18 августа 2019

 $66.48€73.82

18+

БлогиЕлена Шмараева

Дело житейское

Елена Шмараева

В январе 2002 года три солдата-срочника пошли на танцы в Дом культуры города Пушкино, что в Ленинградской области. Неизвестно, что уж там на этих танцах произошло, но после вечеринки один из срочников убил своего ровесника, 20-летнего курсанта военного университета по фамилии Лабузов. Двое других срочников, Тимур Эседов и Казбек Батырбеков, увидев труп (в убийстве они не участвовали), решили помочь приятелю: увезли тело в парк и закопали. Сначала за такую помощь их поймали и посадили в СИЗО — но потом пришлось отпустить. То, что сделали Эседов и Батырбеков, это и есть «необещанное заранее укрывательство преступления» — то, в чем обвиняли Сергея Цеповяза из Кущевки и, ко всеобщему возмущению, приговорили всего лишь к штрафу. Но Цеповяз, к слову, только бумажки жег, а не тела под кустами прятал.

А срочников, закопавших трупы, отпустили абсолютно законно. Третий солдат, который убивал курсанта Лабузова, скрылся и его не нашли до сих пор. Пока же не найден убийца и не установлен мотив, невозможно понять, было ли убийство умышленным или, например, совершенным по неосторожности. Или вовсе превышением самообороны. В первом случае Эседов и Батырбеков — укрыватели особо тяжкого преступления, в последнем — нетяжкого, и наказания им вообще не положено. Или, может, у них уже срок давности истек.

По житейской логике — жуткая несправедливость. По закону — абсолютно верно. Преступление Эседова и Батырбекова вторичное, и пока не расследовано убийство, за укрывательство наказывать нельзя.

То, что сейчас, стремясь угодить возмущенной общественности, предлагают депутаты-единороссы Шлегель и Сидякин, — ужесточение наказания за необещанное укрывательство — как раз и есть попытка сблизить закон с житейской логикой. Что, конечно, всегда популярно у народа, но всегда ли нужно, вот вопрос.

Именно по житейской логике можно обвинять тех же Pussy Riot. По уголовной статье «хулиганство» состава преступления нет, кричат во всех эфирах виднейшие юристы. Но они же, это самое, бросили вызов обществу в пространстве храма, бубнит в суде следователь, который в своих постановлениях путает слово «сакральный» с «сакраментальным». Девки на амвоне прыгают, бесовство и непорядок, а что там в диспозиции статьи 213, второй ее части, уже не так уж важно, получается.

То же и с делом Расула Мирзаева: конечно, профессиональный боец, да еще и дагестанец, что тут думать, на 20 лет его в тюрьму за русского парня. Здравый смысл и популярная у общественного мнения версия давно вынесли приговор, к чему тут экспертизы и видеозаписи с места происшествия. И следствию, судя по тому, что Мирзаева уже год держат в СИЗО и мгновенно переквалифицируют дело, едва к суду выходят недовольные националисты, житейская логика ближе.

Но этим здравым смыслом, который подменяет собой то анализ доказательств, то презумпцию невиновности, а порой и то и другое сразу, любят руководствоваться не только следователи и судьи.

«Он хороший муж и заботливый папа», — говорили про обвиняемого в педофилии Владимира Макарова его многочисленные защитники, вместо того, чтобы сосредоточиться на том, что доказательства по делу собраны только косвенные, а экспертизы противоречат друг другу. Будто педофил обязательно должен быть агрессивным садистом, еще с рогами и хвостом для пущей убедительности. Те же защитники издевались над хвостом-фаллосом на детском рисунке: мол, это все больная фантазия извращенки-психолога, вон, посмотрите, какие она фотки в соцсетях выкладывает. Вместо того, чтобы разобраться в том, что такое рисуночная методика, и может ли заключение психолога вообще быть доказательством по делу. Ведь в деле Макарова в том и суть, что будь он хоть трижды педофилом, доказательств собрано недостаточно, чтобы посадить. Можно подозревать, обвинить нельзя.

То же и с Иваном Белоусовым, обвиняемым во взрыве столба на Манежке зимой 2007 года. Он мальчик из хорошей семьи и не мог ничего такого совершить — к этому сводились оправдательные речи защитников Белоусова. По той же логике защитникам есть что противопоставить: мальчик из хорошей семьи не просто ходил на «Русские марши» и выступал против «передачи студенческих общежитий кавказцам». Мальчик входил в НСО Дмитрия Румянцева и был не рядовым ее членом, а руководителем ячейки — такой же по масштабу, как «НСО-Север», пять участников которой получили пожизненное за убийства по национальному мотиву. Оперативники грозились даже козырнуть в суде видео, на котором мальчик хвастался, как готовил взрыв, — да изъяли эту запись с нарушениями, поэтому к делу ее подшить не получилось.

И все это — неубедительная работа следователей и оперативников; отсутствие свидетелей; недостаточность улик; обыски, проведенные с нарушением, а потому впустую; перепутанные номера домов в обвинительном заключении — все это и должно было освободить Белоусова из-за решетки, будь он хоть трижды виновен.

В этом и есть отличие закона от житейской логики: что бы там кому ни подсказывала интуиция и здравый смысл, нет доказательства — нет приговора.

И одинаковы невозможны тут и рассуждения в духе «они такие молодые и красивые, так влюблены, какое там двойное убийство», и заключения «сегодня ты сменную обувь не принес, завтра у товарища деньги украдешь, а послезавтра мать свою зарежешь».

Но пока мы все — и обвинители, и пламенные правозащитники — этого не поймем, так и придется переписывать законы под каждого цапковского подпевалу или мальчика из хорошей семьи, кому кто больше нравится.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

  • Livejournal

Уважаемые читатели! В связи с последними изменениями в российском законодательстве на сайте «Газеты.Ru» временно вводится премодерация комментариев.

Новости СМИ2
Новости СМИ2
Новости net.finam.ru
РАНЕЕ: