Выставка Сергея Шаблавина

Выставка Сергея Шаблавина «Формула пейзажа» у Айдан — интереснейшее событие в московской галерейной жизни. У галереи Айдан Салаховой нет жесткой стилевой и поколенческой политики, она работает с художниками разных направлений и возраста. Но есть важнейший, если не основной критерий: показанное должно быть очень стильным. А уж к какому направлению принадлежит тот или иной художник, в каком материале он работает, не суть важно. Шаблавин, казалось бы, среди художников галереи Айдан выглядит чужеродно.

Ничего стильного в обычном понимании в его живописи нет.

На московской художественной сцене он появился в начале 70-х, выставлялся на квартирных выставках, которые советская власть воспринимала чуть ли не как прямой саботаж строительства светлого будущего. Вошел в круг тех художников, который приобрел название «школа <1> московского концептуализма». И на самом деле, Эрик Булатов, один из главных представителей этого явления, произвел на Шаблавина очень сильное влияние. И того, и другого интересует вопрос, что такое внутреннее пространство картины, как оно соотносится с действительностью и воспринимается зрителем. На самом же деле сходство этих художников — кажущееся. Эрик Булатов — выпускник Суриковского института времен лютого расцвета ждановского соцреализма. Занимаясь своими оптико-концептуальными поисками, он это делает с лихостью, пользуясь хорошо усвоенными достижениями академической живописи. Кроме того, Булатов не чурается социальных подтекстов, даже анекдотичности. У Шаблавина никакой политизированности и литературности никогда не наблюдалось, как и нет у него лихой соцреалистической маэстрии. Он художник-самоучка, и нередко это бросается в глаза: его живопись бывает слишком старательной, что присуще дилетантам.
<2>

Но зато Шаблавин — выпускник МИФИ, физик, более того, он профессионально занимался исследованиями в области оптики. Ими же он продолжает заниматься на протяжении уже трети века, но уже в живописи.

Любимый формат этого художника — круг, который очень редко используется в изобразительном искусстве (на выставке в Айдан галерее и выставлены круглые картины, сделанные в разные годы). Тондо, то есть картины круглого формата, делают редко по разным причинам, но одна из них чисто материальная — круглый подрамник, естественно, сделать куда труднее, чем прямоугольный или квадратный (в качестве подрамников Шаблавин использовал основы столешниц круглых столов, найденные на помойке). По мнению Шаблавина, именно круг дает возможность приблизиться к решению поставленной задачи о внутреннем пространстве картины. Он говорит: «В круглой картине возможно показать пространство выпуклое и воронку, возможен бублик — когда я почувствовал эти формы, то начал одевать на них изображение, как одежду». И добавляет:
<3>

«Жалко, что круглые столы теперь не выбрасывают».

Легче ли показать бублик или воронку именно на круглой картине, вопрос спорный, схоластический. Не исключено, что он вообще не имеет решения, как пресловутая квадратура круга. Но согласимся, что это так: ведь искусство тем и хорошо, что в нем нет и не может быть окончательных ответов на вопросы.

Есть другой вопрос: почему галерея Айдан решила показать живопись Шаблавина, такую скромную, скучноватую, отчасти анахроническую на фоне оптического галлюциноза, часто присущего актуальному искусству? Разумеется, прежде всего, потому, что это интересная и своеобразная живопись, Шаблавина ни с кем не спутаешь, он на редкость ответственный художник. Но можно предположить, что для потенциального отечественного приобретателя его картины могут оказаться заманчивыми еще и потому, что они излучают милое ностальгическое чувство. Даже если потенциальный покупатель живет ныне в загородном доме или в апартаментах на Золотой миле в Москве, его детская среда обитания — панельные новостройки спальных районов. Даже если отдыхает он в Марбелье — воспоминания о подмосковном лесочке греют душу. Даже если ездит на «Бентли» — грохот электрички не улетучился из памяти. Эти картины — мощные знаки постоянства бытия.

Но это только предположение, как и насчет бублика в круге. Главное — живопись Шаблавина, несомненно, весьма достойна. А жалеть, что столы больше не выбрасывают, пожалуй, не стоит. Ныне сделать круглый подрамник все же легче, чем во времена социалистических помоек.