Стопка больших тарелок, несколько маленьких. Высокие стаканы и коричневый чайничек, с проволочкой вместо ручки. Стеклянные раздвижные двери размером во всю стену распахнуты, и джунгли потихоньку заходят к нам познакомиться.
Сначала запахи. Затем маленький странный зверек — похож на белку, только хвост облезлый, как кухонный ершик. Затем птицы, похожие на наших дроздов, с ярким желтым пятном на голове. И наконец муравьи.
Пока я пишу это, они вовсю ползают по монитору ноутбука, но я лишь выпроваживаю их с экрана.
Интересно, это местный климат так умиротворяюще на меня действует? Или просто я латентный буддист, истинную сущность которого мешают раскрыть ежедневные поездки на работу в московском метро?
***
Лена говорит, что скоро к нам в гости пожалует весь муравейник. Но мы все равно не возводим обратно нашу стену. Интересно, сколько времени потребуется джунглям, чтобы зачистить наш островок цивилизации? Если бы эту историю рассказывал Брэдбери, то, думаю, уже к утру ярко-зеленая растительность, на листьях которой вечно сидят маленькие капли воды, оплела бы стены, покрыла густым ковром пол, забралась бы в наши кровать и кресла. Она не успокоилась бы до тех пор, пока тонким ростком не просочилась бы наружу через замочную скважину входной двери и не крикнула бы замершим в ожидании у крыльца деревьям:
— Чисто!
***
Эта Москва измотала нас настолько, что вот уже какой вечер мы остаемся в своем бунгало, заказываем еду и просто сидим на террасе в своем дворике. Ни людей, ни развлечений. Большую часть времени мы молчим.
***
Дождь здесь идет не каплями, а сразу струями. Длинными и твердыми, как вязальные спицы. Такая вот единица измерения дождя — одна спица. Эти спицы летят с неба, чтобы врезаться в наши тарелки, отскочить, рассыпаться на множество мелких осколков, соревнуясь, кому же из них удастся-таки залететь в комнату и дотянуться до нашей кровати.
***
В нашем дворике есть два маленьких пруда с золотыми рыбками. Аквариум под открытым небом. Прудики сделаны в виде миниатюрных водопадов: насос подает воду, которая, скатившись по чашам, похожим на перевернутые древесные грибы, должна попасть вниз к рыбам. Впрочем, то ли о наших прудиках забыли (они практически не заметны в зарослях), то ли тайцы экономят электричество, но поставляют им воду только дожди. Чаши прудиков покрылись лишайниками и потрескались, поверхность затянута ряской, на дне какие-то странные, похожие на зеленые клубки шерсти водоросли.
Лена решила покормить рыбок в нашем пруду и покрошила им булку.
Я где-то слышал, что кормить аквариумных рыб хлебом нельзя, потому что он выделяет какую-то хрень — и рыбы дохнут. Говорю об этом Лене. Она бросается к прудикам и начинает вылавливать из них разбухшие куски хлеба. По дорожке на электромобиле едет таец, с удивлением смотрит на эту картину.
— Наверное, думает, что мы рыбу вылавливаем.
Учитывая, что они здесь едят, эта мысль мне не кажется такой уж странной.
***
Мы третий день оставляем тарелки с остатками еды на террасе. Зверьки, похожие на белок, уже привыкли, что тут их ждут недоеденные булочки, немного риса и овощей. Поэтому, если с вечера не задергивать шторы, утром нас ждет представление. Большой плюс, что это шоу питомцев Дурова можно смотреть, не вылезая из-под одеяла.
***
Я иду по песчаной полоске пляжа. Берег застроен какими-то хибарами: прибрежными барами, бунгало, подсобками и еще черт знает чем. Одна из них, наверное, магазин. На куске фанеры от руки написано: «Армани, двое штанов, юбка, две рубашки, шорты — $136». И указатель — «15 метров». Стрелка указателя направлена в море.
