Это был город-новострой, сооруженный сразу по плану: несчастные аборигены надеялись забраться подальше, чтобы конкистадоры оставили их в покое. Смешная надежда, не затем пришли усатые кирасиры. Вилкабамба, в котором хозяева и пожить не успели – символ полного непонимания инками происходящего. И вот пятеро европейцев наняли проводника, носильщиков и пошли по горам и лесам взглянуть на этот чудесно сохранившийся памятник мало кем понятой эпохи. Или никем не понятой вообще. Мотивы путешествия у каждого свои, вплоть до полного их отсутствия.
Зачем Колин Таброн отправил своих героев в Вилкабамбу?
Вероятно, это понял кто-то из тех, кто составлял лонг-лист букеровской премии 2002 года. Не хочется думать, что эта крепкая в общем-то англоязычная проза заинтересовала их лишь своей политкорректной начинкой. В сущности, автор мог бы и не тащить их через плоскогорье, а доставить на место прямо вертолетом. Что бы изменилось? Бесконечно вглядываться внутрь себя и видеть там лишь противоречия можно и в комфортабельных условиях. Наоборот, описание трудностей пути, последнюю часть которого туристы-экстремалы преодолевают на четырех конечностях – с помощью палок, как лыжники, – делает их углубленное самокопание несколько неестественным.
Назначение каждого персонажа вполне ясно. Главный герой – Франциско, испанец, недоучившийся семинарист, надорвавшийся в своем искреннем стремлении к чистоте. Учеба прервана, потому что дальнейший путь к Богу завален трупами инков. Это работа предков, Франциско – прямой потомок конкистадоров, в его испанском доме даже хранились кое-какие безделушки из когда-то украденного. Он тот, кому выпало искупать грехи семьи, народа, Европы в целом – такова воля автора. За океаном в церквях используют чаши из того самого серебра, ради которого уничтожили десятки тысяч, преступления испанцев, то есть католиков, чудовищны.
Бедняга прямо-таки напрашивается на роль жертвы, но где найти подходящий алтарь? Разве что в Вилкабамбе.
Бельгийский пожилой жизнерадостный бизнесмен Луи нужен, чтобы подумать несколько вполне европейских мыслей. Он не глуп и не зол, он таков, каков есть, он турист. Англичанин Роберт пытается написать книгу, он альтер эго автора. Как ни крути, английскому писателю трудно сочинять про кающегося в Мексике испанца, нужен посредник. Вот журналист и мучается с блокнотами, ведь трудности своей профессии – одна из любимых тем писателей. Еще есть две женщины. Одна являет собой соблазн для Франциско, испытанием, которое сделает сильней, другая, глупо умирая вдали от цивилизации, становится жертвой. Жертвой кому? Старым богам, судя по всему. Жестоким, завидующим живым, до сих пор убивающим индейцев без понятного европейцам смысла.
Вилкабамбе нужна кровь, а не раскаяние Франциско.
Колин Таброн знает, что уничтожать народы нехорошо. Но дело сделано и как теперь быть с церковным серебром, если его и отдать некому? Книга должна чем-то кончиться, и она кончается недоучившимся священником Франциско, преклоняющим колени в Вилкабамбе. Он обращается к своему Богу словами инкской молитвы и это, видимо, означает катарсис, хотя больше похоже на красивую финальную картинку. После долгого пути герой пришел к толерантности – вот сюрприз! Тем более что примерно оттуда он и вышел. Фильм окончен, под тоскливый индейский мотив немногочисленные зрители покидают замусоренный попкорном зал. Обсуждать, собственно говоря, нечего.
Колин Таброн, «К последнему городу». РОСМЭН, 2004.
