! Все забыто и сметено этой невыносимой страстью — к нему, единственному. Ну так дома как-то, на худой конец в тиши прекрасного своего кабинета можно предаваться страстям, зачем же всему миру-то об этом рассказывать, о сокровенном? Все равно так, как у Никиты Сергеевича, не получится. Талант не тот. Да и фактура у автора гимна про 55 побогаче будет, во всех смыслах слова. И если уж президент решит кому-то ответить взаимностью, то, конечно, Михалкову, а не Астахову. И я его понимаю.
Сайт предлагает разнообразия ради и любовь женщины. Она не юная красавица с трехметровыми ногами. Но это и не нужно в данном случае. Она берет речами и внушительным бюстом. Когда она говорит о разных других отвратительных президентах, то ее грудь прячется в разнообразных одеждах, а когда о Путине, то грудь нараспашку в таком специальном под цвет рубашки то ли топе, то ли бюстгалтере, то ли лифе, то ли еще как-то это назовите. В общем, или зайдите на сайт и посмотрите сами, или заезжайте в Париж, я вам покажу улицы, где барышни работают точно в таком прикиде. И вот, закатывая глаза и выкатывая грудь, наша барышня всеми доступными ей под камеру способами, то есть устами, не побоюсь этого слова, любит президента Путина. Так и вижу Путина, уставившегося в экран компьютера, и... Ну, в общем, отдающего должное создателям этого неисчерпаемого интернет-ресурса.
Он там тоже есть, кстати, президент то есть. Сайт сохранил для человечества «нарезку» с исторического съезда «Едра». Смонтировано все отлично, картинка классная. Центральный сюжет — пауза (мхатовские старики оценили бы, будь они живы), которую держит Путин прежде чем сказать «Да!» в ответ на предложение возглавить список партии на так называемых парламентских выборах. Дальше можно подкладывать картинки со всех съездов КПСС и долго искать отличие. Зал и президиум вскакивают на ноги, заходятся в овациях. Зрители, полагаю, облегченно переводят дыхание и утирают скупую слезу благодарности. Нынешние зрители, я имею в виду, потому что зрители эпохи КПСС, глядя на весь это фальшак на экране, ржали и тут же сочиняли очередной анекдот или непристойную частушку.
Кто-то задал вопрос, Михалков, кажется, в программе у Соловьева спросил: что, неужели стыдно любить президента и почему об этом нельзя вот так прямо сказать.
Можно, но зачем? Речь идет о функции, которую выпало исполнять разным людям, и еще много разных других людей будут ее исполнять, хотелось бы верить. К функции и надо относиться, как к функции, — спокойно и объективно, оценочно, я бы сказала. Какая может быть страсть к функции? Разве что одержимость властью. Это понятно, но из другой оперы. Уберите его из кресла, отделите от энергоносителей — и любите, сколько хотите. Если захотите, конечно.
Такое ощущение, что за Путина все решили, соединив воедино человека и функцию. Ее к нему прирастили, пристрочили, приклеили вот этим самым клеем, который отдирается только с кожей. И чем ближе час Х, тем неотделимее кажется — усилиями профессиональных и добровольных пиарщиков — функция от Путина, а Путин от функции. И уже непонятно, Путин ли стал функцией или функция стала Путиным. И он же не останавливает этот бред и подхалимаж, эти удушающие любовные объятия знакомых и незнакомых ему фанов.
Дергается на этом клею, пытаясь куда-то вильнуть, ничего толком не сказать, никого толком не назвать, придумывает какие-то словесные обороты и все новые условия и композиции. Не знаю, как вам, а мне давно смешно это слушать и наблюдать. Его таинственные намеки о его же будущем превратились в посредственную репризу, а сам он выглядит, как какой-то актер, который тянет на сцене время и пытается выйти из ситуации, потому что слов-то дальше не знает. В нормальном театре давно бы освистали и согнали со сцены. А в нашем — любят и просят еще раз повторить, лишь бы не уходил.