***
Море засеяно кокосами. Ветер срывает их с пальм, они падают в море, волны гонят их к берегу. Они похожи на подводные мины, сорвавшиеся с привязи и всплывшие на поверхность.
Когда мне становится скучно, я плыву за ближайшим в море, а затем представляю себя:
1. толкателем ядра;
2. игроком в американский футбол;
3. игроком в водную версию американского футбола (собственное изобретение).
Но трагичнее всего представлять себя Томом Хэнксом из «Изгоя», погнавшимся за уплывающим от него лучшим другом — волейбольным мячом по имени Wilson.
***
Как же продюсеры на канале Star Movie обожают показывать титры полностью. У нас на ОРТ их уже давно бы перемотали.
***
У тетки, которая делает мне массаж, на футболке лейбл SUKA Special. И вовсе она не сука, а нормальная баба.
***
… и собаки у тайцев совершенно не злобные. Страшная это сила — буддизм.
***
Ночью пляж Чавенг превращается в один огромный ресторан, где столики и посадочные места к ним собирают из лежаков, укрытых ковриками и пляжными полотенцами. У каждого заведения есть свой кусок пляжа, метров десять. И еще у каждого есть своя стереосистема. Ресторанчики соревнуются не только в качестве еды, но и в громкости музыки. Поэтому, пока я ем своих мидий, креветок и рыбу, в голове у меня одновременно взрываются как минимум три диско-хита. Иногда биты хотя бы двух совпадают — тогда мне кажется, что я даже получаю от этого удовольствие. По крайней мере, теперь я точно знаю, что такое НАСТОЯЩАЯ ПОЛИФОНИЯ.
***
Деревня Бобхут. Ресторанчик на пляже. За соседними столиками компания европейцев, много детей. Детям быстро надоедает сидеть за столом, и они спускаются с помоста на песок поиграть с огромной и совершенно запущенного вида собакой. Собака терпит эти издевательства с видом несчастного голодного животного.
Когда дети бросают в нее песком, она подпрыгивает и хватает его так, словно это декомпозированное до молекулярного уровня фризби.
Наконец взрослые не выдерживают. Женщина выносит собаке блюдо с рисом и какими-то мясными шариками. Отходит подальше от ресторана — к прибою — и оставляет тарелку там. Собака бежит за женщиной с тарелкой, но очень быстро возвращается. Несмотря на жалкий вид, поиграть с детьми — для нее большая ценность, чем тарелка риса.
***
Мы слышим крик. Немка, чей стул стоял на самом краю помоста, спиной к морю, совершила кульбит через голову. Друзья помогают ей подняться, все весело смеются. Интересно, а каково это — поехать с детьми в Таиланд и погибнуть от перелома шейных позвонков, упав в баре со стула? Пожалуй, в рейтинге самых глупых смертей эта была бы в первой тройке.
***
Из песка на пляже, у самой кромки воды, словно перископ крохотной подводной лодки, торчит трубочка для коктейлей. Здесь будто зарылся карликовый тайский диверсант, который только и ждет своего часа, когда он, как заправский ниндзя, выскочит из песка и защекочет наши пятки до смерти.
***
Вечером мы сидим на террасе в своем садике. Где-то в соседнем отеле культурная программа. Местный певец исполняет эклектичный репертуар: «Hotel California», «Besame Mucho», «Rainy Day» и даже что-то из кантри. А у меня под кустом стрекочет какое-то существо. Что это, можно только догадываться. Может, это цикады, может, птица, а может… Да какая, собственно, разница.
Как-то на МТВ я видел передачу с Али G. Смысл ее был вроде в том, чтобы мешать известному артисту заниматься своим делом.
Тогда в студии был какой-то белобрысый парень, который завел довольно сложную по мелодике песню. Сначала Али отобрал у него гитару — тот продолжил петь а капелла. Затем Али включил какой-то ужасный бит. Тот совершенно не попадал в ритм исполняемой песни. Затем добавил к нему абсолютно левых семплов. Затем он выпустил на подтанцовку толпу баб, которые стали мельтешить перед парнем, продолжавшим старательно выводить свою сложную мелодию. Бабы начали садиться к нему на колени, закрывать глаза руками, ну и вообще вести себя вызывающе. Парень держался из последних сил.
