Пусть лучше они ошибаются

— 20.06.05 13:41 —

Если бы наша прокуратура проиграла процесс по делу Майкла Джексона, то она всеми правдами и неправдами добилась бы пересмотра оправдательного приговора, меняя состав присяжных до тех пор, пока оный состав не вынес бы удовлетворяющий ее обвинительный вердикт. Потому что у нас менять состав присяжных и пересматривать дело чуть ли не всякий раз, когда приговор не удовлетворяет обвинение, считается само собой разумеющимся. Сам же институт присяжных считается вроде как экспериментальным, присяжные участвуют в довольно ограниченном числе дел, многое им «не доверяют».

Впрочем, это вообще-то для нашей страны типично: обывателям (а присяжный – это не кто иной, как простой обыватель) не доверяют прямые выборы губернаторов, референдумы по всевозможным государственным проблемам, да и просто-напросто элементарную информацию и отчетность разных государственных ведомств тоже не доверяют. Идут разговоры про то, а надо ли им доверять прямые выборы собственного президента.

«Чудят» ли присяжные у нас? Еще как. Им в силу нынешнего состояния обывательских мозгов в целом по стране не стоит доверяться тем, кто богат или обвиняется в таких преступлениях, как разглашение государственной тайны или измена родине. Зато обвиняемым в бытовых преступлениях, напротив, куда больше шансов рассчитывать на снисхождение. Яснее ясного, что национальность подсудимого в нашей многонациональной стране, «братской семье народов», прошедшей через школу советского интернационализма, влияет на присяжных примерно как красная тряпка на быка. В этом смысле самый скверный для подзащитного случай – это оказаться «лицом кавказской национальности» где-нибудь в Краснодарском крае. Или ингушом в Осетии.

Соответственно, разные политические люди уже предлагают отменить суд присяжных, к примеру, в той же Ингушетии. Потому что и в случае, если ты «не той» национальности, и в случае, если как раз той (и тесно связан кровно-родственными связями с теми, кто сидит в жюри присяжных), приговор в равной степени предсказуем. Соответственно обвинительный и оправдательный.

«Чудят» ли присяжные в той же Америке? Да, собственно, ничуть не меньше, чем у нас. Там, несмотря на колоссальный разрыв в уровне жизни, потрясающую терпимость и открытость общества в целом, а еще заведомую доброжелательность по отношению к чужому человеку и т.д., и т.п., тоже полно своих обывательских комплексов. И опытные адвокаты там тоже знают, на какую струнку обывательской души надо нажать или за какую дернуть, когда речь идет о неоднозначных делах. Особенно те адвокаты, которые берут не менее 500 долларов за час работы (включая подготовительную работу с документами дела). Именно такие были у Майкла Джексона.

В свое время такие же были и у известного футболиста О. Дж. Симпсона, который был оправдан присяжными по обвинению в убийстве своей экс-супруги и ее любовника. Потом, правда, другой суд присудил ему выплатить родственникам жертв немереную компенсацию, тем самым признав его все же виновным. Но в тюрьму он не сел: присяжные (большинство были, как и он, неграми) не велели.

Большинство в жюри присяжных по делу Майкла Джексона были как раз белыми. Он ведь так старался убить в себе гены своей темнокожей расы и столько потратился на «самообелеление».

Но почему-то с самого начала судебного процесса, несмотря на серьезность звучавших обвинений в педофилии, было понятно, что его не посадят на 20 лет в каталажку даже в насквозь пуританской Америке. То, что его оправдали по всем десяти пунктам обвинения, было более ожидаемом, чем то, что его осудят хотя бы по одному.

И дело тут не только в 500-долларовых в час адвокатах или в недостаточно умело подготовленном обвинении. Хотя и в этом тоже. И не только в том, что он – поп-звезда, хотя и в этом тоже. И не только в том, что присяжные раскусили попытку оборотливых мамаш и папаш детишек, с которыми неформально общался Джексон, раскрутить его на очень большие деньги. Хотя и в этом тоже. В конце концов присяжные обыватели просто «разомлели» перед лицом знаменитости, оказавшись не в состоянии упечь его за решетку.

Но даже если они в данном случае с чисто юридической точки зрения и ошиблись, это не так уж важно с точки зрения всей судебной системы. Потому что именно такие вот «вопиющие», в смысле поведения присяжных, судебные процессы как раз не разрушают, а лишь укрепляют судебную систему страны в целом. Прокуратура будет лучше готовиться к следующим обвинениям, более тщательно отбирая и собирая доказательства, – они должны показаться неопровержимыми даже самым доброжелательно настроенным по отношению к подсудимому присяжным. Адвокатура, наоборот, будет искать новые методы и аргументы защиты, ведь уже многократно примененные и казавшиеся «дешевыми» (типа апелляции к тем же расовым вопросам) уже девальвируются. Судьям же придется разбираться во всех этих хитросплетениях и, следовательно, неуклонно повышать свой профессионализм и объективную независимость. Им приходится прививать себе иммунитет к самым хитроумным уловкам что обвинения, что защиты.

И в итоге сбои (если это действительно сбой) в таких громких делах, как дело «педофила Джексона», обернутся торжеством справедливости по отношению к тысячам и тысячам обвиняемых или их жертв в рутинных и мало кем замечаемых судебных процессах. В которых решаются – рушатся или спасаются – судьбы простых людей. Именно в этом и состоят величайшее достижение и величайшая заслуга «ошибок» присяжных заседателей. Альтернатива чему – «безошибочность» «басманного правосудия». Причем под последним я даже не имею в виду конкретный случай с Ходорковским.