Представители Минобороны признали в среду, что допустили американских инспекторов к хранилищам ядерного оружия, но пока только на внешний периметр их охраны. Кроме того выяснилось, что за последние четыре года в России было две попытки проникновения на атомные объекты. Обе безуспешные.

Попыток диверсий на атомных объектах за последнее время было две, об этом рассказали на своей пресс-конференции глава Ростехнадзора Андрей Малышев и начальник 12-го Главного Управления Минобороны России генерал-полковник Игорь Валынкин. Одна попытка проникновения была зафиксирована в 2002 году и еще одна – в 2003-м. «Они были задержаны, переданы Федеральной службе безопасности, их дальнейшую судьбу я не знаю», – сообщил о диверсантах начальник 12-го управления.

Генерал-полковник пожаловался, что силы и средства, обеспечивающие охрану таких объектов, из-за чеченских экстремистов вынуждены постоянно находиться в повышенном состоянии боеготовности.

Между тем основная интрига пресс-конференции, приуроченной к намеченному в четверг в Киеве совещанию министров соответствующих ведомств по проблеме использования ядерной энергии, состояла в том, что скажут российские военные о переговорах с американцами по допуску их инспекторов на российские атомные объекты (прежде всего на заводы по сборке ядерных боеприпасов) и хранилища ядерного оружия.

Впервые о возможности проведения таких инспекций заявила Кондолиза Райс в ходе встречи с Владимиром Путиным 21 апреля. Российский президент в тот момент растерянно промолчал, как и все руководство Минобороны. Министр обороны Сергей Иванов, когда его попросили прокомментировать заявление американского госсекретаря, ответил, что ничего не знает и что такой вопрос вообще не стоит. Лишь спустя почти две недели все тот же Игорь Валынкин заявил, что «вопрос о допуске на наши ядерные объекты не рассматривался и не рассматривается».

В среду этот вопрос всплыл вновь. На просьбу еще раз рассказать о подробностях американских инспекций Валынкин сообщил, что вопрос о заключении соглашения с американской стороной по контролю за тактическим ядерным оружием пока не входит в планы российского руководства.

«Американская сторона приглашала нас обменяться сведениями о тактическом ядерном оружии, пока мы не готовы к этому», – честно признался Валынкин, не став вдаваться в причины неготовности.

Не готовы российские военные и к американским инспекциям. В соответствии с договоренностями, международные наблюдатели могут инспектировать ряд объектов, расположенных на территории СНГ, но в этом списке нет объектов 12-го управления Минобороны, которое отвечает за создание и хранение ядерного оружия. Однако брать американские деньги на программы обеспечения безопасности таких объектов наши военные готовы. «Есть контроль со стороны США за деятельностью фирм, которые помогают нам усиливать охрану объектов. Это ограниченный доступ на периметре средств охраны, чтобы посмотреть, правильно ли выполнен монтаж и соответствуют ли работы тем деньгам, которые выделяют США», – поделился военной хитростью Валынкин. Иностранные комиссии могут гулять вокруг объектов, могут знакомиться с системами охраны, но внутрь их никто не пустит.

«Наверное, когда будет больше доверия, мы обменяемся инспекциями как наших, так и американских объектов, возможно сведениями. На сегодня этот вопрос не стоит», – подвел черту генерал.

Отвечая на вопрос о переговорах с США по проблеме утилизации плутония, Валынкин отметил, что разногласия о финансировании этой программы пока остаются, но попытки прийти к компромиссу продолжаются. Возможно, будет прорыв, но на сегодняшний день результата пока нет, сказал генерал, пояснив, что никак не удается договориться об объемах финансирования сторонами этого проекта.

В то же время, выполнять уже существующие договоренности с США военные готовы. В соответствии с договором СНВ-1 уже на 75 % сокращено количество ядерных боеприпасов, вдвое уменьшилось количество мест их хранения. Однако совсем отказываться от ядерного оружия российские военные не собираются даже в очень отдаленной перспективе. «Ядерное оружие играет и будет играть важнейшую роль в безопасности страны и всего мира», – оптимистически заявил генерал-полковник Валынкин, сообщая о непрекращающемся процессе обновления ядерного арсенала. «Старые ядерные боеприпасы разбираются и утилизируются, взамен промышленность поставляет новые», – сообщил он.

Подводя итог, генерал заверил, что сбоев в его ведомстве не бывает, и за ядерную безопасность страны граждане могут быть спокойны. В российском военном ведомстве налажен строгий учет любого ядерного оружия, и его утрата совершенно исключена.

«У нас самый строгий учет в Минобороны по ядерному оружию. Речи о том, что что-то не учтено, не может быть», – сказал он, комментируя заявления некоторых американских политиков о том, что в России слабо организован контроль за тактическим ядерным оружием. Американцам придется поверить этому на слово или, в лучшем случае, оценить состояние дел лично, но только с внешнего периметра охраны подобных объектов.