— О, а белые, оказывается, тоже умеют петь, — сказал Али, и пошли титры.
Так вот и я все ждал, когда моя цикада тоже сломается и начнет трещать в ритме «Besame Mucho».
***
— Какой вкусный капучино! Ой, а еще и с коричной палочкой!
Мы сидим в прибрежном кафе с террасой, выходящей на пляж. За столиком из потемневших от времени бамбуковых досок. Такое впечатление, что это сборная по биатлону пожертвовала в семидесятых им свои лыжные палки. Под соседним столиком тяжело дышит огромная нечесаная собака. Вторая такая же нечесаная, но с окрасом под долматина лежит на песке.
По коричной палочке у Лены в капучино ползет муравей.
Лена не обращает на него никакого внимания. Странно, обычно всегда обращает.
— Правда, здорово сидеть вот так? Смотреть на море… чувствовать его запах, знать, что ты буквально на краю мира… это же просто счастье… ОЙ! МУРАВЕЙ УТОНУЛ В МОЕМ КАПУЧИНО!
***
Мне делают тайский массаж. Рядом делают массаж огромному американцу, похожему на располневшего Джина Хэкмана. Его тайка очень смешливая. Она постоянно хохочет, называя его Big Buddа, и, хлопая по животу, приговаривает «синха биа» (singha bear — самое популярное местное пиво) и снова ржет. Когда с Джином Хэкманом покончено, она подползает к нам. Ей скучно, по-английски она не знает ни слова и несет какую-то мяукающую околесицу. Пока мне разминают шею, она берется за мою ступню и начинает разбирать ее по косточкам, то похохатывая, то уставившись куда-то вдаль.
Когда я прихожу на массаж в другой салон, мне говорят, что нужно немного подождать.
Чтобы мне не было скучно, девчушка-распорядитель садится рядом и как бы от нечего делать начинает давить на моей ступне на какие-то точки, отрешенно смотря при этом в сторону океана.
Видимо, это у них такой способ занять человека. Что-то вроде светской беседы. Или может, им это нравится? Может, тискать ноги друг другу - это у них что-то вроде скрытой потребности, вроде как рефлекторно ковырять в носу?
***
В изголовье нашей гигантской кровати в стену встроены мягкие обтянутые тканью панели. Сначала я думал, это такой элемент дизайна, а потом обнаружил, что к ним очень удобно приваливаться спиной. Например, когда смотришь телевизор, читаешь, ну или просто так. В Москве для этого мне требовалась куча подушек, которые еще нужно было расположить правильным образом, чтобы отгородиться от холодной и жесткой бетонной стены. Как же я теперь буду дома без такой клевой штуки? К хорошему привыкаешь быстро.
***
По краю пляжа растет ряд кокосовых пальм. Под пальмами лежаки, на пальмах гроздья кокосов.
— Смотри, какой большой, — Лена поднимает с земли огромный зеленый кокос и протягивает мне. Веса в нем килограммов пять. Если такой свалится на голову…
Тетенька на лежаке под смертоносной пальмой поворачивается на другой бок.
Интересно, припас ли кокосовый бог для нее свой орех? И вот еще что: если кокосам была бы доступна реинкарнация, то сколько на нем было бы уже зарубок?
***
Тайка, которая продает фрукты, рассчитавшись со мной, берет связку маленьких бананчиков и отрезает для меня три штучки. Бонус. Мне приятно.
На следующий день передо мной фрукты покупают две тетки. Тайка берет маленький нож, связку бананов и тоже отрезает им пару штук. Я расстраиваюсь.
***
Мы пьем кофе. Вдруг Лена вскрикивает: на голову ей упал высохший кокосовый лист.
Хорошо, что не тот орех.
