Комиксы про воскресшего Папу–супермена продолжат традиции святого Гелендвагена и канонизации Че Гевары как католического святого.

Канонизация папы римского – вопрос времени. Полагающиеся в этом случае сроки для выявления чудес будущего святого Иоанна Павла – пауза в несколько лет, потом причисление к лику блаженных, потом еще одна длинная пауза и святость – будут резко сокращены. Чудеса в виде пяти миллионов лично попрощавшихся с понтификом и двух миллиардов телезрителей, которые будут смотреть похороны, уже происходят.

Впрочем, как быстро не сокращался бы этот срок, народное поклонение уже началось и распространяется необыкновенными темпами. Народное поклонение – вообще странная вещь.

Вот, к примеру, в качестве народного католического святого в Боливии поклонялись Че Геваре, иностранцу, атеисту и коммунистическому террористу-революционеру. Дичь, конечно, особенно если вспомнить расстрелы крестьян-коллаборационистов.

На Филиппинах появился культ папамобиля – квадратный стеклянный броневик на базе «Гелендевагена», на котором ездил папа во время визита в самую рьяную католическую страну Азии, украшают цветами, свечами и иконами. Рано или поздно (скорее рано) энергия достигнет такой концентрации, что святой Гелендеваген начнет творить чудеса, и канонизация его покойного хозяина приблизится еще на шаг.

Но о Филиппинах вообще и говорить даже не имеет смысла. Католицизм, перенесенный на восточную почву, – страшное зрелище. Известно ведь, что на Пасху на Филиппинах распинают с дюжину грешников – привязывают их к крестам, прибивают руки-ноги гвоздями, поднимают и оставляют на пару часов на солнышке. Потом, правда, снимают, и оказывают медицинскую помощь. Грешники, разумеется, добровольцы – но жутковато все равно.

И вот теперь в Колумбии художник Родольфо Леон нарисовал комикс про папу.

Папа после смерти не упокоился с миром – всю жизнь он боролся со злом и грехами, и теперь ему придется продолжить. Сутану и тиару придется сменить на красное трико и желтый плащ, приличествующие супергерою. Особый штрих – зеленые «трусы целомудрия», придающие папе его особые, сверхъестественные силы.

Посох никуда не делся – однако только сейчас папе придется использовать его по назначению, мутузя им волков, грызущих христианское стадо. Также в качестве оружия он будет использовать святую воду.

И вот Фантастический Папамен, он же Хомопатер, встречается и консультируется у старших товарищей: Бога, Бэтмена и Супермена, а потом начинает бороться со злом.

Традиция комиксов-житий стара, как само христианство. Священное писание в картинках, «книги для неграмотных» – иконы и фрески на стенах соборов, витражи, рассказывающие истории из священного писания – все это было единственным способом хотя бы попытаться вникнуть в смысл христианства в те почти две тысячи лет, что служба велась на латыни, а грамотность была доступна ничтожному проценту населения. Конечно, эти Священные истории в картинках рисовались по строгому канону, в соответствии с текстами и «исторической правдой».

С другой стороны, привычка сочинять небылицы и самостоятельно канонизировать выдающихся людей для Латинской Америки вполне традиционна – но делают это те самые неграмотные крестьяне, совмещающие католичество с местными верованиями, те, кому не хватило картинок на стенах храмов и говорящих на кечуа, гуарани и других экзотических языках проповедников.

Фантастический Папамен – диковатое сочетание двух традиций.

Медиацивилизация победила и проникла в самые глухие углы земного шара, но неграмотность никуда не исчезла. Родольфо Леон – «непрактикующий католик». Это то же самое, что большинство русских: человек называет себя православным (или католиком, в данном случае разницы нет вовсе), но не ходит к исповеди, не причащается, не молится в храме, смутно себе представляет, в какую сторону надо креститься и какие книги читать. Он восхищен личностью папы и прикладывает все силы к тому, чтобы еще сильнее прославить его имя и помочь делу христианства.

Как он его понимает, очевидно.