Физики-ядерщики из американской национальной лаборатории в Окридже заявили о выработке первой за последние 30 лет партии стратегически важного изотопа плутония-238. Этот изотоп известен тем, что является своего рода сердцем, согревающей начинкой многих космических миссий, которые в силу большого удаления от Солнца не могут питаться за счет солнечных батарей.
Окриджская национальная лаборатория — один из 17 исследовательских центров министерства энергетики США, созданных после Второй мировой войны для исследований в области энергетической и ядерной безопасности и фундаментальной науки.
Плутоний-238 — радиоактивный элемент, в процессе распада в уран-234, как и множество других радиоактивных изотопов, выделяет тепло. Это свойство и используют ученые, размещая так называемые РИТЭГи на его основе на борту многих космических аппаратов. РИТЭГ (радиоизотопный термоэлектрогенератор) — источник электроэнергии, который использует для ее выработки тепло, выделяемое радиоактивным изотопом. В отличие от промышленных ядерных реакторов РИТЭГи значительно компактнее (работают на основе Пельтье-эффекта), проще и не имеют движущихся частей, хотя и имеют невысокий КПД — всего несколько процентов.
Эти приборы требуются там, где годами и даже десятилетиями необходимо получать несколько сот ватт электроэнергии без ощутимого снижения мощности.
Плутоний-238 до сих пор теплится и дает энергию давно запущенным к окраинам Солнечной системы американским «Вояджерам», использовали его отправленный к Юпитеру зонд «Галилео» и изучающий в настоящее время Плутон аппарат «Новые горизонты». Если «Галилео» требовалось взять на борт 15 кг плутония, аппарат Cassini, изучающий в настоящее время систему Сатурна, имеет на борту 33 кг изотопа.
Технологией производства плутония-238 обладали лишь две страны — СССР и США.
В США со времен «холодной войны» его нарабатывали на заводе в Саванне-Ривер в Южной Каролине. «Эти реакторы были заглушены в 1988 году и с тех пор не имели возможности производить новые изотопы», — поясняет Уэм.
Единственной страной, производящей плутоний-238, оставалась Россия, и в 1992 году США подписали контракт с Москвой о поставке первых 10 кг изотопа для своих космических нужд. Всего в рамках этих контрактов из России в США было поставлено до 40 кг плутония.
Благодаря этим поставкам, к примеру, знаменитый американский
марсоход Curiosity в настоящее время бороздит просторы Марса, питаясь и согреваясь еще советским плутонием.
Однако несколько лет назад Россия прекратила поставки изотопа в США, и там всерьез озаботились пополнением запасов. По сути, под угрозой оказались запуски множества космических миссий, расписанных на годы вперед. В NASA не раскрывают объемы запасов плутония, известно лишь, что без поставок из России они близки к исчерпанию.
Накануне Нового года американские физики отчитались о долгожданном успехе:
впервые за почти 30 лет им удалось произвести первые 50 г плутония-238.
«Нынешние работающие реакторы министерства энергетики меньше тех, что были в Саванне-Ривер. Поэтому нам надо модифицировать технологию, чтобы работать на имеющихся реакторах. Как только мы автоматизируем и масштабируем процесс, страна получит постоянную возможность производить радиоизотопные источники питания, используемые NASA в далеком космосе», — пояснил Уэм.
Следующим американским аппаратом, которому понадобится этот элемент, станет ровер Марс-2020, запуск которого намечен на 2020 год.
Что касается России, отечественная промышленность сохраняет способность производить плутоний-238. «Это так называемый научный плутоний, который мы способны производить. И производим, если он необходим, в зависимости от потребности», — рассказал «Газете.Ru» источник в атомной промышленности. Он добавил, что наработанные объемы изотопов являются закрытой информацией и не подлежат огласке.
Ряд планирующихся международных и российских космических миссий также будут использовать российский плутоний-238.
«На посадочном аппарате миссии «Экзо-Марс», которая стартует в марте, будут стоять российские РИТЭГи, сделанные на основе нашего плутония-238», — пояснил завотделом ядерной планетологии Института космических исследований РАН доктор физико-математических наук Игорь Митрофанов.
Работать на отечественном изотопе будут миссия «Луна-25», которая отправится в 2018 году, «Луна-27» и последующие «Луны». «Если мы хотим сажать на Луну аппарат, который должен пережить лунную ночь, на нем должен стоять такой генератор энергии. Поэтому освоение дальнего космоса связано не столько с самим плутонием, сколько с устройствами для выработки энергии на их основе», — добавил ученый.