***
Какие же здесь огромные жуки. Жуки огромные, а все остальное маленькое: люди, бананы, даже арбузы размером с наше крупное яблоко. Хотя, возможно, большие им и ни к чему. Что они с ними будут делать? Всей деревней есть?
***
Специальный мальчик каждый вечер зажигает у домиков на террасах свет. Обходит деревню и на каждой террасе щелкает выключателем.
***
Странное зрелище — пальмы на ветру.
***
На самой верхушке пальмы у нашего домика сидит мужик в красной майке и сбрасывает вниз кокосы. А еще этим у них занимаются специально обученные обезьяны. Интересно, что технологичней?
***
Душ в нашем домике перемещается по хромированной длиннющей вертикальной направляющей. Когда мы въезжаем, он поднят так высоко, что даже я достаю до него с трудом. Тайцы, очевидно, слишком сильно комплексуют по поводу своего маленького роста и слишком льстят в этом плане европейцам.
***
Лена просит меня сходить на пляж и принести ей кокос с кокосовым молоком и ананас. На пляже торговцев уже нет. Я иду в кафе и прошу чуваков сделать мне one coconut и one pineapple. А далее пытаюсь объяснить, что мне нужно отнести их к себе в свой номер.
I need take it away to my wife.
Чуваки понимают и переспрашивают, хочу ли я, чтобы это было на подносе. Нести потом поднос обратно мне неохота, к тому же я не очень представляю, как на нем унести круглый кокос, в макушке которого будет пробита дырка и в котором под завязку жидкости. Поэтому я говорю парням что-то про bag и показываю, как будто я это несу. Действительно, что проще — положить ананас и кокос в пакеты?
Парни переглядываются, но не спорят.
— One pineapple and one coconut?
— Yes, one pineapple and one coconut.
Через продолжительное время они выносят мне два полиэтиленовых пакета, наполненных мутной жидкостью. В одном жидкость желтоватая, в другом белая. Из каждого пакета торчат трубочки, горлышки их перетянуты резинками вроде тех, которыми обычно перетягивают пачки денег. Это банановый и ананасовый молочные шейки. Сделанные, как я и просил, в пакетах.
Сколько же смекалки проявили чуваки, первый раз в своей жизни, а может, и за всю историю Таиланда, приготовив шейк в полиэтиленовых пакетах? Вот, кстати, вспомнил: однажды в Турции, когда мы попросили «айс ти», нам принесли чай и вазочку со льдом.
***
Прибой подмывает берег, и фундаменты возведенных на песке построек оказываются под угрозой. Для укрепления береговой линии здесь используют мешки с песком. Из-за этого некоторые участки пляжа кажутся декорациями к фильму «Апокалипсис». Почему-то мне это очень нравится.
Со строительным материалом проблем нет: для постройки дамбы требуется лишь достаточное количество пустых мешков.
Очень удобно. Оболочка определяет сущность. Наполнитель везде одинаков и не имеет значения. Вещи, люди, страны и блюда высокой кухни. Всё дело лишь в оболочке. Чем житель Таиланда отличается от шведа? Только оболочкой. Их белковая архитектура идентична. Еда — это просто немного живых существ, неорганических добавок и жира. Здания, одежда, искусство. Различаются оболочкой, идентичны наполнителем. Обеспечьте меня оболочками, а наполнитель мы раздобудем на месте.
ДОСТАВКА ОБОЛОЧЕК БЫСТРО И ТОЧНО В СРОК.
КУПИ НЕМНОГО УНИКАЛЬНЫХ ОТЛИЧИЙ И НАПОЛНИ ИХ УНИВЕРСАЛЬНЫМ НАПОЛНИТЕЛЕМ.
