Пенсионный советник

«Метафорический образ любого российского города — это лавочка у подъезда»

Директор проекта «Чего хочет Москва» Ольга Полищук рассказала «Газете.Ru», чего больше всего не хватает жителям столицы

Елена Мухаметшина 12.08.2013, 13:29
Директор проекта «Чего хочет Москва» Ольга Полищук «Стрелка»
Директор проекта «Чего хочет Москва» Ольга Полищук

Институт «Стрелка» и Московский урбанистический форум запустили проект «Чего хочет Москва», который собирает идеи жителей по улучшению столицы. Профессиональные дизайнеры и архитекторы смогут предложить свои решения в ответ на пожелания москвичей. Их работы будут представлены в декабре на Московском урбанистическом форуме. О том, почему возникла необходимость в общественном мнении и чего больше всего не хватает жителям города, «Газете.Ru» рассказала директор проекта Ольга Полищук.

— В чем смысл проекта «Чего хочет Москва»?

— Мы каждую субботу и воскресенье проводим акции, выезжаем в районы города, где рассказываем о проекте тем, кто про него еще не слышал. Мы начинаем с вопроса: «В каком районе города вы живете»? Спрашиваем, что не нравится и есть ли какие-нибудь идеи, как сделать район немного лучше. Поскольку горожане знают свои районы как никто и именно они лучше всего представляют, что можно улучшить и привнести, нам важно их мнение. Мы считаем, что у каждого человека есть какое-то место около дома, которое он способен облагородить — хотя бы своей идеей.

Выглядит это так: вы заходите на сайт moscowidea.ru, где оставляете свою идею, ответив на четыре простых вопроса, и у вас должно получиться что-то вроде: «Было бы здорово, если бы у меня около дома вместо тира появилось кафе, где я могла бы завтракать каждый день. Так город станет комфортнее, потому что тир — это про насилие». Вы оставляете свою идею, можете даже не подписываться, если вам не хочется этого делать. Самое главное, что вы сделали — поделились с городом неким предложением. Идеи будут приниматься до 20 сентября.

— Что будет дальше?

— С 1 сентября дизайнеры и архитекторы, то есть профессиональное сообщество, изучат этот «банк идей»: они могут вдохновиться какой-то идеей и начать воплощать ее в жизнь либо взять на вооружение конкретную идею, предложенную на сайте, и предложить что-то свое. Хотя мы уже сейчас работаем с компаниями, которым интересен наш проект. У нас есть рассылка с дайджестом самых интересных идей, которые поступают каждую неделю.

В декабре мы хотим представить проекты дизайнеров, созданные благодаря «банку идей», на Московском урбанистическом форуме. Это площадка, где собираются представители департаментов города, эксперты, девелоперы, инвесторы. Проекты могут быть по-разному проработаны. Скажем, какой-то дизайнер предлагает проект озеленения всех крыш в ЦАО. Это хороший проект, но вряд ли реализуемый. Поэтому участники урбанистического форума в том числе будут оценивать проекты на жизнеспособность.

Но все идеи останутся на сайте, поэтому никому ничто не мешает собрать деньги, например, с помощью краудфандинга, договориться с управой и сделать проект, который предложили дизайнеры по конкретной идее.

Хотя мы не можем обещать, что эти идеи будут реализованы. Это эксперимент, мы хотим понять, готовы ли профессионалы работать с идеями людей, готовы ли люди мыслить позитивно. Дизайнеры и архитекторы предложат свои визуальные концепции на предложенные идеи горожан. Эти концепции можно будет представить перед экспертным сообществом на форуме, там же можно будет попытаться выстроить отношения с инвесторами. Ведь сейчас в Москве все хорошие идеи не остаются без реализации. Поверьте, если ваша идея хоть чего-нибудь стоит, то, учитывая, как все меняется в городе последние пару лет, я не думаю, что не существует шансов ее реализовать.

— Как появилась идея проекта?

— Гендиректор института «Стрелка» Варвара Мельникова рассказала мне об американском проекте By the City/For the City, который был представлен на Urban Design Week. Его делал Urban Design Institute в Нью-Йорке. Им удалось собрать за несколько месяцев 700 идей горожан и 120 проектов архитекторов и дизайнеров. Мне попала в руки книга, которая была сделана по результатам этих проектов. Мы пообщались с этими ребятами и поняли, что надо подобный проект делать в Москве, потому что наш город может предложить что-то интереснее, чем Нью-Йорк. Но если в Нью-Йорке эти ребята просто собрали идеи, выпустили книжку и все, то мы понимаем, что нужно идти дальше, пытаться искать какие-то способы для реализации.

— Вы как-то анализируете предложенные идеи?

