Пожар в жилом помещении или в учреждении не является стихийным бедствием. Неуправляемая природа как-то примиряет с жертвами. С гибелью в результате двух пожаров 50 детей в последние пару дней смириться невозможно. Потому что пожары такого рода предсказуемы, а значит, от них можно попытаться обезопаситься. Непредсказуема лишь степень человеческой безалаберности. Безграничен чисто русский расчет на «авось» — рухнет, конечно, но, дай Бог, не сегодня, загорится наверняка, но может, и пронесет.
И вот когда уже не пронесло и в сельской школе заживо сгорели 22 ребенка, тогда каким-то чудом появляются деньги на новую, не деревянную, но каменную школу. А в Махачкале, возможно, похоронив 28 детей, раздобудут пару сотен рублей, чтобы в интернате для глухих и слабослышащих установить спецмаячки или строб-вспышки, сигнализирующие ярким светом об опасности тем, кому нельзя крикнуть: «Спасайтесь! Горим!»
Обреченные на беззвучную жизнь дети не могли слышать чужих криков. Они так и погибли – в тишине.
Вы думаете, только я такая слабонервная, что меня от этой мысли начинает бить мелкая дрожь? Циничный и прошедший через многое в этой жизни приятель попросил меня выключить радио в машине, когда заговорили о трагедии в Махачкале. «Не могу», — сказал он коротко. И, посмотрев ему в лицо, я поняла, что не может.
Я не знаю, когда невыносимость трагедий, которые можно было предотвратить, перерастет в нашей стране в качественное изменение к самому понятию «жизнь человека». Но я точно понимаю, что никакой помощи от государства во всех ипостасях его чиновничества ждать нечего. Чиновники прилетают на похороны. Так, на похороны в Махачкале полетел министр образования. Они постфактум говорят правильные слова и выражают соболезнование. При этом в пятницу загорелся очередной интернат для инвалидов и чудом никто не погиб.
Понятно, что третий случай – это уже не случайное совпадение, а системная ошибка. Система строится ровно из этих же чиновников всех уровней, ни один из которых не подал в отставку и не взял ответственность на себя. Их ответственность растворена в групповой, коллективной безответственности.
Почему не было в махачкалинском интернате системы световой противопожарной сигнализации? Кто-то не выделил вовремя денег? Кто-то не понял, что она нужна? Кто-то выделил деньги, но их потратили на что-то, что казалось более важным? Никто не проверил, в каком состоянии противопожарная система в интернате? Кто-то проверил, понял, что в плохом, но почему-то или за взятку подписал, что все в порядке? Или кто-то проверил и действительно счел, что все в порядке? Кто несет ответственность за жизни этих детей, находящихся днем и ночью в интернате?
Парадоксальная вещь. Если бы интернат был частным, то его директор был бы кровно заинтересован, чтобы здание было в таком же порядке, как и вверенные ему дети. От этого реально зависело бы функционирование его бизнеса. Именно его, частного, бизнеса. И он отлично понимал бы, что вся ответственность – его. И он бы рассчитывал на себя. И если бы что-то не ладилось, чего-то недоставало, то искал бы спонсоров, дополнительных денег, создавал бы попечительский совет. А потом рассказывал бы в газетах, как ему помогают и кто. И возможно, кто-то из спонсоров и попечителей делал бы это из вполне меркантильных соображений – мало ли, вдруг захочется в выборах поучаствовать. Ну и что? И пусть. Такая система все равно лучше, чем зависимость от центральных или местных чиновников, которым все по фигу. Возможно, и директору школы уже все по фигу – он устал бороться с властью и выбивать каждую копейку на школу, которая если и входит по каким-то причинам в круг интересов чиновничества, то лишь по остаточному списку.
Я не очень представляю, что сейчас думают директора тех 49 учебно-воспитательных учреждений страны, которые по официальной статистике подлежат сносу, а они работают и там учатся или живут дети. Им что, бросить все и бежать? Или попросту взять и закрыть «объекты»? А если там дети, которых некуда деть? Я не знаю, МЧС вместе с Минобразования и губернаторами, похоронив детей в Махачкале, готовы немедленно начать исправлять ситуацию хотя бы там, где это нужно делать срочно? И если готовы, то как они это могут сделать, если все эти заведения государственные, а бюджет уже давно утвержден и распределен? Прикажут ненавистным олигархам отстегнуть? Недурная пожарная команда, извините за грустный каламбур.
Парадоксально, что страна и Минобразования потратили немало красноречия на обсуждение целесообразности введения закона божьего в школах, рассуждая о высоком, о душе — в стране, где в школах в любой момент дети могут заживо сгореть и горят. Неприлично, что в день подобной трагедии Кремль сгоняет на митинг перед американским посольством своих сограждан, которые требуют (вполне возможно, искренне, но безусловно в рамках высокого политического заказа) спасения от американцев бедных иракских детей, а в это время наши собственные дети без всякой войны и бомбежек гибнут в стенах полуразвалившихся школ. И ответственность за это несет вся пресловутая вертикаль власти, вплоть до Кремля и Белого дома. То есть никто? Ни одна живая душа в этой вертикали власти не призналась, что виновна. А общество, все еще сильно напоминающее стадо баранов, идет, куда ему укажут – к американцам во имя спасения иракских детей, а не к Кремлю с требованием обезопасить своих.
Кстати, будущее иракских детей при американской администрации, во всяком случае, представляется мне более надежным и безопасным, чем будущее наших детей при нынешней администрации, а также той, что придет ей на смену после грядущих выборов, поскольку, по всем прогнозам, она не сильно будет отличаться от нынешней.
