Как рассказали «Газете.Ru» высокопоставленные источники в президентской администрации, в Москву Туркменбаши решил приехать после того, как были определены окончательные параметры соглашения о сотрудничестве двух стран в газовой отрасли и согласованы положения контракта между «Туркменнефтегазом» и «Газэспортом». Хозяин всех туркменских недр захотел присутствовать на подписании исторических документов лично. Немногочисленная делегация, сопровождавшая его в поездке, в Кремле преимущественно молчала и с гордостью наблюдала за Отцом всех туркмен.
Надо признать, что в Кремль Сапармурат Ниязов приехал после краткого отдыха в своей резиденции и в совершенно добродушном расположении духа. Испортить ему праздник активистам СПС не удалось, хотя они честно пытались – устроили пикет у стен посольства Туркменистана, в ходе которого требовали от президента Ниязова соблюдения прав человека и проведения «беспристрастного и справедливого расследования» событий 25 ноября прошлого года, когда на Ниязова якобы было совершенно покушение. Если протест СПС и был замечен Туркменбаши, виду он не подал.
Владимир Путин встречал своего туркменского коллегу в представительском кабинете. Подойдя к нему, Ниязов широко улыбнулся и звонко поцеловал его в обе щеки. Путин был этим несколько обескуражен. Затем к главам государств по очереди начали подходить члены делегаций – знакомиться. При этом Ниязов радостно приветствовал российских министров, а своим руку не пожимал (Путин здоровался и со своими, и с туркменами).
«Ну он же их только что видел, зачем ему с ними здороваться», — удивились в туркменской делегации вопросу корреспондента «Газеты.Ru». Хотя у последнего закралось подозрение, что туркмены просто боялись прикасаться к Ниязову, при жизни признанному на родине «Пророком Господа Бога на Земле».
Увидев, что все расселись, Путин сказал несколько слов о трагедии в Дагестане. Говорил он еле слышно. «Но работа есть работа», — переключился президент на главную тему. «За последнее время произошло много полезных и приятных для экономик наших стран событий», — заявил Путин, судя по всему, имея в виду «революционное решение» по газу (история с покупкой туркменского газа тянулась 11 лет). В том, что визит очень важный, признался и Ниязов. После этого всех журналистов выпроводили за дверь.
Только ли об экономике говорили делегации, не известно. Однако перед переговорами в администрации подчеркивали, что внутриполитическая ситуация в Туркмении Кремля не касается, и уж тем более тему покушения (в Ашхабаде прямо обвиняли в причастности к нему Россию) никто поднимать не будет. Поэтому одного из врагов туркменского режима, журналиста Аркадия Дубнова (признан в РФ иностранным агентом), освещавшего встречу президентов для газеты «Время новостей», попросили не высовываться, чтобы не смущать Ниязова. Дубнов стоял в стороне, и Туркменбаши его так и не увидел.
Единственным знаком того, что туркменские обвинения в Москве не забыты, стало официальное прекращение действия соглашения о двойном гражданстве.
«Было бы еще понятно, если бы действовало такое соглашение с какой-нибудь из европейских стран, но уж с Туркменистаном…», — многозначительно заметили в администрации. «Все, кто хотел переселиться в Россию, уже сделали это. У нас теперь новое миграционное законодательство», — прокомментировал это решение Путин. А один из его помощников в приватной беседе с журналистами назвал полной чушью утверждения одной из столичных газет о том, что Ниязов приехал в Москву менять газовый контракт на двух известных оппозиционеров, якобы скрывающихся в Москве и являющихся гражданами России.
Подписание документов затянулось. У Туркменбаши пересохло во рту, и он попросил воды (по некоторым признакам было заметно, что он все-таки не совсем здоров, хотя старался этого не показывать). Обменявшись стопкой папок, президенты обратили внимание на прессу. К слову сказать, в списке туркмен, освещавших визит Ниязова, было семь человек – пресс-секретарь, пресс-атташе посольства Туркменистана в России, два личных оператора, личный фотограф, просто фотограф и просто редактор ТВ. «Тут туркменское телевидение, так что я буквально два слова скажу», — сообщил Туркменбаши. Но в отличие от Путина, который дал лишь краткое резюме пакету документов, Отец всех туркмен говорил долго.
«Туркменистан всегда имел с Россией хорошие, дружеские отношения», — заявил Туркменбаши. «И ни разу не было нападок на Россию», — продолжил он и тут же поправился: «… на русских».
Тему нападок Ниязов развивать не стал, а заговорил о том, какое выгодное соглашение заключили Москва и Ашхабад.
По его словам, доход Туркмении составит 200 млрд долларов, а России – 300. «Так что здесь, Владимир Владимирович.., — засмеялся Ниязов и тут же миролюбиво добавил «мы не в обиде». При этом российская сторона, как заявил глава «Газпрома» Алексей Миллер, свои возможные доходы от реализации газового соглашения пока точно не высчитала.
В общей сумме за радушный прием Ниязов поблагодарил Путина четыре раза. На прощание он пожелал российскому президенту «успехов, счастья, здоровья и прежде всего в политической деятельности». «Искренне говорю, как другу», — обратился он к президенту, упомянув о предстоящих президентских выборах. «Успехов и победы», — поставил точку Туркменбаши.
Вечером Путин пригласил Сапармурат Ниязова на ужин, а в пятницу во второй половине дня президент Туркмении улетит к себе домой в город Туркменбаши.
