Цивилизация
Комиссия Мособлсуда обнаружила признаки дисциплинарного проступка в действиях судьи Щелковского городского суда Валерия Саса во время ДТП в Ульяновске, сообщили Российскому агентству правовой и судебной информации (РАПСИ) в пресс-службе Мособлсуда. «На основании выводов комиссии совет судей Московской области единогласно решил внести представление в квалификационную коллегию судей Московской области о привлечении судьи Саса к дисциплинарной ответственности за несоблюдение норм судейской этики», — сказала сотрудница пресс-службы. Она уточнила, что в своем решении совет судей основывался на выводах, сделанных специальной комиссией, «которая признала, что действия Саса содержат признаки дисциплинарного проступка». Сотрудница пресс-службы не сказала, когда состоится заседание квалификационной коллегии, на которой может быть рассмотрено представление в отношении Саса.
ДТП произошло в ночь на 22 января в Ульяновске, на мосту через Волгу: автомобиль Toyota Highlander, которым управлял судья Сас, протаранил ВАЗ-2112. По данным областного управления ГИБДД, внедорожник выехал на полосу встречного движения в зоне действия знака «Обгон запрещен». В результате столкновения 22-летний водитель «Жигулей» скончался на месте, его 23-летняя пассажирка спустя несколько часов умерла в больнице, 52-летняя женщина до сих пор находится в реанимации. Инспектор ДПС, выезжавший на место происшествия, заявил, что от судьи исходил запах алкоголя. Сам он, по информации Следственного комитета, от прохождения официального медосвидетельствования отказался.
— Валерий Владимирович, вас считают виновным в ДТП на мосту в Ульяновске. А вы сами считаете себя виноватым?
— Я не считаю себя виноватым.
— В ГИБДД говорят, что вы выехали на встречную полосу. Это правда?
— Я выехал? Вы что?! Я ехал по своей полосе движения.
— Из ваших слов получается, что выехали на вас?
— Да, выехали на мою сторону движения. Никого я не обгонял. Впереди меня, я помню, шла машина, она была на расстоянии метров 200—250. Сзади машин не было.
— А вы автомобилист со стажем?
— Да, у меня более 30 лет водительского стажа.
— А дорожное покрытие в тот момент было нормальным?
— В тот момент там была колея, а посредине дороги был лед. Между колесами ледяное было покрытие.
— То есть получается, что «Жигули», которые ехали навстречу, просто выбросило на вас?
— Наверное.
— Куда вы направлялись той ночью?
— Я ехал в санаторий от товарища, которому я, кстати, потом позвонил.
— А вам никто не помогал выбраться из машины?
— Мне никто не помогал. Я сам выбрался. Я только слышал, что к машине подошел или работник моста, или работник ГАИ и спросил меня: «Живой?» Я ответил: «Живой». После этого я стал делать попытки выбраться из машины. Сами понимаете: машина лежала на левом боку, двери были все заблокированы, потому что, когда двигатель запускается, двери все блокируются. И мне пришлось перебираться с переднего сиденья в багажное отделение. И только через багажное отделение я выбрался.
— Родственники погибших в ДТП людей говорят, что вы не помогали раненым после аварии. Почему?
— Я после аварии был в прострации, после удара, после столкновения. Я не соображал, что происходило вокруг меня. О какой помощи могла идти речь? Я минут 30—40 находился в перевернутой машине, я оттуда еле выбрался. Минут 20 я был без сознания, а потом минут 30 выбирался из машины. Я сам нуждался в помощи. Когда мне удалось выбраться, я увидел только труп одного молодого человека, мальчика, который лежал рядом с машиной. Больше я никого не видел.
— Врачи оказали вам медицинскую помощь?
— Лично мне никто ничего не оказывал, даже не спрашивал, нуждаюсь ли я в помощи. Я думаю, что она была на минимальном уровне.
— Вы самостоятельно обратились в медучреждение?
— Конечно! Когда меня везли на медицинское освидетельствование, я сказал: знаете, я сейчас не могу, мне нужно срочно оказать медицинскую помощь. Мой товарищ увез меня и вызвал «скорую помощь». «Скорая помощь» констатировала у меня повышенное давление — 170 на 110, мне сделали укол, таблетки дали. Я немножечко уснул, мягко говоря. Потом я пошел и прошел медицинское освидетельствование.
— Инспектор ДПС дал показания, что от вас пахло алкоголем.
— Алкоголем от меня не могло пахнуть по одной простой причине: я был в санатории по программе очищения, которая категорически запрещает употребление спиртных напитков. А на мосту от меня мог исходить запах — я пил валерьянку, чтобы успокоиться. Я крышечку налил, принял эту настойку, потому что все колыхалось у меня, понимаете?
— Следственный комитет заявил, что вы отказались от прохождения медицинского освидетельствования.
— Это неправда, я не отказывался. Я потом прошел медосвидетельствование.
— И алкоголь не был обнаружен?
— Нет. Я потом еще в больнице кровь сдавал на этанол.
— Как, на ваш взгляд, сейчас идет следствие?
— Я не знаю, меня, в общем-то, не информируют. По известным причинам — потому что я процессуальная фигура еще не такая, которую информируют.
— Как вы считаете, чем вызван такой общественный резонанс?
— Вероятно, тем, что я занимаю должность судьи.
— Валерий Владимирович, известно, что коллегия судей Московской области должна рассматривать ваше дело. Как вы считаете, коллеги встанут на вашу сторону?
— Не знаю. Я не знаю. Вот здесь я ничем не могу вам помочь.
— Вы сейчас не намерены общаться с родственниками погибших в этой аварии?
— Я готов общаться, но я пока еще в больнице, в стационаре. Знаете, у меня такая психологическая травма!