— На самом деле предложенные идеи — интереснейший ресурс для изучения. Сейчас на сайте уже около тысячи идей. У нас есть аналитическая группа, которая занимается их оценкой — выделяет самые активные районы (это, кстати, Северное Тушино), выявляет общественные запросы, ведь в разных районах города могут оказаться похожие идеи. Это значит, что существует коллективный запрос. К примеру, очень многие пишут о необходимости маленьких рынков у метро, которые будут нормально выглядеть. Об этом пишут те, кто живет в Хорошево-Мневниках, Марьино, на «Тимирязевской», «Выхино» и так далее. Или у нас есть история, связанная с паромами. Если вы смотрите из парка «Северное Тушино» через реку, то видите Речной вокзал. Но, чтобы до него добраться, нужно потратить 50 минут. Поэтому, наверное, было бы здорово, если бы можно было сесть на паром, который ходит, допустим, раз в полчаса, и доехать до другого берега, что заняло бы 10 минут. Такая же ситуация со Строгино и Серебряным Бором. Такой запрос появляется раз в неделю.

— Почему возникла необходимость учитывать мнение жителей города?

— Раньше не было ресурса, который собирал бы такие желания. На самом деле запросы не будут меняться кардинально еще несколько лет. Допустим, запрос на нормальные общественные туалеты, которых в городе нет, будет до тех пор, пока его не реализуют.

У профессионалов появляется возможность предложить свое видение развития Москвы с учетом общественного запроса. Потому что у нас проекты в основном не учитывают мнения жителей. Делают, к примеру, сквер по последним технологиям, и вдруг оказывается, что туда никто не ходит. Выясняется, что это было единственное место, где всю жизнь сидели бабушки, а теперь оттуда скамейки убрали, потому что модно сидеть на газонах. А бабушки сидеть на газонах не будут. То есть важно работать именно с запросами горожан.

Помните, раньше во дворах люди играли в шахматы, были спортивные площадки, бабушки сидели в беседках. Рынок недалеко от дома со свежими фруктами, магазин со свежим хлебом. Мы все съездили в другие страны и увидели, как комфортно может быть устроена жизнь вокруг. И это не значит, что нам нужно из Москвы делать Амстердам, просто нам хочется, чтобы в нашем городе жителям было так же комфортно, как жителям европейских городов. И как раз проект «Чего хочет Москва» заставляет мыслить чуть дальше двери собственной квартиры: и двор, и улицу можно сделать такими, чтобы они стали комфортными для жителей города.

— Но разве не получается так, что к проекту привлечена как раз активная часть — те, кто пользуются интернетом, а те же бабушки остаются в стороне?

— Наша целевая аудитория — люди 24–35 лет, активные пользователи интернета. Вдобавок каждые выходные мы проводим акции в парках, во дворах, где рассказываем о проекте всем. Но я должна сказать, что люди 24–35 лет — это те, кто создает свои семьи, и по большей части они не живут в центре города. Они покупают квартиры там, где могут себе позволить. И вот как раз у них появляется возможность сказать, как можно сделать их районы города комфортными. С этим еще и совпадает тема нынешнего урбанистического форума, которая звучит как «Периферия».

— Какие идеи, уже реализованные в европейских городах, хотят перенести в свой город москвичи?

— Например, жители Перово пишут, что им хочется иметь такой же продуктовый рынок, как «Бокерия» в Барселоне (считается лучшим продуктовым рынком в Европе c демократичными ценами. — «Газета.Ru»). Но знаете, что интересно? Самое частое, что пишут, к примеру, про районные парки: «Хочу, чтобы в моем парке было хотя бы что-то из того, что есть в Парке Горького». И мне кажется, это гораздо более интересный референс, чем Барселона и Стокгольм. И мне кажется, было бы замечательно, чтобы в парке «Лианозово» было хоть что-то, что есть в Парке Горького, потому что, когда я прихожу в Парк Горького в выходные, у меня начинается клаустрофобия от количества людей, которые туда пришли. Но на самом деле важнее, чтобы каждый парк был не похож на другой. Например, в Парке Горького пусть занимаются бегом, а в Кузьминках можно будет кататься на велосипедах, потому что там отличные велодорожки.

У нас множество идей насчет ВДНХ, это замечательное место, но в то же время — это рана на сердце всех москвичей. Вот этот янтарь, мед, сельский рынок, Гагарин, тир, Зорге, что еще… Вы знаете, что в павильоне «Космос» сейчас садоводческий рынок? Очень сюрреалистично все это выглядит. Представим, это все убирается. Я пыталась понять, что бы я могла предложить взамен. Наверное, это должен быть выставочный павильон, чем он с самого начала и являлся. Но местные жители наверняка что-то смогут предложить. Или, скажем, павильон «Кавказ» — может быть, в нем стоит организовать школу шашлыка, сделать крутой мясной рынок?

— Как проект будет выглядеть через год?

— В Москве проводится множество больших конкурсов: если делают парк, то это Парк Горького, если музей — то ГЦСИ (Государственный центр современного искусства) и так далее. А есть небольшие тендеры, такой остаточный принцип, в котором участвуют активисты или небольшие архитектурные бюро. Так что вполне возможно, что, завершив проект, мы сможем сформировать аналитические запросы от жителей города, а дальше организовать совместно с правительством систему тендеров, в результате которых и решались бы эти маленькие конкретные задачи вроде проекта общественного туалета в центре города, который бы не был похож на синюю кабинку.

Я все-таки считаю, что благодаря «банку идей» архитектурные бюро смогут создавать какие-то конкретные проекты. Сегодня найти деньги на проект не проблема. А эти идеи будут как раз вовлекать в их реализацию городских активистов, а дальше и простых жителей города, чтобы как-то попытаться изменить среду вокруг себя.

К тому же я не считаю, что Москва — это центр вселенной. Мне кажется, что могут появиться проекты вроде «Чего хочет Ижевск» или «Чего хочет Челябинск». Сейчас мы посмотрим, как пройдет проект в Москве. Если он будет успешным, то можно будет попробовать сделать сервис, создать отлаженный механизм, а дальше попытаться сотрудничать с департаментами других городов или организовать краудфандинг-платформу для сбора денег на реализацию этих идей.

— Какие вам идеи больше всего симпатичны?

— Мой фаворит — это общественная пасека в Ботаническом саду на ВДНХ. По-моему, это замечательная идея. Она мне понравилась еще и потому, что в тот день, когда я о ней прочла, я увидела, как четырехлетний ребенок моих друзей подошел к дереву и попытался пальцами увеличить листочек на дереве — как он это привык делать на iPad, чтобы что-то лучше рассмотреть. Поэтому такая пасека могла бы стать центром для проведения школьных уроков биологии. Депутат от одного из московских районов — это к тому, что у нас разная публика на сайте — предложил организовать конный путь от метро до парка «Кусково». Тоже интересная идея.

— Вы сами какие идеи предложили?

— Я фанат советской архитектуры. И мне очень нравится проект бассейна «Москва», который раньше был на месте храма Христа Спасителя. Это одно из самых гениальных сооружений, которое было построено в Советском Союзе — круглый бассейн с возможностью спортивного плавания в центре города. Мне кажется, такой бассейн и сейчас нужен Москве, просто где-то в другом месте. Потому что сейчас в открытом бассейне «Чайка» вход 1200 рублей, в «Лужниках» все желающие поместиться не могут. А в бассейне «Москва» в свое время была пропускная способность по 1500–2000 человек за день. Это моя мечта. Вторая идея связана с набережными. Есть замечательные пирсы у Театра Эстрады, например. Там каждое лето сидят люди, причем ведут себя довольно культурно, но они там всегда что-то выпивают. Каждое утро я наблюдаю картину, как дворник убирает тонны стекла. Но при этом рядом есть возможность поставить какой-то «ящик» для стеклотары, куда любой человек может отнести и поставить пустую бутылку.

— А как быть, если условный хипстер захочет реализовать свою несбыточную мечту в Перово, где ее совсем не ждали?

— Я вам расскажу на примере. У нас есть технические подрядчики, у которых мастерская на «Флаконе». И у них там есть на подхвате двое сотрудников — не аудитория «Фейсбука». Один раньше сидел в тюрьме, а второй служил в ВДВ. Ребята летом вытаскивают гриль, кто-то бренчит на гитаре. И в один момент эти двое сотрудников стали своих друзей на «Флакон» подтягивать. Кто-то начал возражать. Один из совладельцев мастерской спокойно подошел к нему и сказал: «Слушай, давай мы тут этого не будем делать. У нас тут гитара, гриль, мы никому не мешаем. Давай, пусть так и будет». Тот согласился. Так что я вправду думаю, что если человеку нравится какое-то место, то он в нем гадить, условно говоря, не будет. Потому что он понимает, что если он тут все сломает, то ему самому это либо чинить придется, либо искать новое место для времяпрепровождения. Мне кажется, это очень хороший пример того, что не надо бояться совмещения каких-то вещей. Все очень боялись первого Дня десантника в Парке Горького после реконструкции. Все СМИ приехали смотреть. Но ничего не случилось. Десантникам раздали арбузы и поздравили. Вряд ли человек, которому дали арбуз, разобьет его о чью-то голову. Потому что нормальное человеческое отношение рождает такой же отклик.

Знаете, есть история про лавочку. Когда у подъезда ставят лавочку, то все его жители разделяются на тех, кому лавочка нужна и кому не нужна. В общем, эта лавочка, мне кажется, метафорический образ вообще любого российского города. Потому что лавочка ставится для того, чтобы там сидели бабушки, дедушки и еще кто-нибудь. Но ночью лавочка превращается в метафизическое явление, называемое «компания подростков или алкашей», и тогда она становится проблемой всего дома. Ответа на вопрос, ставить лавочку или нет, до сих пор не придумали. Так что правых и виноватых нет. Так и у любой идеи есть слабые и сильные стороны. Но в любом случае Москва не сможет стать каким-то европейским городом вроде Амстердама или Стокгольма, но этого и не надо, потому что это Москва — слишком большая и разная. И как раз здесь могут возникнуть вещи интереснее, чем где-либо еще.