«Мы добились допуска Ефимовой, теперь слово за МОК»

Адвокат Пацев о допуске российских спортсменов до Олимпийских игр

Илья Киреев 05.08.2016, 14:30
ТАСС

Спортивный арбитражный суд по сути отменил правило МОК, по которому участвовать в Олимпийских играх в Рио не имели права спортсмены, уличенные в применении допинга. Адвокат Артем Пацев, защищавший интересы Юлии Ефимовой, у которой остаются шансы побороться за золото в плавании, рассказал «Газете.Ru» подробности победного для себя и спортсменки дела.

— Стало известно, что Юлия Ефимова решением CAS допущена до Олимпийских игр. Что вы можете рассказать по этому делу и какова перспектива у других российских спортсменов, ожидающих своих решений?
— Все наши иски делились на два типа. В одних мы оспаривали второй пункт решения МОК от 24 июля. В нем утверждалось, что международные федерации могут отстранять спортсменов на основании так называемого списка Макларена, закрытой его части. В других мы были несогласны с третьим пунктом того же самого решения исполкома, по которому Олимпийский комитет России не может включать в заявку спортсменов, отбывших наказание за употребление допинга.

Мы основывались на том, что этот третий пункт совпадает с бывшим правилом олимпийской хартии («правило Осаки»), которое было в 2011 году отменено CAS. Кстати, в числе отменявших его был тот самый Ричард Макларен, автор доклада. То правило было признано «не подлежащим исполнению».

Юлия Ефимова была одной из первых подавших иск по поводу третьего пункта, это было 30 июля. Панель арбитров CAS долго рассматривала ее дело, чтобы выработать общее решение, так как все понимали, что потом будут другие похожие иски. Мы заявляли требование признать отказ Ефимовой не подлежащим исполнению. Также мы требовали от ФИНА допустить ее со своей стороны к соревнованиям, обязать ОКР включить в заявку, а МОК эту заявку принял.

Все упиралось в третий пункт решения МОК, который по сути представляет собой «правило Осаки». МОК очень не хотел, чтобы его решение признавали недействительным. Мы сосредоточились на том, чтобы признать правило не подлежащим исполнению. Иначе МОК каждый божий день начнет издавать новые «правила Осаки» и потом не набегаешься в CAS. Так можно и рабство ввести на Олимпийских играх, и такое правило ведь не будет иметь законности.

— Как удалось получить признания от CAS?
— Панель арбитров признала, что у Ефимовой есть естественные права, которые нарушаются исполкомом МОК. Во-первых, это право не получать второго наказания за одно и то же нарушение. В случае с Юлией у нее вообще было сокращенное наказание.

Во-вторых, это право на защиту, право быть услышанным. МОК приказал ОКР отстранять спортсменов без всяких разбирательств, без всякого фильтра, даже если спортсмен совершил ничтожный проступок. Получил дисквалификацию на месяц — значит, уже остаешься без Олимпиады.

МОК говорил, что это правило является фильтром, чтобы не допустить «грязных» спортсменов, но оно не преследует эту цель, раз не позволяет доказывать свою «чистоту». В итоге на основании наличия у Ефимовой естественных прав нам удовлетворили основное требование признать ее отстранение не подлежащим исполнению.

— Теперь решение по делу Ефимовой можно применять к другим спортсменам?
— Правило признано недействительным целиком, и мы тут же сообщили об этом в штаб нашей сборной в Рио-де-Жанейро. Теперь наша делегация в спешном порядке дополняет свою заявку фамилиями тех спортсменов, которые были исключены на основании третьего пункта. Их будет рассматривать МОК и может отклонить или принять, но руководствоваться третьим пунктом уже не может.

— Гребцы Анастасия Карабельщикова и Иван Подшивалов вместе подавали апелляцию в CAS, но если Подшивалова допустили, то Карабельщикову нет. Почему так случилось?
— У них была совместная апелляция, рассмотренная после Ефимовой. Они обжаловали тот же самый параграф решения исполкома МОК. Перед ними панель старалась выработать общее решение и из-за этого так долго заседала. Это требование им удовлетворили.

Однако Карабельщикова не проходит на Олимпиаду из-за отсутствия должного количества сданных допинг-проб, помимо нее отказ с такой формулировкой получили еще 16 гребцов.

