Цивилизация
В отсутствие национальной идеи подойдет интернациональная. Оно даже лучше: у меня лично, не знаю, как у вас, выражение «национальная идея» вызывает устойчивую идиосинкразию. Типа, вдруг заставят ходить колонной по три или конфискуют любимую книжку. Чем хороши идеи интернациональные, так это своей безобидностью. Они могут быть сколь угодно дикими или банальными, но явление их на российскую почву не влечет за собой необходимость брать под козырек. Хочешь – восхитись, хочешь – плюнь и игнорируй.
Воскликнешь, к примеру: «Какой кошмар!», и ничего тебе за это не будет.
А похвалишь, так тоже неподсуден: событие разрешено властями и даже ими приветствуется как признак интеграции в международное сообщество.
В скором времени – с августа по октябрь – Москва примет международный благотворительный арт-фестиваль, называемый во всем мире Cow Parade, а в здешних условиях поименованный «Парад коров. Москва-2005». Можно сказать, это лицензионный продукт: установки получены извне, реализация – местными силами. История вопроса такова: однажды, семь лет назад, некоему швейцарскому скульптору (имя которого надежно вычеркнуто из хроник) пришла в голову мысль установить в Цюрихе расписанные красками муляжи коров в натуральную величину. Тогда их было четыре десятка. Акция произвела невообразимый фурор, и на следующий год парнокопытные, увосьмерившись числом, украсили улицы Чикаго. Процессом дирижировал уже Джерри Эльбаум, президент и основатель проекта, перекупивший, судя по всему, права на брэнд. В дальнейшем к акции присоединились Нью-Йорк, Сидней, Лондон, Брюссель, Токио, Дублин, Стокгольм – суммарно 24 города планеты. В этом году, чтоб вы знали, Москва не одинока: в далеком Йоханнесбурге фестиваль уже идет, чуть позже подключатся Барселона, Флоренция, Братислава, Монте-Карло, Бухарест и Сан-Паулу.
Чего ради такая извилистая планетарная ось и откуда энтузиазм? Ответ простой: помогают детям – брошенным, больным, умирающим.
В частности, выручка от московского фестиваля должна поступить в петербургский детский хоспис и кое-какие приюты России. Доходы предполагаются от продажи лучших экземпляров через аукцион (на пресс-конференции организаторы очень смешно вуалировали перед собравшимися название аукционного дома, хотя на официальном сайте черным по белому значится Sotheby`s). Оставшиеся экспонаты будут выставлены на интернет-аукцион или подарены детским учреждениям. Резерв тут солидный, поскольку в общей сложности на московских улицах должны появиться полтысячи пластиковых коров – такое поголовье устроители называют рекордным.
К участию в фестивале они намерены привлечь широкие народные массы. Сейчас на сайте размещена форма заявки, которую всякий желающий может направить в оргкомитет. Если эскиз будет утвержден худсоветом, за него обещают выплатить $300, после чего автор будет снабжен белой стеклопластиковой болванкой для воплощения замысла. Людям креативным, но не умеющим рисовать, гарантируется помощь специалистов.
Понятно, что дело не обойдется без знаменитостей вроде Башмета и Церетели, однако и простые граждане удостоятся чести – была бы идея пооригинальнее.
Свобода творчества ограничена лишь несколькими запретами: будут отвергнуты сюжеты политические, порнографические, некорректные с точки зрения религиозной и национальной, а также пропагандирующие алкоголь, табак, наркотики или содержащие прямую рекламу. В остальном – делай что хочется. Устроители уверены, что расставленные по городу произведения непременно вызовут «миллионы улыбок».
Достоинством мероприятия следует признать тот факт, что оно ровным счетом ничего не символизирует. Если коровы на улицах Дели по сей день остаются знаком священной традиции, а рекордистки в павильонах ВДНХ служили когда-то показателем интенсивного роста советской агрокультуры, то Cow Parade лишен всякой социально-политической и религиозной нагрузки. Кредо фестиваля изложено языком лапидарным и даже несколько дураковатым, будто адресовано школьникам, отстающим в развитии:
«Корова – добродушное и большое животное. Дает молоко. Вызывает у окружающих положительные эмоции. Корова – герой многих сказок. Все дети знают, что из коровьего молока получается мороженое».
Можно, конечно, порассуждать об эстетической значимости фестиваля для городского пространства и о его влиянии на умонастроения горожан, но вообще-то он больше всего похож на масштабный аттракцион, на чистой воды развлечение. Оно и к лучшему. Обычно у нас городские увеселения страдают неуклюжестью драматургии и гипертрофированностью бюджетов, здесь же сплошная спонтанность и самоокупаемость. После Москвы, говорят, настанет очередь Петербурга и Самары, а там и еще куда-нибудь доберутся. Положительные эмоции никому не помешают.
Под занавес пресс-конференции устроители обратились к журналистам с просьбой не пользоваться при освещении фестиваля сельскохозяйственной терминологией, то есть по возможности избегать слов «стадо», «пастбище», «коровник» и т. п., а применять лексикон искусства.
Следуя наказу, удалось сочинить выражения «крупный рогатый сквот», «мумументальная живопись» и «молококо», после чего фантазия иссякла.
Вряд ли деятельность в жанре public art следует с такой уж серьезностью квалифицировать как изобразительное искусство. Это просто забавно, что не так мало.
«Парад коров. Москва-2005». Август–октябрь. Мимо не пройдете при всем желании.
