Цивилизация
Дмитрия Кормилина и Валерия Замараева похоронили рядом друг с другом, на кладбище в парке, где обычно хоронят летчиков-испытателей. Большой новый мемориал спасателям сильно выделяется среди обычных каменных крыльев, торчащих из земли. Две плиты соединяют два сросшихся креста из камня, между которыми – гранитный колокол. По периметру мемориала застыли четверо парней в оранжевых беретах – почетный караул МЧС. Рядом с памятником посадили самых близких, в том числе отца Кормилина, недавно пережившего третий инсульт. Чуть подальше выстроились два отряда войск МЧС в черных и оранжевых беретах, за ними выстроили школьников старших классов с цветами. Пришел сын Дмитрия Кормилина. Как рассказал Данила корреспонденту «Газеты.Ru», мать отдала его в интернат для детей спасателей под патронажем ЮКОСа, которым руководит сейчас отец заключенного экс-главы компании, Борис Ходорковский. Раньше Данила хотел быть спасателем. Теперь передумал.
Сразу после того, как отзвучал советский гимн, началась панихида. Одинокий священник протоиерей Николай Струков пел в микрофон заупокойную.
— Митя-то был некрещеный, но к отцу Николаю ходил часто – тот его напутствовал. Знали бы вы нашего отца Николая – такой продвинутый, — рассказывает пожилая родственница спасателя Кормилина. Она рассказала, что батюшка — бывший военный и позволяет себе многое говорить то, чего не надо говорить о нынешней власти.
Власти тоже должны были высказаться. Их было немного – из федеральных чиновников в Жуковский приехал только замглавы МЧС Руслан Цаликов. Он не смог «подобрать слова, которые выразят всю боль», заявил лишь, что подвиг двух спасателей «навсегда с нами». Пожелав родным и близким «стойкости и крепкости», он передал микрофон мэру Жуковского. Слово также взял и глава совета московской осетинской общины – их венок выделялся размерами среди других венков. «Валерий и Дмитрий отдали самое дорогое, они отдали жизнь», — тут Валерий Каболов тяжело вздохнул и замолчал. Дальше он говорил с большим трудом. «Они отдали жизнь… за спасение наших детей. Валерий и Дмитрий, осетины всегда вам будут благодарны, никогда вас не забудут!» – со слезами на глазах сказал глава общины.
Начальник центра по проведению спасательных операций особого риска «Лидер» генерал-майор Николай Вдовин был единственный человек в военной форме из выступавших. Он не говорил, а кричал. «В тяжелые дни живем. Это факт! Но бьют, как правило, слабых! Давно пора от обороны перейти к наступлению!»
«А в прошлом году на похороны прилетал вертолет, поклонился и улетел», — вспоминала пожилая родственница Дмитрия Кормилина, разглядывая почетный караул в оранжевых беретах.
Последним выступил Салават Мингалиев. Бывший начальник отряда ЦентроСПАС, он был в Беслане непосредственным начальником спасательной операции. «Мы сделали все, что могли, – тут Мингалиев тоже не смог сдержать слезы. – Мы не жалели крови. Но потеряли людей. Мы вытащили всех, кого только могли вытащить, всех раненых, помогли всем, кому могли помочь». Словам Мингалиева поверили все.
Поминали спасателей на бывшей улице Школьной в новом здании ЦентроСПАСа. Теперь эта улица зовется улица Спасателей – в честь погибших. Уже на поминках Мингалиев сказал: «Они всегда были первыми. Кормилин был первым водолазом. Замараев был первым командиром. И оба они стали первыми погибшими».
