Мособлсуд во вторник отказался распустить коллегию присяжных по делу о покушении на главу РАО ЕЭС Анатолия Чубайса. Таким образом судья отклонил ходатайство прокуратуры и представителей Чубайса, требовавших убрать присяжных из дела в связи с их «тенденциозностью». «Судья заявил, что распустить в этой стадии коллегию присяжных заседателей невозможно», — сообщил один из участников процесса, проходящего в закрытом для прессы режиме. По его словам, с такой формулировкой переизбрать присяжных можно было лишь до начала рассмотрения дела по существу. Теперь суду будут нужны более весомые доводы, которых у следствия нет.
Однако даже после отказа судьи прокурор продолжил настаивать на замене присяжных.
Во вторник каждого из 12 основных и 4 запасных членов коллегии гособвинитель просил отозвать в связи с тем, что 24 ноября в суде дал сенсационные показания ключевой свидетель обвинения Игорь Карватко. «Гособвинитель мотивировал свое решение тем, что присяжные заслушали показания свидетеля, который заявил суду о том, что на стадии предварительного следствия он давал показания под давлением», – рассказал один из участников процесса «Газете.Ru».
Судья Александр Козлов, рассматривающий дело Чубайса, не нашел законных оснований для роспуска присяжных и в связи с этим. «Он отказал в удовлетворении ходатайства, поскольку такая норма нигде не прописана», — сообщил один из участников процесса.
По словам адвокатов, гособвинители с самого начала считали присяжных предвзятыми, ссылаясь на то, что в коллегию входят в основном пенсионеры: мол, «все пенсионеры негативно относятся к потерпевшему» Анатолию Чубайсу.
Как считают защитники подсудимых, представители прокуратуры на этом не остановятся, а придумают новые поводы распустить коллегию или пересмотреть дело после вынесения не устраивающего их оправдательного вердикта.
Оправдательный вердикт подсудимым Владимиру Квачкову, Александру Найденову и Роберту Яшину стал вполне возможен после сенсационных показаний, которые дал 24 ноября главный свидетель обвинения Игорь Карватко, хорошо знакомый с одним из подсудимых Робертом Яшиным. Это Карватко сообщил следствию о том, что незадолго до покушения Яшин купил в строительном магазине коврики (аналогичные коврики были найдены в лесополосе рядом с местом покушения). Кроме того, на следствии свидетель подтвердил, что обнаруженный там же аккумулятор он раньше видел в сарае на даче у Владимира Квачкова.
Однако, по словам источника «Газеты.Ru», на суде Карватко неожиданно признался, что все эти показания из него попросту выбили.
В виновности своих знакомых он не уверен. Тем более что в ходе допроса от высокопоставленного сотрудника МВД Игорь Карватко узнал, что Анатолия Чубайса в машине в момент покушения вообще не было.
На суде, в присутствии присяжных, Карватко рассказал, что 22 марта 2005 года, сразу после ареста Владимира Квачкова, его задержали и поместили под стражу на несколько суток в Твери якобы за сопротивление сотрудникам милиции. В это время к нему приезжали оперативники, которые продемонстрировали протоколы обыска его квартиры и машины. Из этих документов следовало, что у Карватко нашли патроны и наркотики. В связи с этим, по словам Карватко, милиционеры грозили ему тюрьмой, если он не даст нужные показания против своих знакомых Квачкова, Найденова и Яшина. Однако из показаний Карватко, по его словам, были вычеркнуты слова о том, что в день покушения Найденов, проводивший на даче Квачкова свет, сильно повредил руку и поэтому просто не мог стрелять. Во время осмотра дачи Квачкова в сарае обнаружили тот самый аккумулятор, который якобы нашли неподалеку от места взрыва, рассказывают источники «Газеты.Ru», участвующие в процессе.
Свидетель даже назвал «тенденциозным пенсионерам» имя полковника милиции, начальника одного из подразделений МВД России, который официально не входил в следственную группу, но допрашивал Карватко и заявил ему, что Чубайса не было в машине в момент покушения.
«Мы прекрасно знаем, кто на самом деле покушался на Чубайса. Начнем с того, что в машине его не было. А все организовал охранник», — процитировал слова сотрудника МВД Карватко. Также этот полковник назвал кличку охранника Анатолия Чубайса, заявил свидетель. «У вас есть доказательства сказанному вами?» – спросил судья Александр Козлов. «Да, у меня есть аудиозаписи бесед с сотрудниками милиции», – ответил свидетель Карватко. «Вы можете передать их суду?» – спросил судья. «Эти аудиозаписи – гарантия моей безопасности», – ответил свидетель, но пообещал, что принесет кассеты.
Следующее заседание проходило уже без присяжных и подсудимых, гособвинитель Светлана Артемьева потребовала отвода коллегии, тогда как судья решил сначала разобраться с кассетой Карватко. В суд помимо Карватко был вызван и названный им полковник.
Накануне офицер выступил с показаниями в суде, заявив, что ничего подобного не говорил. Обещанную фоноскопическую экспертизу пленки и голоса милиционера судья проводить отказался.
Кассета была возвращена Игорю Карватко, хотя изначально ее приобщили к материалам дела, рассказывает источник «Газеты.Ru» из зала суда. По словам самого Карватко, он до сих пор чувствует на себе прессинг правоохранительных органов, и даже на предварительных слушаниях он просил судью Наталью Валикову обеспечить его безопасность.
Теперь, как опасаются защитники подсудимых, опасный свидетель может исчезнуть. У прокуратуры остается один законный способ добиться нужного приговора — если найдется повод распустить коллегию присяжных или опротестовать вынесенный ими вердикт в Верховном суде. «Если же свидетеля Карватко по каким-то причинам больше не будет на следующем судебном процессе, то суд будет пользоваться только теми показаниями, которые он давал первоначально, в ходе следствия. И тогда процесс пройдет без неожиданностей», — отмечают участники судебного процесса.
Во вторник, когда было оглашено решение судьи об отказе в роспуске присяжных, все члены коллегии вернулись в зал и заявили, что намерены разбирать это дело объективно. Между тем по неизвестным причинам судья отказался возвращать для участия в процессе двух подсудимых — Владимира Квачкова и Роберта Яшина.
Следующее заседание состоится в Мособлсуде 7 декабря.
