Цивилизация
Скандал, разразившийся в российской прессе в очередной раз из-за яиц Вексельберга, не то чтобы возник на пустом месте, но имеет довольно мало оснований.
Баннеры «Вексельберг купил фальшивые яйца» появились преждевременно – но больно уж это занятная тема, так сказать, эрогенная зона русского общества. Покупка яиц Фаберже обошлась нефтяному и металлургическому олигарху примерно в сто миллионов долларов, причем россияне, разумеется, предполагают, что эти деньги были у них украдены, и эта рана еще не зажила.
И тут появляется Валентин Скурлов и заявляет, что, скорее всего, одно из пасхальных императорских яиц Фаберже, купленных в прошлом году Вексельбергом, фальшивое. Причем выбрал он самое красивое – «Весенние цветы». Сразу возникают несколько вопросов, главные из которых – кто такой Валентин Скурлов и почему он все это делает.
Скурлов – искусствовед, специалист по прикладному искусству и ювелирному делу. Он работает в Петербурге в журнале «Русский Ювелир», является консультантом русского отдела аукционного дома «Кристис», написал несколько книг о Фаберже и об истории ювелирного дела.
Этот самый Скурлов заявил в интервью телеканалу НТВ, что есть основания предполагать, что «Весенние цветы» — поздняя подделка. На яйце стоит инвентарный номер, который не ставился на так называемые «Императорские яйца», то есть те, которые русский государь дарил своим домочадцам. Нет документально засвидетельствованной истории его создания и продажи, грубо говоря, товарного чека и фирменной гарантии.
Есть еще ряд претензий, в общей сложности около десятка, которые должны были бы заставить специалистов бить тревогу, но специалисты замалчивают эту историю, так как такой грандиозный скандал на арт-рынке может привести к его краху, настоящей катастрофе.
Размышления Скурлова опроверг Андрей Шторх, директор по связям с общественностью фонда «Связь времен», который от имени Вексельберга и купил яйца. По его словам, Скурлов в руках яйца не держал, а исследовал их только по фотографиям, так что веса его слова в принципе не могут иметь. Во-вторых, экспертиза проводилась самая тщательная — и во время покупки, и потом. В экспертизе участвовала Татьяна Мунтян, главный хранитель коллекции Фаберже в Оружейной палате Кремля, один из главных в мире специалистов по Фаберже, автор множества книг и статей. Когда яйца выставлялись в Кремле, они попали непосредственно ей в руки – можно быть уверенным, что она не упустила своего шанса и тщательно исследовала эти сокровища.
Она, кстати, занималась проблемой «Весенних цветов». На ее статью ссылаются на сайте treasuresofimperialrussia.com. Татьяна Мунтян попыталась, в частности, объяснить загадку серийного номера на императорском яйце. По ее мнению, оно было подарено вдовствующей императрице Марии Федоровне, но не почтительным сыном, тогда бы на яйце не было номера, а каким-то частным лицом – родственником или другом. Частное лицо купило яйцо обычным порядком, и, разумеется, на изделии был серийный номер. Кроме того, Мунтян комментирует и фабричное клеймо на яйце – там стоит раннее, не использовавшееся после 1899 года, и инициалы автора – непосредственного изготовителя яйца мастера Михаила Перхина.
История яйца известна: в 1933 году его продали большевики, после этого оно несколько раз меняло хозяев, пока его не купил Малькольм Форбс, а у него уже «Связь времен». Экспертизы проводились за это время неоднократно, сомнений в подлинности ни разу не возникало.
Впрочем, нельзя совсем исключить, что яйцо действительно поддельное. Карл Фаберже, эмигрировав, вывез авторские клейма. Оставшуюся часть продало советское правительство. В результате подделок было наштамповано очень много, и они производятся до сих пор.
Но тут есть главный фактор: «Весенние цветы» — невероятно красивое яйцо. Подделка такого высокого качества вряд ли возможна, а если это так – значит надо просто выяснить имя автора и объявить его Фаберже наших дней.
Впрочем, у Скурлова и общественности есть еще ряд поводов для беспокойства. Арт-сообщество уже много лет живет на грани ужасного скандала. Никто даже представления не имеет, сколько подделок картин, статуй, ювелирных изделий – короче, любых произведений искусства ежегодно продается. Причем скандал возможен на всех уровнях. До сих пор нет полной уверенности, что, например, «Подсолнухи» Ван Гога, купленные в 1987 году японской страховой компанией «Ясуда» за рекордную по тем временам сумму в почти сорок миллионов долларов, не подделка. Есть странное подозрение, что эксперты не торопятся устраивать слишком пристальные экспертизы – рынок произведений искусства от этого может сильно пострадать.
