«Теперь спорт — не мир, а «холодная война»

ПКР об отстранении российской сборной

Мария Минина 24.08.2016, 23:32
ТАСС

Вице-президент Паралимпийского комитета России (ПКР) Олег Смолин заявил, что решение спортивного арбитражного суда (CAS) о недопуске паралимпийцев до Игр в Рио противоречит европейским ценностям, а президент ПКР Владимир Лукин назвал нынешнюю ситуацию в спорте «холодной войной».

Глава Международного паралимпийского комитета IPC Филип Крэйвен 7 августа объявил, что комитет принял единогласное решение об отстранении россиян от Паралимпиады-2016 и лишении ПКР членства в организации. Спортивный арбитражный суд (CAS) 23 августа отклонил иск ПКР.

— Остаются ли у российских паралимпийцев шансы поехать в Рио?
— Суд не поддержал нашу апелляцию, но процесс еще не закончен, — заявил первый вице-президент Паралимпийского комитета России Павел Рожков. — С комитетом по-прежнему работает интернациональная группа юристов, и в пятницу мы будем готовы рассказать о наших следующих шагах. Движения наших консультантов дают нам возможность с оптимизмом смотреть на ситуацию.

Поэтому мы не остановили процесс подготовки наших спортсменов, они продолжают готовиться к Играм.

Более того, мнение юристов коллегиальное, нам помогают юристы из Швейцарии, США и других стран. А также во главе наших адвокатов стоят российские специалисты из различных юридических структур. К их работе нет никаких претензий, они сделали все, что могли.

Президент Паралимпийского комитета России (ПКР) Владимир Лукин добавил, что юристы критикуют даже саму концепцию коллективной ответственности:

«Мы получили мнение ряда очень видных швейцарских адвокатов, не участвовавших в этом деле, в этом письме написано:

«Сама концепция коллективной ответственности является юридическим безобразием, и ее место в музее юридических ужасов».

По словам Лукина, российские паралимпийцы, не допущенные на Паралимпиаду-2016, заслуживают того, чтобы их индивидуальные жалобы рассмотрел Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

— Не хотим вдаваться в подробности дальнейших действий, но наши вопросы не закрыты и юридические дела не завершены, — подчеркнул чиновник. — Другое дело, что времени мало осталось. Мы используем все возможные инстанции, чтобы доказать нашу правоту. Много тонкостей, но эта проблема будет решена в один-два дня. А в принципе, как омбудсмен с 10-летним стажем я не буду удивлен, если многие из 266 спортсменов, права которых были жесточайшим образом нарушены, это заслуживает того, чтобы индивидуальные жалобы рассмотрел ЕСПЧ.

Эта история свалилась на нас совершенно внезапно. Мы делали все, что нужно. И нас даже не обвиняют в употреблении допинга, нас обвиняют в том, что в нашей стране существует чуть ли не система употребления допинга.

Не было ни одного случая, когда государство нам давало указания. Бывало совсем другое, у Павла Рожкова были проблемы с предыдущим министерством. И когда Рожков был назначен шефом миссии, один из предыдущих министров начал предъявлять претензии. Тогда мы его вежливо послали.

Первый вице-президент ПКР Олег Смолин добавил, что своим решением МПК нарушает основные европейские правовые нормы.

— Мне довелось быть куратором юридической комиссии, и мне это решение представляется крайне удивительным, оно идет вразрез с нормами европейского права и ценностями. В том числе и с кодексом о правах человека, который является основополагающей европейской ценностью.

Обвиняются государственные структуры, а пострадавшими оказываются конкретные люди — 256 спортсменов, которые, преодолевая невероятные трудности, стремились попасть на Олимпиаду.

Другая европейская ценность — презумпция невиновности. Никто не утверждает, что хотя бы один из этих 256 человек принимал допинг. Получается, наказывают невиновных и награждают непричастных, поскольку лицензии будут разделены между спортсменами, которые не прошли на Паралимпиаду по спортивным показателям.

Третья ценность — это честная конкуренция. Я помню, как после Лондона из программы Паралимпийских игр стали исчезать дисциплины, на которых россияне выступили успешно. Паралимпийский комитет решил эту проблему, но тут появилось это решение.

Получается, что, воспользовавшись неблагоприятной международной ситуацией для нашей страны, кто-то просто устраняет конкурентов.

К тому же я не могу не сказать о конвенции ООН о правах инвалидов. В сходной ситуации МОК принимает одно решение по здоровым спортсменам, а МПК — совсем другое по инвалидам, у которых проблем с допингом было значительно меньше.

Закат Европы, о котором говорил Освальд Шпенглер, еще не произошел, но закат европейских ценностей мы наблюдаем.

Генеральный секретарь ПКР Михаил Терентьев в свою очередь заявил, что Международный паралимпийский комитет и WADA нуждаются в реформах.

— Мы все удивлены таким шокирующим решением Спортивного арбитражного суд (CAS). Необходимо ставить вопрос об изменении правил Международного паралимпийского комитета (МПК).

Кроме того, встает вопрос о работе Всемирного антидопингового агентства (WADA). Создается впечатление, что они занимаются шулерством. По моим сведениям, летних паралимпийских спортсменов в докладе Макларена нет. Претензии появились только 18 июля.

Видимо, рассчитывали на то, что за такой короткий промежуток времени разбираться никто не станет. Сейчас идут активные обсуждения дальнейших действий с юристами.

После Терентьев процитировал слова Дональда Трампа о Международном паралимпийском комитете:

«Идиотизм функционеров от мирового спорта зашкаливает. Решение о недопуске паралимпийцев России принимали полные кретины. Настоящие инвалиды, причем на всю голову. Иначе как объяснить тот факт, что спортсмены из России, где были скандалы с применением допинга, выступали на Олимпиаде в Рио, а все паралимпийцы из России, где не было никаких допинговых скандалов, не будут выступать. В чем их вина?»

Правда, никаких подтверждений тому, что эти слова действительно принадлежат кандидату в президенты США, не нашлось. Несколько дней назад их распространили несколько российских сайтов, но Терентьев, по всей видимости, посчитал их реальными.

«После этих слов я понимаю, что мы в мире не одиноки и есть кому отстаивать наши интересы на генеральной ассамблее МПК», — заключил функционер.

Президент Паралимпийского комитета России Владимир Лукин назвал ситуацию, сложившуюся в спорте, «холодной войной».

«Мы давно работаем с международными организациями. Там есть наши люди, за долгие годы к нам не предъявили ни одной претензии. В первую очередь нас должны были предупредить несколько раз в том случае, если бы что-то было не так. Мы считаем, что мы невиновны. Нам говорят, что мы виноваты в отсутствии возможностей для предотвращения государственного вмешательства в виде допинга.

Вся эта ситуация заходит настолько далеко, что теперь спорт — не мир, а «холодная война» и «железный занавес». 12 июля нам сказали о том, что с нашими паралимпийцами проблем нет и они едут на Игры. А уже через десять дней они же говорят: ваши спортсмены никуда не поедут. Мы будем использовать все возможные юридические способы, чтобы восстановить справедливость. Судьба людей для нас важнее, чем какие-то отношения между федерациями, и я думаю, что у европейского суда по правам человека здесь будет огромное поле для работы».

— Думали ли вы провести альтернативные соревнования?
— Мы думаем обо всем. И этот вариант тоже нельзя исключать. Но сначала давайте используем все шансы, чтобы паралимпийцы все же поехали в Рио.

Первый вице-президент паралимпийского комитета России Олег Смолин сравнил отстранение сборной России от Паралимпийских игр в Рио-де-Жанейро и военную операцию в Ираке.

— Автор доклада о допинге Ричард Макларен утверждает, что с расследованием торопиться не будет. То есть приговор вынесли, а расследование потом. Простите за пример, это похоже на операцию в Ираке — разбомбили, а потом оказалось, что никого ядерного оружия там нет.

— Вы сказали, что юристы будут бороться до самого конца. Что это означает конкретно? Вы будете обращаться в другие суды?
— Наши вопросы не закончены, мы не хотим вдаваться в подробности. Разумеется, существует много юридических тонкостей, поэтому мы активно сотрудничаем со специалистами, — ответил Лукин.

— На чем основана доказательная база, если не называются имена паралимпийцев, уличенных в допинге?

Рожков:

— Они называются, в самом начале они не давали нам этот список. Но потом уже заговорили о том, что обвиняют нас не в употреблении допинга паралимпийцами, а в участии в государственной допинговой программе, которая якобы была в нашей стране.

Даже те 35 человек — это не случаи употребления допинга, а якобы пропавшие пробы. Но 15 из них не имеют отношения к паралимпийцам, а 20 есть на самом деле. По ним и стали разбираться. Препарат, который они принимали, был разрешен во время тренировок, поэтому до сих пор их официально не вбрасывали.

У нас в этом году три случая положительных проб, они отстранены от занятий спортом на четыре года. В прошлом году у нас было 11 случаев, все отстранены от занятий.

В основном это прием по ошибке или не указал врач. Но все отстранены от участия в соревнованиях. В основном из 11 случаев — это пауэрлифтеры, следж-хоккей, другие виды. Массовых случаев у нас нет.

Терентьев:

— Все обвинение Макларена строится не на том, что есть те или иные нарушения. А на том, что в России ни одна спортивная организация не может полноценно функционировать, потому что есть нарушения антидопингового кодекса. Открытым остается вопрос, почему олимпийцев по этому докладу допустили, а паралимпийцев — нет.
Это политизированный доклад, он опирается на неведомые нам политические силы.

— В уведомлении везде упомянуты ЦСП, ФСБ, Министерство спорта, РУСАДА. Нет ни одного пункта обвинения в адрес паралимпийского комитета России, — добавил Рожков.

Лукин:

— Настоящие жертвы этого всего — паралимпийцы, которые действительно пострадали от этого всего.

Сейчас я скажу одну серьезную вещь, которую я намеренно не говорил за рубежом, потому что предпочитаю говорить такое в Москве. Я настоятельно призываю тех людей, которые были упомянуты в докладе Макларена, помочь нам, помочь паралимпийцам, прояснить ситуацию с допинговым злоупотреблением в той степени, в которой это касается нас. Дело чести для них пояснить, как это было, было ли вовсе. Заданы вопросы, и надо на них ответить: что произошло, и кто ответственен, если что-то произошло?

Смолин:

— В отношении большой олимпийской сборной были выставлены условия, которые позволяли им принять участие в Играх. А что касается паралимпийского комитета, условия не выставлены. Непонятно, что должен делать паралимпийский комитет, чтобы спортсмены приняли участие. Мы бы подали в отставку, если бы это потребовалось. Но как вы себе представляете, чтобы Терентьев или Лукин царапали пробирки. Но мы бы все равно приняли и такие условия, но их не было выставлено.

Ознакомиться с другими новостями, материалами и статистикой вы можете на странице Рио-2016, а также в группах отдела спорта в социальных сетях Facebook и «ВКонтакте».