УНИКАЛЬНЫЕ ОБОЛОЧКИ НА ВАШ ВКУС, ПОД КАЖДУЮ ЗАДАЧУ. ЗАКАЖИТЕ НАБОР ОБОЛОЧЕК ДЛЯ БЛЮД ВОСТОЧНОЙ КУХНИ И ПОЛУЧИТЕ ОБОЛОЧКУ ГРУДНОГО МЛАДЕНЦА СОВЕРШЕННО БЕСПЛАТНО. ЗВОНИТЕ 800 - SHELL - ХХХХ. ПЕРВЫЕ ДЕСЯТЬ ДОЗВОНИВШИХСЯ СМОГУТ ВЫБРАТЬ ПОЛ ПО ЖЕЛАНИЮ.
***
Комичное зрелище: три аквалангиста в маленьком полутораметровом бассейне.
Кого-то учат нырять с аквалангом.
***
Я сижу в кафе и заказываю всякие штуки, которые кажутся мне занятными. Например, seafood в красном карри, а на вопрос официанта насчет «spicy» осторожно отвечаю «медиум». Надо же когда-то переходить на следующий уровень.
Химики средневековья, описывая открытое вещество, должны были пробовать его на вкус. По крайней мере так было до тех пор, пока не открыли мышьяк и цианиды. Считается, что смертельная доза цианистого калия равна 0,001 г. Открывший его химик описывал вкус как сладковатый, миндальный. Сеченов, заразившись оспой, диктовал своим ученикам отчет о своем состоянии. Возможно, мне тоже стоило бы записать, что происходило со мной, пока я ел medium spicy seafood in red karri, потому что, выживу я или нет, мне кажется, вопрос далеко не праздный. Даже если ты не считаешь, что блюдо очень острое, организм может считать совершенно по-другому.
***
Между столиков прибрежных ресторанчиков ходят собаки. Посетители подкармливают их кусочками мяса и морепродуктов. По азиатской традиции, еда измельчена на мельчайшие кусочки, но собаки привыкли.
А вот привыкли ли собаки к перцу?
Не могут же они сказать: «За третий столик, пожалуйста, без приправ. Там обычно со мной делятся кольцами кальмара в красном карри».
***
Утро 1 января. Лена еще спит, а я только что встал и собираюсь на завтрак один: не хочу ее будить. Вдруг Лена выходит из душа. Я вздрагиваю. Смотрю на постель: бежевое одеяло свернулось так причудливо, что я принял его за спящего человека. А может, все дело в том, что просто сейчас утро 1 января?
***
Никак не могу привыкнуть мыться напротив огромного окна. Да, у него тонированные стекла, да, планки жалюзи развернуты так, что увидеть что-либо с улицы совершенно невозможно. Но то, что я вижу улицу, убивает все рациональные аргументы.
Я тяну веревочку от шторы. Когда она опускается наполовину, выясняется, что все это время она служила домом огромному жуку. Жук недоволен. Еще бы. А вы были бы довольны, если бы вашу квартиру кто-то превратил в плоскую натянутую поверхность? Никому такое не понравится.
Вообще-то жуки такого размера вызывают у меня неприятные чувства.
Но мне так не хочется вылезать из-под горячего душа и, стоя на холодном влажном полу, подымать штору обратно, что я решаю оставить всё как есть. Так мы и принимаем душ вместе. Жук и я. Он — недовольно шевеля усами, а я — опасливо на него поглядывая.
***
Сегодня пасмурно. Скучно. Делать нечего. Кто-то из местных притащил на пляж клюшку для гольфа. Он берет ракушки, осколки кокосовых орехов, какие-то шишки, осыпающиеся с пальм, и сильным ударом отправляет их с песка в море.
***
Расплачиваясь, иностранец долго роется в бумажнике в поисках подходящей купюры для чаевых. Круглолицый, пузатый таец как завороженный следит за его манипуляциями.
***
Когда обнаруживаешь, что записанные в блокноте реплики лучше, чем те, что на ту же тему приходят сейчас в голову, пора закрывать ноутбук и заняться чем-нибудь другим.
***
Я покупаю манго. Закутанная в тысячу платков тайка несколькими ловкими движениями рассекает его на одинаковые ровные кубики. Теперь их удобно есть, накалывая на острую деревянную палочку, похожую на гигантскую зубочистку.
