«Хочу получить поздравления от президента»

Пловец Рылов уверен, что мог побороться за золото на Олимпиаде

Андрей Кульянов (Рио-де-Жанейро) 15.08.2016, 09:23
__is_photorep_included10129931: 1

Бронзовый призер Олимпийских игр – 2016 пловец Евгений Рылов в интервью «Газете.Ru» много критиковал себя за упущенные возможности, рассказал, кто может стать новым Майклом Фелпсом, а также о том варианте чествования, который бы ему пришелся по душе по приезде на родину.

— Во время чествования в Доме болельщиков сборной России во время просмотра своих бронзовых финишей о чем-то говорили с Антоном Чупковым. Успели обсудить многое?
— В основном о своих ошибках. Обсудили, что была радость, но и немножко расстроились.

Мы надеемся, что у нас есть еще потенциал, есть над чем работать. Я вижу, что я не собрался эмоционально, перенервничал, не попал в поворот.

Но в принципе я показал хороший результат, думаю, и Антон то же самое чувствует. То есть он видел, что он проиграл касание, что не попал в поворот на третьем «полтиннике».

У него тоже немножко грусть, но больше радость переполняет. Я скорее больше расстроен, чем доволен. Но все-таки первая медаль, первая Олимпиада так хорошо прошла — это берет свое.

То есть я понимаю, что все еще впереди — еще можно две или три Олимпиады пройти.

— Основное расстройство из-за этой одной сотой секунды, которая отделила вас от серебра?
— Нет, из-за того, что я проиграл поворот, а не финишное касание. До этого мне эта ситуация казалась догоняющей…

— Даже до золота?

— Думаю, да, мог спокойно претендовать и на золото.

Потому что проиграть три поворота из трех — это очень много времени отнимает. Плюс это очень большая энергозатратность, если я не делаю комфортный для себя режим.

— Режим по распределению гребков на прохождение одного бассейна?
— Да, надо попадать в поворот. Потому что два раза я в него «воткнулся», на третий я, наоборот, не доплыл.

— На этой Олимпиаде у вас были старты в трех дисциплинах — двух индивидуальных и одной эстафете. Какой из них был самым запоминающимся именно по эмоциям?

— Думаю, 200 м. Потому что финал — это самое эмоциональное. Думал, что точно могу залезть в призы, претендовать на победу.

В этот момент я себя даже перенакручивал. Это, наверное, было моей ошибкой: нужно было думать просто о результате, а не о медалях и победе. Теперь попытаюсь исправить это в психологическом плане, не повторять таких ошибок.

Постараюсь исправить это и в тренировочном процессе, потому что не всегда выполняю установки тренера, недоделываю. И это вылезает на соревнованиях.

— Столько критики после успешной Олимпиады…
— Всегда есть критика, потому что никогда ничего не получается идеально у спортсменов. Только в редких случаях — вот Фелпс, например, который выиграл очередные медали.

Сейчас с ним разве что можно сравнить Адама Пити, потому что он абсолютно крут. Полторы секунды сбросить на сотне — это очень много. Он сейчас просто другого уровня пловец.

— Вы своим любимым пловцом назвали Аарона Пирсола. Почему не Фелпса?
— Потому что я, когда стал спинистом, он для меня стал… не то что идеалом, но таким человеком, который первым поменял 1.52 и 52 на сотке.

Уже, конечно, есть и Райан Мерфи с новым мировым рекордом на сотне, но все-таки Пирсол останется для меня первым таким человеком, который так сильно заинтересовал.

Наверное, из-за Пирсола я и захотел остаться в плавании.

— Как к вам пришла специализация? Несколько лет назад вы отцепили от своей программы две дисциплины?
— Да, несколько лет назад я плавал кролем, спиной, баттерфляем, «комплексом». В общем, пробовал все, все получалось. Не было такого сильного разделения.

Потом, когда я перешел к Андрею Геннадиевичу (Шишину. — «Газета.Ru»), тоже стал пробовать все, но спина была лучше всего, то есть у меня результат был ближе всего к кандидату. Тогда решили остаться на спине.

— Сейчас будут большие чествования. Готовитесь к этому или, наоборот, хочется скрыться от всех?

— Нет, я хочу прийти к президенту, получить его поздравления. Думаю, этого хочет каждый — увидеть его в лицо, пожать ему руку. А вот все остальное… Да, хочу скрыться, чтобы меня никто не трогал.

— До Олимпиады была история с недопуском части пловцов к стартам. Как это переживалось внутри команды?
— Вроде все было спокойно. Никто сильно не нервничал, не паниковал. Наверное, были такие небольшие сомнения, что можем не поехать, но все разрешилось и все успокоились.

— Обсуждалась ситуация с Юлией Ефимовой?

— Сами не обсуждали. Но нам рассказали, что произошло, объяснили, что за нее будут биться в судах.

Конечно, лично ко мне это не относилось, единственное, у нас срывались эстафеты — из-за Владимира Морозова и Никиты Лобинцева..

— Какие планы на первые дни по приезде домой?
— Лечь в кровать на двое суток! Честно. Просто отдохнуть — ничего другого пока не хочу. Сейчас и эмоциональный, и физический фон сильно утомленный.

Хочется встретиться с друзьями, с родственниками, послушать их впечатления, потому что очень сильно не хватает эмоций — я слишком сильно их выплеснул… Хочу успокоиться для начала.

— В 19 лет за вашими плечами уже есть первые Олимпийские игры и вкус медали. Может, в будущем есть планы на новые виды, новые специализации?

— Желание всегда есть. Я всегда больше всего любил баттерфляй, сам способ мне нравился.

Я буду обсуждать это с тренером, смотреть, но думаю, что пока останусь на спине. Но если что-то изменится, вы увидите меня на других дистанциях.

Ознакомиться с другими новостями, материалами и статистикой вы можете на странице Рио-2016, а также в группах отдела спорта в социальных сетях Facebook и «ВКонтакте».