— Справедливо ли отстранять за недостаток допинг-проб?
— На мой взгляд, это достаточно политизированное решение, равно как и отказ Федерации тяжелой атлетики России на отмену полной дисквалификации. Ведь Международная федерация тяжелой атлетики руководствовалась всего двумя моментами — докладом Макларена и перепроверенными положительными допинг-пробами, взятыми в Пекине и Лондоне. Это ведь недостаточно, тем более что оба случая не имеют под собой доказательств. По штангистам я еще не видел мотивировочной части решения CAS. Но думаю, они сошлются на автономию швейцарских организаций по части того, кто может быть их членом.

Что касается гребцов, то там налицо нарушения принципа, что закон обратной силы не имеет. Им установили такие критерии совсем недавно, в последние дни перед Олимпиадой.

Почему-то решили, что должно быть именно три пробы за 18 месяцев, хотя спортсмен не может сам позвонить и сказать: «Придите и возьмите у меня пробу».

В гребной федерации посмотрели, что русские сдают в среднем две пробы, решили, что нужно иметь три, а к другим странам такое правило не применяют. Это просто нарушение права на равенство перед законом, правило должно работать одинаково для всех.

— Что делать дальше спортсменам, которые удачно прошли слушания в CAS? Ждать решения тройки МОК?
— Процедура получения допуска на Олимпийские игры очень сложная, трехстадийная. Сначала международная федерация устанавливает свои критерии допуска спортсмена. Затем происходит включение в заявочный лист Национального олимпийского комитета. На этой Олимпиаде этого не требуется сборной беженцев, у которой нет своего НОК. Последним пунктом является подтверждение заявки от МОК.

Необходимость в этой процедуре прописана в олимпийской хартии, но как именно она должна выглядеть, нигде не было сказано. Раньше по умолчанию все предложенные спортсмены получали допуск, дойдя до последней стадии.

— Сейчас все изменилось…
— Да, теперь МОК уточнил, как будет принимать заявки, и все сразу стало по-другому. МОК сказал, что нужно ориентироваться на список Макларена, и тем самым выбил основу из первого пункта получения допуска. Международные федерации взяли это под козырек, сразу заговорили, что такие-то спортсмены не вправе участвовать. Мы начали с этим спорить, начав с дела Владимира Морозова и Никиты Лобинцева, и в итоге МОК выпустил циркуляр, где разъяснил, как международные федерации должны допускать атлетов — не просто глупо и автоматически вычеркивать всех, кого упомянул Макларен, а подумать, действительно ли спортсмен что-то серьезное совершил, прислушаться к его доводам надо. Из-за этого ФИНА три раза кардинально меняла свою позицию и в итоге заняла сторону наших ребят.

— Как теперь по этой схеме получать допуск к Олимпиаде Юлии Ефимовой?
— Она первую стадию допуска прошла — ФИНА ее одобрила. Но застряла на второй, ОКР ее не мог включить. Мы добились того, чтобы и она, и борец Виктор Лебедев, и другие могли пройти дальше. ОКР может теперь вносить их имена в заявку. Теперь слово за тройкой МОК, которая впервые вообще была создана, чтобы процесс принятия заявки перестал быть пустой формальностью.

— Каковы дальнейшие действия российской стороны? Каких стоит ждать новых новостей из CAS?
— Мы не отзываем никакие иски, того же Лебедева. Мы, возможно, подадим еще, чтобы воспользоваться ефимовским сценарием. Велосипедистка Ольга Забелинская, например, может таким образом попасть на Игры.

— Что вы думаете о ситуации, сложившейся вокруг гребца Андрея Крайтора? Его допустили до Олимпиады, но национальная федерация обязала заново участвовать во внутреннем отборе, и он отказался от этого.
— Учитывая, что Крайтор уже отобрался от федерации, на мой взгляд, к нему подошли с не очень честной стороны. Поскольку он прошел отбор, значит, он должен быть допущен. Всероссийская федерация гребли на байдарках и каноэ рисковала получить иск от второго спортсмена, которого направили вместо Крайтора. Спортсмена уже взяли, сдернули его с места, он приезжает в сборную, и тут ему говорят: «Нет, мы «пошутили».

В этой ситуации федерации было очень тяжело с этической точки зрения, и им нужно было выбирать из двух зол меньшее, и так как этот дополнительный заплыв нигде не предусмотрен, его нет в правилах федерации, перед кем-то из спортсменов им следовало бы извиниться.

На мой взгляд, им следовало извиниться перед Иваном Штылем, потому что Крайтор, в отличие от него, завоевал путевку в честном отборе, который проходил вовремя — тогда, когда нужно по правилам.

Ознакомиться с другими новостями, материалами и статистикой вы можете на странице Рио-2016, а также в группах отдела спорта в социальных сетях Facebook и «ВКонтакте».