Опасность низких нефтеградусов

Наименее желаемое событие всегда оказывается наиболее вероятным.

Когда в декабре Анатолий Чубайс рассказал о плане отключения электричества после трех дней двадцатипятиградусных морозов, то его выступление на пресс-конференции, скорее, выглядело предвыборным шагом. Московский мэр возмущенно указал на невозможность никаких там ограничений-отключений, поскольку 25 градусов мороза — это в Москве средняя за зиму температура. А «руководству страны» была послана жалоба на «безответственное и провокационное» сообщение Чубайса о плане. Сам Чубайс объяснял мэрское негодование близкими выборами.

При этом непосредственный повод выступления ушел из центра дискуссии, где оказалась сугубо пропагандистская часть: зачем Чубайс спровоцировал и зачем Лужков ответил.

Наверняка желание повлиять на политические расклады было важной частью выступления, были и «нагнетание в связи с выборами», и «провокация».

Сейчас, в общем, и не важно, частью какой комбинации стало это несвоевременное выступление. Важно, что говорилось о плане. И план действительно есть. Тогда и просвещенному обывателю, и не просвещенному казалось, особенно оглядываясь на довольно мягкие зимы последних лет, что собственно к жизни это выступление и мельтешение никакого отношения не имеет. У них между собой счеты, а угрозы и холода просто под руку пришлись. Вот тут выходит, что имеет. И пугало плана оказалось не только пугалом, но и планом. И вот электричество заведенным планом порядком, то есть известно как, а не хаотически, доходит туда куда нужно, а к кому оно не дойдет, тот заранее знает об этом. Так что очень он оказался кстати, когда вдруг продвинулась арктические воздушные массы. Случилось то, что было очень маловероятно и в расчет почти не бралось.

С ценами на нефть, кажется, все понятно — они такие, какие есть, и другими быть не могут. Когда депутаты изображали обсуждение бюджета и говорили о «цене отсечения», после которой деньги не идут на расходы, а накапливаются в стабилизационном фонде, вот тогда любой единоросс бойко рапортовал, что вот, мол, ничего не будет, все с нефтью будет отлично, и главное — не дать утаить деньги с неизвестно-известными целями. Либералы тогда уже вовсе выглядели шутами, бессильно негодующими на процветание режима и только из злобы твердящими, что нефть еще подешевеет. Их нравоучительные апелляции к опыту Советского Союза убедить никого не могли. Казалось и кажется, что главная цель подобных выступлений в том, чтобы поставить под сомнение влияние власти на экономическое процветание. Что вот злятся они на то, что власть все делает не так, как ей говорят, или вовсе ничего, по их мнению, не делает, а дела идут неплохо, и выдумывают, что процветание из-за нефти, а не из благоразумной политики.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "incutNum": 1,
    "repl": "<1>:{{incut1()}}",
    "type": "129466",
    "uid": "_uid_521897_i_1"
}

Снисходительное отношение к предупреждениям отчасти связано и с тем, что сейчас идея о возможном и очень вероятном падении нефтяных цен стала чуть ли не единственным центром либеральной критики настоящей политики. На этой неделе Егор Гайдар снова повторил, что в 1985 году цены на нефть были такими же, как сейчас, ровно такими же с учетом инфляции. А потом за год упали в шесть раз. Среди прочего Гайдар рассуждал о том, что было бы правильно иметь план действий в такого рода обстоятельствах. Конечно, рассуждение в очередной раз выглядело анахронизмом, поскольку понятно всем теперь, что цены, может, и упадут, но только немного и сильно позже, а потом, глядишь, и снова вырастут. А что у Брежнева упали, то сейчас не при Брежневе, а совсем другое дело. Невозможно даже и сравнивать дряхлый брежневский режим с нынешним боевым и бодрым. При таком режиме цены не падают, а только растут.

Скептическое отношение к предостережениям либералов довольно типично и оправданно. Можно ли сейчас представить 15 долларов за баррель? В общем, 100 представить не в пример легче.

Либеральные разглагольствования выглядят шутовством и кликушеством. Но, однако, правда еще и в том, что когда цена падала, то действовали так, как кликуши и придумывали: за жестким бюджетом инфляционное сокращение госрасходов.

Цены не упадут, но план был бы все же кстати.

Мороз вот к плану пришелся. Ночью опять было около --30° С, но это к ценам на нефть отношения не имеет.