онлайн-табло
Вчера
Сегодня
Завтра
Развернуть
Юношеская лига УЕФА
Лига Европы

Деревоедов борется с травой

Пресс-конференция Александра Деревоедова

Фото: sport-express.ru

Начальник отдела антидопингового, научного и медицинского обеспечения Федерального агентства по физической культуре и спорту Александр Деревоедов накануне старта Олимпийских игр в Пекине рассказал о проблемах российских сборников с марихуаной и способах найти «необнаруживаемый» допинг.

Александру Деревоедову было задано немало вопросов,большинство из которых сводилось к одному - есть ли шансы, что российские спортсмены на Олимпиаде в Пекине будут пойманы на допинге? Он давал исчерпывающие ответы.

Реклама

— Почему за две недели до Олимпиады идет речь о том, что спортсменов нужно учить правильному поведению?
— Проблема обучения не уйдет никогда. Задача эта была поставлена очень давно, и обучение продолжается на протяжении всего периода нашей работы со спортсменами. Оно не может и не должно закончиться. Мало того, что ежегодно обновляется список запрещенных препаратов, изменились некоторые стандарты WADA … Процесс обучения не остановится и на Олимпиаде. Это нормальная рабочая обстановка

— Можно ли гарантировать, что у спортсменов российской сборной не отберут медали из-за положительных допинг-проб?
— Такой гарантии не может дать ни одна сборная, ни один тренер. Я со своей стороны могу уверить лишь в том, что мы сделаем все необходимое, чтобы такого не произошло.

Все спортсмены на Игры едут «чистыми».

Есть человеческий фактор. Зачастую, сам спортсмен не является главным виновником происшествия. Есть разные советчики, влияния которых не всегда удается избежать. Мы прекрасно понимаем свою функцию в этом вопросе и делаем все необходимое. Насколько понимают другие… наверное, понимают.

— Как быть с моментами, когда личные врачи спортсменов предлагают своим подопечным «чистые» препараты, а потом оказывается, что в организме у человека обнаруживают допинг?
— Сейчас мы ведем работу не только с теми врачами, которые есть в штате. Мы работаем со всеми людьми, кто имеет отношение к спортсмену, участвующему в Олимпиаде. Рассказываем об опасности применения пищевых добавок, различных препаратов. Мы сами везем с собой разрешенные препараты, приобретенные у проверенных производителей.

Но гарантировать, что человеку не придет что-то в голову прямо на Олимпиаде, я не могу.

Максимальную проверку для того, чтобы этого не произошло, мы проведем.

— Каким видам спорта уделяется наибольшее внимание?
— Это, прежде всего, те виды спорта, где мы имеем дело с выносливостью: легкая атлетика, велоспорт, гребля и так далее. Там гипотетически может использоваться очень широкий спектр препаратов. Также мы не упускаем из виду и тяжелую атлетику, и некоторые единоборства. Но особенно это, все же, циклические виды спорта. Если у представителей игровых видов спорта мы берем один, редко — два допинг-теста за указанный период, то в «циклике» можем взять и четыре, и пять, и шесть…

— На каких препаратах спортсменов ловят чаще всего?
— Ну, это традиционно мочегонные — они у нас часто выявляются. Не ушли мы никуда и от стероидов. В некоторых видах спорта сейчас очень популярна марихуана… Это не только у нас — это во всем мире.

Марихуана не запрещена во внесоревновательный период. Если ее выявляют, за допинг она не считается.

Но в Пекине все пробы будут соревновательными — соревнуется спортсмен или лежит у себя в номере – не важно. Поэтому там за марихуану спортсменов будут дисквалифицировать.

— Насколько остро стоит вопрос о применении марихуаны в сборных России?
— Не могу сказать, что это очень большая проблема. Просто, если сравнивать с тем, что было раньше, нужно констатировать появление подобных случаев. Главное, чтобы кто-нибудь не перепутал соревновательный и внесоревновательный периоды. Проблема эта появилась сначала у американцев, потом у наших некоторых игровиков.

Чаще всего мы находим марихуану в молодежках.

Насколько я помню, речь об основных составах сборных в этой связи не идет или практически не идет. Тем не менее, проблема эта все же есть.

— Может ли быть спортсмен исключен из состава сборной за курение марихуаны?
— Каждая федерация имеет право принять собственные меры по отношению к спортсменам, нарушающим правила. Если какая-то федерация примет решение исключить, то это их дело.

— Не будет ли проблем у спортсменов, имеющих проблемы со здоровьем?
— Спортсменам можно принимать по медицинским оказаниям абсолютно любые препараты, включая запрещенные. Другое дело, что для этого необходимо пройти специальную процедуру WADA, которая подтвердит, что человек в этом нуждается. Ограничений никаких нет, главное — соблюдать кодекс WADA.

— Какова ситуация с так называемыми «паспортами криви»?
— На сегодняшний день «паспорта крови» не введены. Есть только договор между WADA и UCI (Международный союз велосипедистов — прим. «Газеты.Ru»). Но и там эти паспорта только создаются. Не думаю, что у нас возникнут серьезные проблемы с превышением уровня гемоглобина. А если возникнут — будем их решать.

— Как ведется борьба с недобросовестными спортсменами, приписывающими себе различные заболевания?
— WADA ввела более жесткую процедуру подтверждения наличия у спортсмена бронхоспазмов, нежели та, что существует в клинической практике. При этом сфальсифицировать результат очень тяжело. Это что касается астмы. По остальным видам заболеваний, вроде бы, ничего особенно и фальсифицируют.

— Как обстоит дело с финансированием антидопинговой программы в России?
— Мы не испытывали проблем с финансированием ни на подготовительном периоде, ни ранее — когда создавалось агентство. Грамотно сформулированные задачи и цели нашей работы всегда находили поддержку, и наши финансовые запросы удовлетворялись.

— Появилась информация, что появились какие-то виды допинга, которые невозможно обнаружить. Как вы будете действовать в этом вопросе?
— Ну, если их невозможно обнаружить, наверное, их и не найдут. Мы пока необнаруживаемых препаратов не выявили (смеется). Из того, что находится в перечне WADA, наша лаборатория определяет все. Все ли туда включено, что можно считать допингом — другой вопрос. Иногда WADA работает быстрее, чем те, кто создает новые виды запрещенных препаратов.