Вполне наглядно это можно продемонстрировать на примере экологии и экологической политики. Дело в том, что многие развивающиеся экономики не могут себе позволить перебирать инвесторов, они находятся практически в доиндустриальной эпохе и вынуждены брать что дают. Удивительно, что столь же неразборчивой часто оказывается вполне индустриальная Россия, которая неизвестно почему идет навстречу западным компаниям, желающим убрать со своей родной территории опасные и вредные производства. Хуже того, у жителей российских территорий, которым угрожают эти пусть и кому-то экономические выгодные подарки, сегодня практически нет шансов защитить свое право на экологически пристойное существование.
На российский рынок выходит американская химическая корпорация Dow. Dow — крупнейшая химическая компания в США и вторая в мире. Выпускает химикаты, теплоизоляционные материалы, силиконовые имплантаты, бумагу, сельскохозяйственные удобрения. В 2004 году объем продаж Dow по всему миру составил $40,2 млрд. Компания уже имела сбытовое подразделение в России, а теперь собирается построить и завод по производству теплоизоляционных материалов. Можно было бы только радоваться тому, что Россия заполучила такого инвестора, если бы не одно но.
Всемирную известность Dow получила в 60-е годы прошлого века. Возмущение общественности, всего прогрессивного человечества вызвала информация о том, что Dow Chemical участвовала в производстве напалма, который использовался американскими войсками во Вьетнаме. Более того, Dow являлась производителем боевого газа Agent Orange, от которого пострадали не только вьетнамцы, но и собственно американские солдаты, активно его применявшие.
Спустя два десятилетия Dow вновь попала в неприятную историю. В середине 90-х компания была вынуждена выплатить $14 млн жительницам штата Невада, пострадавшим в результате использования имплантатов производства Dow Chemical. Впоследствии, для того чтобы предупредить подачу других исков, компания согласилась добровольно выплатить пострадавшим $3,2 млрд и с трудом избежала банкротства.
Неважно даже, кто как относится к тому факту, что Dow строит завод в России. В конце концов, война во Вьетнаме закончилась три десятка лет назад. Конечно, безумно жаль американских женщин, и я искренне надеюсь, что $3,2 млрд, которые они получили от Dow, хотя бы частично компенсировали их потери, хотя здоровье не купишь. Тем более что компания, несомненно, приняла все меры к тому, чтобы подобные истории не повторялись.
Вопрос в другом. Россия, подобно Китаю и другим развивающимся странам, стремится привлекать иностранные инвестиции. И в принципе не является особым секретом, что иностранные инвесторы переносят в такие страны, к примеру, экологически грязные производства, справедливо считая, что на их родине им не место. И многие страны третьего мира радостно принимают такие заводы. У них в общем-то нет выбора, они находятся еще в доиндустриальной эпохе и вынуждены брать то, что дают.
Сложно сказать, гибель восьми тысяч человек при аварии на заводе Union Carbide (правозащитники, кстати, обвиняли Dow в причастности и к этой трагедии, однако компания опровергла эти обвинения) — приемлемая для Индии цена за проведение ускоренной индустриализации страны или нет, поскольку речь все же идет о человеческих жизнях. Другое дело, что Россия уже сполна заплатила по этому счету в 30-е годы прошлого века. Не секрет, что многие флагманы российской промышленности в буквальном смысле стоят на костях строивших их зэков.
Перед страной не стоит задача проведения ускоренной индустриализации. В отличие от Индии, Китая, стран Юго-Восточной Азии Россия, вероятно, могла бы позволить себе привередничать, выбирая, какие из проектов разрешить к реализации, а какие нет.
Могла бы, но почему-то не делает. Та же экологическая экспертиза в России — чистая формальность. Любой проект, сулящий экономические выгоды, получает все необходимые согласования легко и быстро. В принципе непонятно, что может помешать иностранному или отечественному инвестору построить, допустим, целлюлозно-бумажное производство в Подмосковье.
Механизмов, которые позволяли бы жителям хотя бы тех районов, где непосредственно будет вестись строительство, одобрить или запретить проект, нет и в помине.
Раньше была призрачная надежда на губернатора — он мог прислушаться к мнению избирателей хотя бы в тот период, когда ему были бы важны их голоса. Теперь губернаторов назначают в Москве, и, надо думать, они в большей степени будут озабочены своим вкладом в удвоение ВВП, нежели ценой, которой это удвоение дается.
Уповать на Москву и вовсе не приходится. Профильное министерство занято битвой с незаконно построенными дачами, позволяющей нарастить число упоминаний в прессе практически до бесконечности. О том, чтобы МПР возвысило свой голос на юридическое лицо, нет и речи.
Хотя совершенно ясно, что даже от благополучного предприятия, скажем, цветной металлургии вреда окружающей среде на два порядка больше, чем от бани Аллы Пугачевой.
Речь идет не только об экологической экспертизе. Жители элитного дома или владельцы коттеджей в престижном поселке могут запросто заблокировать продажу еще одной квартиры жильцу, которого они сочтут нежелательным соседом. Например, бывшему преступнику, который, может, даже давно чист перед законом и совершенно искренне раскаивается в содеянном. Не обязательно даже и преступать закон, хватит и сомнительного происхождения капитала. Шансов поселиться рядом с уважаемыми людьми у таких персонажей нет — случаев такого рода отказов в продаже на рынке элитной недвижимости масса. Жители панельных домов на городских окраинах таких возможностей не имеют и соседей не выбирают, им, кстати, зачастую и безразлично, кто живет по соседству с их семьями.
Россию, если провести аналогию с рынком недвижимости можно, вероятно, сравнить со сталинским домом — добротным, но требующим ремонта.
Здесь возможны две стратегии. Можно организовать уборку и охрану, автостоянку, провести косметический ремонт и обставить квартиры. Тогда, вероятно, их можно будет сдать за приличные деньги приличным людям. А можно, не вкладывая ни копейки, сдавать койкоместа торговцам с ближайшего вещевого рынка. Второй путь и проще, и, вполне возможно, доходней: во всяком случае, он позволяет получать доходы сразу, без предварительных вложений. Правда, тогда в ближайшие годы не стоит и надеяться на появление в районе приличных людей с солидными деньгами, напротив, они съедут даже из соседних домов и подъездов.
