Президент отдал под его личный контроль пенсионную реформу, которая оказалась скандальной, даже толком не начавшись. Отныне г-н Фрадков, видимо, будет отвечать за всё, за что невыгодно отвечать г-ну Путину.
Создание в России механизма накопительных пенсий — никогда прежде не существовавшая в стране возможность работающим людям откладывать деньги на личные пенсионные счета, а не в «общий котел» — самая популистская (в хорошем смысле) реформа из всех, случившихся в стране после распада СССР. И одна из самых необходимых. В долгосрочной перспективе система «общего котла» грозит нам все возрастающим давлением на бюджет и реальными кризисами.
Но реформа сразу не задалась. Сначала развернулась неприкрытая лоббистская борьба за право управлять пенсионными деньгами граждан. В этой борьбе победил Внешторгбанк. Реформа была законодательно прописана и организационно устроена таким образом, что именно в нем «по умолчанию» открываются личные пенсионные счета граждан, отказавшихся иметь дело со специальными управляющими компаниями. Если учесть, что первоначально обещанные к 1 сентября 2003 года уведомления о состоянии пенсионных накоплений некоторые граждане не получили до сих пор, а управляющие компании никому не известны и в конце нынешнего года должны заново проходить лицензирование на право управлять пенсионными вкладами, нетрудно догадаться, почему более 97% процентов участников пенсионной «пирамиды» предпочли не доверять деньги никому, то есть автоматически доверили их ВТБ.
Получилось — тех же щей пожиже влей. ВТБ не отвечает за эти деньги перед гражданами. Он отвечает перед государством. И за то, что станет с этими деньгами, отвечает то же государство все тем же своим «общим котлом».
Что и было немедленно продемонстрировано в главном пенсионном скандале уже нынешнего года. Выяснилось, что пенсионную реформу на корню губит реформа налоговая, а именно — снижение единого социального налога с 35,6 до 26%. Из-за этого дыра в Пенсионном фонде в 2005 г. составит около 280 млрд рублей. Чтобы заштопать ее, Пенсионному фонду впервые предусмотрели дотацию из госбюджета, а из программы накопительных пенсий задним числом были исключены все россияне старше 36 лет.
Государство отказалось копить деньги самой работающей и зарабатывающей части населения. А первые выплаты по накоплениям отнесло на 20-летний срок. Иными словами, оформило себе долгосрочный кредит, возвращать который уже явно придется не нынешнему поколению бюрократов и политиков.
Лучшую пенсионную реформу последних десятилетий удалось провести в Чили. Там накопительные пенсии стали не только реальным способом накопить на обеспеченную старость, но и существенным инструментом инвестиций граждан в национальную экономику. Более того, создание накопительных пенсий укрепило доверие чилийцев ко всей финансовой системе страны. Да, Чили гораздо меньше России. К тому же чилийскую пенсионную реформу контролировал лично президент Пиночет. Едва ли этот факт стал решающим в достижении «чилийского пенсионного чуда», но правила игры каждые полгода там не меняли.
~ Государство в России слишком часто обманывало людей. После распада CCCР сгорели вклады граждан в Сбербанке. Затем был 1998 год и новый банковский крах. Пенсионная реформа в стране может состояться, только если государство сумеет вывести из «тени» зарплаты (с них платятся деньги не только в Пенсионный фонд, но и на личные пенсионные счета граждан) и заставить людей поверить себе.
Но есть и еще одна фундаментальная проблема. Пенсионная реформа по чилийскому образцу, т. е. накопительная и инвестиционная, может работать только в том случае, если организующее ее государство уверено, что может обеспечить долгосрочную рентабельность прямых денежных вложений в экономику. Т. е. что вложенные сегодня 20 рублей будут гарантированно «работать» и вернутся с прибавкой выше индекса инфляции. Что правила меняться не будут, а доходность будет застрахована от всплесков инфляции, деноминаций и пр. изобретений кредитно-денежного шулерства.
Власти гарантировать не могут. И знают, что не могут. Но не могут сказать, что не могут.
И бюрократические танцы вокруг реформы, совершенно запутывающие население, — лишь ширма, призванная прикрыть неприятную очевидность этого обстоятельства.
