— Накануне на форуме «Россия-2012» Владимир Путин декларировал новую экономическую стратегию — «100 шагов», довольно масштабную. Как вы ее оцениваете и реально ли сделать 100 шагов за один президентский срок?
— В этой программе прописаны убедительные меры. Для увеличения производительности, для экономического успеха России необходимы реформы, это движение в верном направлении. Вопрос в том, как соотносится политическая воля с реальной возможностью реализовать этот план.
Российские власти давно и много говорят о структурных реформах, но продвигается все это намного медленнее и в намного меньших масштабах, чем обсуждается.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3985841",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"uid": "_uid_3985089_i_1"
}
— Если реформы стартуют, Путин успеет за 6 лет? Или потребуется дополнительное время?
— Предстоит сделать многое. В повестке либерализация режима работы с иностранным капиталом, приватизация (сейчас экономика во многом подконтрольна государству), серьезная борьба с коррупцией, реформа политической системы, реальная конкуренция, реальная демократия, надо прекратить государственное регулирование цен — в общем, много придется делать. Чтобы экономика росла, надо дать шанс частному капиталу, чтобы источник роста смещался из госсектора, от госкорпораций к частному производству. Вот задача.
— А вы после всех встреч с чиновниками и инвесторами верите в то, что такое возможно в России?
— Это уже не вопрос веры. Раньше Путин тоже много говорил о реформах, и не все, из того, что он сказал, осуществилось. Но тогда политическая ситуация была другой, не такой подвижной. Она пришла в движение после выборов в парламент, которые многие посчитали не совсем честными. Сейчас оппозиционные силы сближаются, пробуют объединиться. Если Путина изберут в марте, он может столкнуться с политическим давлением, с требованием делать больше из того, что было обещано. Он, на мой взгляд, очень осторожен, предпочитает действовать не быстро.
Но средний класс в России уже устал от коррупции, от неравенства, ему не хватает реформ. И он может оказать влияние на власть.
Так что вопрос не в том, верю я или нет. Посмотрим, превратятся ли слова в дела или останутся пустыми обещаниями.
— Реформы, которые будут заведомо непопулярны, — повышение пенсионного возраста, сокращение социальных расходов — неизбежны для России?
— Конечно, нужно следить за бюджетной системой. При бывшем министре финансов Алексее Кудрине была дисциплина. Он и ушел после спора о целесообразности наращивания военных расходов.
Я считаю, что в вопросах финансовой дисциплины Кудрин был прав.
Она соблюдалась несколько лет, но порядок нарушился из-за предвыборных кампаний, так что растратили слишком много. Четкий бюджет — это основа макроэкономической стабильности.
— Вы виделись с Кудриным, обсуждали сложившуюся ситуацию?
— Видимся каждый раз, когда я приезжаю в Москву, в каком бы статусе он ни был.
— Насколько тесно связаны экономические и политические реформы? Возможна ли реализация заявленных планов при сохранении авторитарного политического стиля? Или стране нужны новые лидеры?
— Кто будет новым лидером, будут ли выборы честными и демократичными — это вам решать, вы здесь живете. Сейчас оппозиция настаивает на новых выборах в парламент примерно через год. Если Путина изберут, требования к нему как к президенту будут выше, чем прежде.
Средний класс потребует отчета более настойчиво.
Демократические процедуры в России несовершенны. В политической системе много авторитарного, например, процедура передачи власти, отсутствие реальной политической конкуренции. С людей, которые вышли на улицы, хватит всего этого. Они требуют демократических выборов и, возможно, переизбрания депутатов в парламент.
— Новый президентский срок Путина вы считаете риском для России?
— Путин и Медведев между собой заранее договорились поменяться ролями, ни с кем не советовались. Это одна из причин раздражения людей. Плюс сентябрьские выборы... Это изменило политическую ситуацию. Не только рабочие промышленных предприятий, но и средний класс потребовал правды, не только экономических, но и политических реформ: справедливости в судах, больше демократии, больше экономических возможностей именно в частном секторе, а не в госкомпаниях. Это требование останется в силе вне зависимости от того, будет Путин президентом или нет. Власть уже не такая неограниченная, как несколько лет назад.
— Каким, на ваш взгляд, может оказаться итог социальных протестов в России?
— Протесты проходят мирно, с демократическими требованиями. Власть отвечает за то, чтобы сохранить мирный характер акций, не принимать слишком жесткие меры. Демократическое движение уже достаточно сильное, чтобы всё так и было. Чтобы президентские выборы прошли более открыто, чем выборы в парламент. Чтобы переизбрать парламент, возможно, раньше, чем через пять лет. Чтобы стартовали реформы, началась реальная конкуренция. Прогресс будет, посмотрим, насколько значительный. Насколько Путин готов прислушаться.
— Россия действительно уже не вписывается в рамки БРИКС?
— Дело не в том, входит Россия в БРИКС или нет. Я подчеркиваю, что в период между 1998 и 2008 годами российская экономика росла где-то на 8% в год, что не особо отличалось от темпов роста ВВП Индии, Бразилии и Китая. Потом был экономический и финансовый кризис 2008 года, была рецессия. Но с тех пор в Индии экономика восстановилась, в Китае — здоровый рост на 9%, тогда как восстановительный рост российской экономики был на уровне 4—4,5%. Это недостаточно для такой страны, как ваша. Это сигнал, который заставляет нас сомневаться. Если ВВП России будет расти средними темпами, и рабочий класс, и средний класс будут недовольны. Поэтому вне зависимости от того, являетесь вы членами этого клуба или нет, в абсолютном выражении восстановление экономического роста в России будет разочаровывающим, несмотря на рост цен на сырьевые товары, из-за недостатка экономических реформ.
— Означает ли это, что роль России в БРИКС и в глобальной экономике сократится в ближайшие годы?
— Политическая и геополитическая сила государства всегда зависит от экономической и финансовой сил. Увеличение роли развивающихся экономик, включая Бразилию, Китай и Индию, связано с тем фактом, что экономическая, финансовая и торговая роль этих стран росла. Россия, конечно, важная страна в мире. Но ваши геополитические достижения и возможность увеличить влияние в мире также зависят от успехов в экономике. Если вы слабые дома, вы не можете быть сильными где-то за границей. Поэтому России надо сосредоточиться на внутренних институциональных реформах политической и экономической систем, тогда она станет сильнее, демократичнее и обнаружит, что ее роль, влияние на международные дела будет весомее, чем сейчас.
