Гуманитарная наука оказалась наукой точной. «Сравнительно недавно и практически одновременно», как извещает Третьяковская галерея, исследователями разных стран было установлено, что 125-летие Казимира Малевича год назад отмечали напрасно. Новые данные говорят о том, что родился великий реформатор искусства действительно 23 февраля, но не в 1878 году, как считалось ранее, а в 1879-м. Юбилей придется перепраздновать. Собственно, уже начали: вслед за «Сезоном Петрова-Водкина» Третьяковка открыла «Сезон Малевича».
К уточненной годовщине приурочена небольшая выставка рисунков мастера и двух его любимых учеников, правильнее даже сказать – апостолов, Ильи Чашника и Николая Суетина. Коллекция из 25 произведений графики демонстрируется в жанре «новые поступления», хотя в закрома Mинистерства культуры она попала еще в 1995 году в качестве дара дочери Суетина. От Китайгородского проезда до Крымского вала путь оказался неблизким, но показ на публике все же состоялся. Малевич здесь представлен карандашными эскизами периода 1913–1929 годов. За кубофутуристическим пейзажиком идут наброски к литографиям в духе супрематизма и другие беглые эксперименты, а завершается этот короткий ряд вариациями знаменитой «Крестьянской серии».
У Чашника и Суетина в основном цветные композиции – от учебных, выполненных под присмотром вождя в Витебской художественной школе, до относительно самостоятельных.
Если двигаться по экспозиции быстрым шагом, обойти ее можно за полминуты, но историческое значение авторов требует сосредоточенного разглядывания на грани медитации.
Одновременно с вернисажем прошла презентация факсимильного альманаха «Уновис №1» – полиграфической версии раритетного сборника. В июне 1920 года малевичская группа «Уновис» («Утвердители нового искусства») выпустила его в пяти машинописных экземплярах, снабженных рукотворными иллюстрациями. Сохранились два, причем одним из них обладает отдел рукописей ГТГ. Музейщикам было до того жалко выдавать ветхую тетрадку на руки любопытствующим, что они сподвигли издательство «Сканрус» воспроизвести альманах типографским способом. Отдельным томом изданы комментарии Татьяны Горячевой, многолетнего исследователя творчества Малевича и его последователей.
С этого дня подлинник будет закрыт для читателей, и знакомиться с ним придется по факсимильной копии. Надо сказать, вся надежда теперь на библиотеки: заплатить за книжку $500, как то предлагает издательство, отважится не всякий фанат супрематизма, даже самый преданный.
В смотровом экземпляре удалось обнаружить немало всего любопытного, относящегося к временам «витебского прорыва». Манифесты и доклады на темы революционного обновления культуры перемежаются с иллюстрациями творческого метода и эскизами оформления трамвайных вагонов. Лозунги типа «Превратим всю жизнь в субботник!» соседствуют с теоретическими постулатами насчет космических путей пролетариата. Утопии Малевича и компании не прижились в советском обществе, зато теперь над ними благоговеют. Казимир Северинович оказался предтечей едва ли не всего, что соотносится нынче с понятием «современное искусство». Любой росчерк его карандаша приобрел почти иконное значение. Выставка на Крымском валу очень недолгая, всего до 26 февраля, так что спешите припасть к святыням нового времени.