***
Собравшись в море, забавно представлять себя киборгом. «Температура тела достигла критической отметки, — говорю я себе металлическим голосом. — Срочно требуется внешнее охлаждение».
Я поднимаюсь и походкой робота иду в море.
«Температура нормализована. Система охлаждения работает в штатном режиме». Похоже, я совсем одурел от безделья.
***
Почему, когда ничего не делаешь, а просто лежишь на солнце, так сильно устаешь? Может, солнце втайне от нашей нервной системы само, напрямую взаимодействует с клетками? Заставляет их работать, делать то, делать это, выделять всякие жидкости, вкалывать ради непонятной мне цели. Загружает работой. Кто его знает, что и зачем в это время наше тело выделывает в его грязных целях.
***
Атакованы муравьями. Они думают, что волокнистый покров наших тел — их питательная площадка. Наблюдаю, как, приподняв от натуги брюшко, муравей вгрызается в мою кожу у подножия уже изрядно выгоревшего на солнце волоса.
Мы — кормовая база.
ПОДЕЛИСЬ СВОИМ ТЕЛОМ!
СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ ДЛЯ ЭТОГО МИРА.
ПРЕДОСТАВЬ СЕБЯ, СВОИ ВЫДЕЛЕНИЯ, КАПЕЛЬКИ ПОТА, ЖИР, ПЛЕНКУ СОЛНЦЕЗАЩИТНОГО КРЕМА ТЕМ, КТО В ЭТОМ НА САМОМ ДЕЛЕ НУЖДАЕТСЯ!
МЫ ОГРОМНАЯ ФАБРИКА ПО ПРОИЗВОДСТВУ ЕДЫ.
***
Я стараюсь избавляться от муравьев аккуратно, но вскоре обнаруживаю, что я весь покрыт их трупами. Мой живот — долина смерти, плечи — перевалы ужаса, ноги — путь страха. Я Немезида, звезда смерти.
Ну что ж, Let`s Rock! Утопим муравьев в море! Лена поранила руку, поэтому старается не мочить повязку. Она держит забинтованную руку высоко над головой. У ее муравьев еще есть шанс спастись.
***
Мой Casio G-Shok совершенно сошел с ума. Еще дома я как-то выставил его будильник на 7 утра, а потом все забывал отключить. Зачем? Я все равно никогда не проснусь в такое время. В Таиланде мы переводим часы на 4 часа вперед, но мой Casio по-прежнему упрямо звонит в 7 утра по Москве, т. е. в 11 по-местному.
Водонепроницаемый, пуленепробиваемый, антиударный, железобетонный тупой болван. Счастье иметь такого друга.
***
На пляже никого. Совсем никого.
***
О чем переговариваются между собой тайки, которые делают нам массаж? О вчерашнем сериале? Высоких ценах на рис? Или о покупке новой стиральной машины «Индезит»? (А то в прачечной килограмм белья — 30 бат, а руками на такую ораву не настираешь.)
— Знаешь, у дядюшки Ляо, что держит прачечную рядом с «Теско-Лотус», есть человек в Шанхае, ему можно заказать — и выйдет на 800 бат дешевле, чем в магазине.
— Это какой дядюшка Ляо, который улыбается только на пол-лица, поэтому его зовут лунный Ляо?
— Нет, тот, чья дочь Си трахается с толстым Чонгом.
— Это с каким Чонгом, тем, у которого на мопеде дырявая корзина вместо багажника и он постоянно все из нее теряет?
— Нет, с тем Чонгом, который в прошлом году утопил в море свой транзистор, а потом с горя так наелся тофу, что потом пукал на всю улицу.
— Знаешь, она совершенно напрасно спит с этим Чонгом.
— Почему?
— Потому что у него совсем маленький Чонг.
— Хи-хи-хи.
— Хи-хи-хи.
И их глаза становятся похожи на упавшие набок скобки из набора знаков препинания.
