Цивилизация
Я распахиваю (не открываю, а именно распахиваю) тяжелую и широкую дверь кабриолета, падаю в глубокое сиденье белого кожаного салона и почти дрожащими пальцами тяну кольцо управления крышей. Мягко и бесшумно сначала открывается багажник, потом начинает сползать брезентовая накидка, словно соскальзывающая с кровати тяжелая шелковая простыня. Крыша аккуратно укладывается в пространство за подголовниками задних кресел. Я снова выхожу из машины: теперь, избавившись от лишней одежды, она стала совсем другой.
Все споры о силуэте и внешности E-class сразу становятся каким-то бессмысленными и нелепыми.
Большой покатый капот и лобовое стекло, восходящие к задней части рёбра, придают композиции правильный вектор. Острые углы фар и массивная решетка пусть и утяжеляют переднюю часть машины, но и придают ей приятной правильной агрессивности. Задние фонари, наоборот, мягкие и округлые тоже кажутся к месту на укороченном багажнике.
Салон – такой же классический, сдержанный и стильный как на всех модификациях модели. Стальные цифры на черном дне циферблатов и неизменные часы в одном из них. Кнопки управления бортовым компьютером как клавиатура, а монитор 5,8 дюйма с неизменной шкалой радиостанций как у старинного радиоприемника, придает интерьеру особый стиль.
Ну и куча классических мерседесовских ящичков и шкатулочек, как в старинном секретере.
Бардачок в подлокотнике открывается нажатием кнопки – крышка «разламывается» на две половинки. Кольцо, отвечающее за крышу, также спрятано под крышечку. Там же кроется и кнопка открывания сразу всех окон. Задний диван разделен подстаканниками, заглушенными пластиковой шторкой.
В кабриолетах есть что-то неизменно романтическое. Что-то, заставляющее любого, даже самого черствого журналиста проникновенно шептать в своем тексте о «целом небе звезд над головой», о «просторах», «свободе», «романтике и сексуальности» этих машин. И каждый раз все это оказывается правдой, и каждый раз трудно подобрать новые слова, чтобы описать это небо, эти звезды и это вдохновение. Особенно, если речь идет о Mercedes.
Другое дело, когда на пути к эйфории оказывается рекордное июльское пекло, помноженное на пробки. Козырек моей кепки подпирают большие солнечные очки, дефлекторы кондиционера направлены мне в лицо и в подстаканниках у меня целых две бутылки воды. Плечи жирно смазаны кремом от загара.
Но все равно каждую минуту я думаю о палящем солнце, которое как микроволновка силится прожарить меня со всех сторон. Не исключено, что когда я доберусь до работы, плечи будут хрустеть золотистой корочкой, как на жареном хлебце.
Мысль о жареном тоже мучает меня. Так же как автобус, который пыхтит рядом. Густой горячий воздух делает зловоние вязким и назойливым. Я сдаюсь и закрываю крышу, мысленно проклиная и этот город, и создателя этой машины, которая вдруг сделала мою жизнь такой бессмысленной. Лучше бы шел дождь - это бы оправдало мою слабость.
Хорошо, что жара спадет вечером. Огромная пышущая жаром туша завалится за горизонт и будет мучить другое полушарие. Тогда я сяду в кабриолет, открою крышу и поеду за город. Это единственный класс автомобилей, который может сделать из поездки прогулку.
Под длинным носом капота у нас прячется двигатель 1,8 турбо с автоматом 7G-Tronic. Мотор выдает 204 лошадиные силы, что, по мнению инженеров Mercedes, можно приравнять к мощности 2,5 литрового «атмосферника» – отсюда нумерация нашей модели E 250. Несмотря на два режима работы коробки – Comfort и Sport - ведется она себя довольно расслабленно, откладывая реакцию резвого двигателя после нажатия на педаль. Приходится немного подождать, прежде чем машина зарокочет и потянет вперед. Но когда это происходит – ощущения довольно приятные.
Большой мерседесовский руль совсем не спортивен. Зато управление немного напоминает работу рулевого на яхте. В шторм приходится быстро перебирать руками штурвал, а на трассе можно ограничиться лишь небольшими корректировками.
Подвеска сглаживает ущербность дорог, но держит при этом машину довольно уверенно. Система Agility Control адаптируется к дорожной ситуации, которую она анализирует по показаниям специальных датчиков, а также система приспосабливается к разной манере вождения. Но она не может сделать машину достаточно жесткой. Для спортивного режима можно заказать и спортивную модификацию подвески – более жесткую и приспособленную для агрессивной езды. Тогда автомобиль становится жестким и работает четко, как хоккеист на ледяном поле.
Но дорога в лесу освежает, я перевожу коробку в режим Comfort и сбрасываю скорость. В кабриолете мир кажется другим. Объемным. Многослойным.
Листва пьет выпавшую росу и отдает приятный запах, так же, как и чуть отсыревшая вечерняя земля. В деревенских садах цветут какие-то деревья и клумбы, они добавляют в воздух пряные нотки. Подложкой к голосу музыкальной системы ложатся тысячи голосов цикад. Голова и мысли приятно проясняются, но думать о чем-то совершенно не хочется. Лучше ловить свои ощущения — необычайно яркие. Они щекочут и покалывают, ты улыбаешься им в ответ, и когда вдруг замечаешь за собой эту улыбку, немного смущаешься. Такое бесхитростное детское счастье, просто от того, что ветер приятно гладит волосы, и дышится легко. И целое небо звезд над головой.
