17 января недавно получивший права Сергей Соловьев развернулся через двойную сплошную, и его остановил инспектор ГАИ Альберт Гильманов. Водитель тут же предложил оплатить штраф на месте, и гаишник пригласил его для этого в патрульную машину. «Сейчас мы это быстренько уладим и все оформим», — пообещал инспектор. Садясь в машину, Соловьев повторил свое предложение оплатить штраф на месте, гаишник переменился в лице и строго проговорил, что он должностное лицо и штраф взять не может, потому что это было бы взяткой. «У меня на коленях была папка с документами, и среди них лежало 500 руб., но я не передавал их инспектору, — рассказал Соловьев. — Пока мы разговаривали, дверь машины открыли сотрудники ОБЭП. Они попросили положить документы на сиденье и выйти из машины. Я так и сделал, а еще через пару минут подоспели понятые, и мои деньги запечатали в конверт, назвав их вещественным доказательством».
Разговор в машине был записан на диктофон, и материалы дела переданы в Кунцевский районный суд. Прокурор требовал для Соловьева трех лет колонии, а тот пытался доказать свою полную невиновность.
По его словам, он за рулем всего несколько месяцев и правила ни разу не нарушал, а потому с инспектором общался впервые и не знал, что заплатить штраф можно только через сберкассу.
Суд водителю не поверил, хотя и категоричность прокурора не поддержал: Соловьев приговорен к штрафу в размере 150 тыс. руб.
Сам он утверждает, что гаишник провоцировал его предложить заплатить штраф на месте. Чтобы доказать это, он отдал диктофонную запись независимому эксперту — психиатру-криминалисту Михаилу Виноградову, который тоже счел тон и манеру разговора инспектора провокационными. Но суд заключение эксперта к делу не приобщил, да и сам никаких экспертиз не назначал.
По словам адвоката Алексея Паршина, дело было полностью сфабриковано, следствие велось очень нечистоплотно, а судья предпочел закрыть глаза на неточности в показаниях свидетелей и полную идентичность показаний понятых.
Все это, по мнению адвоката, доказывает, что понятые были подставными людьми, а Соловьев ни в чем не виноват.
«Мы будем оспаривать решение суда и добиваться полного оправдания», — сказал Паршин.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"type": "129466",
"uid": "_uid_702272_i_1"
}
И то, что Соловьев держал в руках деньги, совершенно не значит, что он собирался их отдать инспектору. Не отдал ведь».
Если оценивать поведение Соловьева исключительно с юридической точки зрения, возможно, адвокатам действительно удастся защитить его от штрафа. Однако, будет ли это оправданно чисто по-человечески, другой вопрос. Последнее время некоторые водители подверглись всеобщей эйфории неповиновения властям. После акций протеста в защиту осужденного Щербинского и повышения штрафов они решили, что можно нарушать правила и возмущаться, когда за это штрафуют, и можно давать взятки и строить из себя великомучеников во время оглашения приговора, требовать полной отмены решения суда и полного оправдания. По неофициальной статистике правозащитников, только в Москве в судах постоянно лежит около сорока подобных дел. Большую часть водителей приговаривают к условным срокам, и они не оспаривают решения суда, понимая, что нарушили закон.