***
Пробежал пять километров и даже не сбил дыхание. Кажется, что мог бы пробежать и шесть, и семь. Если бы не сжег босые ноги о разогревшуюся до температуры сковородки резиновую ленту транспортера беговой дорожки.
***
Таиланд завален футболками. Стоят они несколько долларов, но вот с фантазией у тайцев не особо. Логотипы Diesel, Tommy Hilfiger, DKNY и пр. Они верят в то, что европейцам действительно важно иметь футболку, где на груди крупно написано О`Нейли или Квиксилвер.
Я бы на их месте сделал такой принт:
THIS DIESEL IS FAKE
BOUGHT IN CHAWENG, SAMUI, TAILND.
$1
Думаю, спрос был бы ломовой. По крайней мере я бы носил с удовольствием.
***
У берега болтается катер. Три огромных, как бочонки, двигателя Yamaha V6 200 еле втиснуты на корму. Странное, но офигенное название — SUPREME MOTIVATION.
***
Странно в местности, где полгода льют проливные дожди, не иметь дренажных систем. Мне кажется, что этим земноводным это просто нравится.
***
ИГРАТЬ В ТЕРМИНАТОРА (ОКОНЧАНИЕ). Доигрался. Я лежу на ледяных простынях под кондиционером и обкладываю себя ледяными жестянками колы и спрайта из холодильника. Я пульсирую, словно малая сверхновая. Если сейчас кто-нибудь посмотрит на меня в тепловизор, то увидит ярко-алый кусок мяса. Хотя, наверное, я сейчас так выгляжу и без тепловизора.
***
Алла как-то говорила, что разочаровалась в мужчинах. «Посмотри на них. Ты видел хотя бы одного из них с книжкой? Эти лица… Этот интеллект… Это же невозможно». Здесь на пляже она встретила бы целую популяцию интеллектуалов. Люди вцепились в книги так, словно только они мешают им окончательно расплавиться и растечься по лежакам.
***
А здесь, оказывается, тоже есть прилив. Утром я поставил лежак в метрах трех от воды, а к 11 море уже подмывает его зарытые в песок ножки. Каково это — проснуться и обнаружить, что лежак с тобой унесло?
***
Утром поверхность воды гладкая, как стекло. Ни волн, ни ветра, ни ряби. Залив больше похож на озеро. По поверхности скользит изогнутая, как коромысло, китайская джонка. Особенно нереально она смотрится с воды. Я как зачарованный плыву за ней — она плывет в открытое море.
***
Ни волн, ни течения. Кто-то бросил посреди нашей бухты маленькую желтую лодку, и она вот уже третий месяц болтается примерно на одном и том же месте. Без якоря, я проверял. Спокойствию ее хозяина можно позавидовать.
***
Что эти гады сделали с нашим чемоданом? Порванный, измятый, с проломленными стенками. Бульдозером они его давили, что ли? И интересно, кто «они»? Тайцы или наши?
Интересно было бы напихать чемодан скрытыми камерами, а затем отсмотреть получившийся фильм.
Неплохая, наверное, идея для какого-нибудь канала Discovery. Взять 10 чемоданов, напихать внутрь аппаратуры, аккумуляторов, вывести на поверхность объективы с небьющимися линзами, замаскировать.
Выбрать:
А) 10 самых популярных, интересных маршрутов:
Франкфурт — Гонконг — Токио — Нью-Йорк
Стокгольм — Лондон — Копенгаген — Мехико
Сингапур — Бангкок — Дели — Дюссельдорф.
Б) Самые известные авиакомпании:
SAS, Delta Airlines, Lufthansa, Emirates, British Airways и пр.
В) крупнейшие аэропорты:
Arlanda (Стокгольм), Schiphol (Амстердам), Charles de Gaulle (Париж) и пр.
Затем перемонтировать, доснять сюжеты-расследования. Офигенный вышел бы фильм. Эй, возьмите меня продюсером на крупный западный канал. Я вам такого напридумываю!