Дотошный человек

Григория Белонучкина, корреспондента газеты «Панорама» и, наверное, лучшего парламентского статистика за время существования современной Государственной думы, избили в подъезде двое неизвестных. Их, наверное, никогда не найдут, поэтому они так и останутся неизвестными.

Зато почти наверняка известно, за что побили Григория Белонучкина. Он был наблюдателем на последних парламентских выборах и сумел зафиксировать нарушения, а если называть вещи своими именами, то фальсификации, допущенные в ходе подсчета голосов. Свои наблюдения он описал сначала в своем блоге, а потом в статье, которая была опубликована в журнале «Коммерсантъ-Власть».

Кроме того, Григорий Белонучкин подал в суд. Прошли два судебных заседания, назначили и третье, однако на нем Григорий Белонучкин, скорее всего, присутствовать не сможет, поскольку из-за полученных побоев находится в больнице.

Вот как ведь получается: о том, что избирательный процесс и особенно подсчет голосов проходят у нас, ну, скажем, своеобразно, говорят многие. Однако знание среднего недовольного гражданина о его своеобразии сродни представлению обывателя о том, как работает, ну, к примеру, телевизор. Или, чтобы избежать ненужных аллюзий, холодильник.

Как работает холодильник? Ну, его привозят из магазина, включают в сеть и наполняют продуктами. Если все работает нормально, то из него в любой момент можно достать что-нибудь вкусное и полезное. Если нет электричества, то холодильник не работает. Примерно так.

Есть, конечно, люди, которые разбираются в технике и точно знают, что происходит в агрегате и с агрегатом. Но их немного, да и слушать их обычно никто не хочет. Чего уж там, есть ведь только два понятных состояния: холодильник либо работает, либо нет.

Что такое нарушения на выборах? Ну, это когда в урны засыпают бюллетени с заранее поставленными галочками, потом пишут в протоколах заранее согласованные цифры, а на выходе получается нужный кому-то там результат.

И уж вопрос доверия: соглашаться с представленным итогом или нет. Если есть внутренняя готовность к признанию, то кого там могут заинтересовать какие-то мелочи.

То есть одни готовы пользоваться плодами работы агрегата, но не знают (да и не хотят знать), как он устроен. Другие знают, но не могут или не хотят это объяснить.

Возможно, многие считают этот процесс сакральным.

Григорий Белонучкин вряд ли хотел покуситься на устои или совершить диверсию против организации избирательного хозяйства. Он сначала решил посмотреть, как это все выглядит на самом деле, потом описать, а потом подтвердить или опровергнуть полученное знание в суде.

И делал он это все, по своему обыкновению, дотошно. Он вообще очень дотошный человек, внимательный к мелочам и подробностям. Уже одним этим он должен был вызывать раздражение у тех, за кем собирался наблюдать.

Потому что система ничего не имеет против краснобаев-горлопанов-агитаторов. Их заливистый крик не просто безопасен, но и способствует пищеварению.

Дотошный человек представляет куда более значительную угрозу.

Потому что теперь доподлинно известно, что подробное наблюдение не за выборами вообще, а на конкретном участке, позволяет получить вполне определенные результаты. И не просто сетовать на то, что выборы идут как-то не так, но знать, как это делается на самом деле.

А попытка ознакомить с ними тех, кого это интересует, влечет вполне определенные последствия.

Видите, как много знания мы получили благодаря работе всего одного дотошного человека.

И даже если бы Григорий Белонучкин не сделал ничего до того (а это не так, его справочниками пользовались и пользуются тысячи людей) и не сделает ничего в дальнейшем (и это не так, я уверен), все равно он очень большой молодец.

Поэтому, Гриша, поправляйся.

Дотошные люди по нынешним временам на вес золота.

И вдруг к следующим выборам их станет чуть больше, чем сейчас.