«Просят подъехать и рассказать, какие полицейские хорошие»

Очевидцы полицейской зачистки в Тюменской области рассказали, как их били в ОВД

Прокуратура Тюменской области продолжает искать очевидцев полицейского рейда, в ходе которого, как утверждают очевидцы, были избиты десятки посетителей придорожных кафе. Как рассказывают «Газете.Ru» сами пострадавшие, полицейские уже начали давить на возможных свидетелей произошедшего, а в МВД утверждают, что ни один из задержанных избит не был, и называют происходящее «чьей-то провокацией».

В четверг в прокуратуре Заводоуковского района Тюменской области начался прием граждан, готовых рассказать об избиениях, происходивших во время полицейского рейда в ночь на 26 ноября. Поводом для прокурорской проверки, которая продлится до вечера пятницы, послужили публикации на тюменских интернет-форумах. Как писала накануне «Газета.Ru», местные жители рассказывали, что рейд, который сотрудники Заводоуковского ОВД проводили по придорожным кафе, в итоге вылился в массовое избиение. Сотрудники одного из кафе, например, рассказывали, что двух девушек, гулявших со своими молодыми людьми, полицейские без объяснения причин свалили на землю и избили. Другие очевидцы рассказывали, что полицейский спецназ, приехавший на нескольких автобусах, тормозил встречные автомобили, владельцев которых в грубой формы заставлял снимать тонировку со стекол. По словам очевидцев, в общей сложности были избиты около 70 человек.

Как рассказал «Газете.Ru» в четверг еще один пострадавший во время зачистки, Алексей Юмашев, спецоперацией руководил начальник Заводоуковского ОВД Владислав Федоров.

По словам Юмашева, высокопоставленного сотрудника полиции он встретил у бара «Фортуна», когда приехал туда с другом. «Мы с товарищем и подругами отдыхали в кафе «Европа», дело шло к закрытию, а девушки попросили подвезти их до кафе «Фортуна». Выезжая на трассу, мы увидели два фургона со спецназом МВД. У кафе, когда мы вышли из машины, к нам сразу подскочили люди в масках, а затем подошел и Федоров. Мы увидели, что всех посетителей грузят в автобус, а нам полицейские сказали тоже туда садиться. Мы пытались объяснить, что мы не при делах, но нас никто не слушал. Моего товарища ударили, а я предпочел дальше не спорить», — рассказал Юмашев. По его словам, всех задержанных в «Фортуне» привезли в городское ОВД, где уже находились посетители других кафе, в которых прошел полицейский рейд. «Я насчитал человек сто, наверное. Только вместе с нами приехал еще один полностью заполненный автобус, а следом еще один, в котором еще несколько десятков человек было. Нам, естественно, матом сказали стоять у стенки и не шевелиться, пока не позовут откатывать пальцы. При мне один человек попытался спорить, но его побили, а затем и мне добавили за просто так», — утверждает собеседник.

Почему они оказались в ОВД, задержанным никто не объяснял. «Один спецназовец орал, что у него машину угнали и что сейчас все будут отвечать. Потом спрашивали нас всех, нет ли у нас темной 14-й «Лады» с номером, начинающимся на ноль, затем просто привели какого-то парнишку, у которого пакетик травы нашли. Что хотели — неясно. Попутно, конечно, молча поколачивали задержанных. Одного при мне так ударили, что он обделался», — вспоминает Юмашев. Из ОВД его с приятелем в итоге вывел знакомый полицейский, дежуривший в отделении в ту ночь.

Теперь Юмашев собирается нести в районную прокуратуру заявление.

Однако в управлении МВД по Тюменской области настаивают, что никакого превышения полномочий их сотрудники в ночь на 26 ноября не допускали. Ранее в областной полиции подтверждали лишь факт проведения рейда. Представители МВД объясняли, что это была плановая спецоперация под названием «Ночной город», в ходе которой на 15 человек составили протоколы об административном правонарушении за появление на улице в пьяном виде, а также изъяли несколько граммов гашиша и марихуаны. В четверг в пресс-службе региональной полиции «Газете.Ru» заявили, что «сообщения об избиениях не нашли подтверждения в ходе внутренних проверок». «Вчера в ОВД приезжал руководящий состав областного МВД, чтобы проводить комплексную проверку. Ею занимались и кадровики, и сотрудники службы собственной безопасности. Мы знаем также, что прокуратура уже проводит встречи с людьми, на которые, правда, мало кто пришел. По нашей информации, в ходе рейда себя достойно вели и наши сотрудники, и посетители кафе. Агрессии не было, разве что только пьяные женщины возмущались», — сказали в МВД. Также, по словам представителей ведомства, в ночь на 26 ноября в городских больницах медики зафиксировали лишь два случая обращения с легкими ушибами от людей, которые в Заводоуковское ОВД не попадали. «В общем, пока это похоже на обычную провокацию, но пока мы не поймем, кому именно это было выгодно», — говорят в областном МВД.

Правда, Юмашев объясняет отсутствие официально задокументированных в больницах травм несколько иначе. «В городе уже все говорят, что к ОВД подъезжало три «скорых», на которых людей увозили, но до больниц они не доезжали. Мне знакомые, работающие в больнице, рассказали, что было неофициальное распоряжение за день до рейда оказывать помощь побитым в ОВД в машинах «скорой помощи», а травмы не документировать и никого в стационар не класть. Да еще и били они аккуратно, больше до синяков, а насчет переломов не ясно ничего. Не знаю, как сейчас это все доказать, так как полицейские уже начали сами свидетелей искать и просят их дать показания о том, что все законно. Товарищу моему, который со мной в ОВД попал, вот его знакомый уже звонил и просил подъехать и рассказать, какие полицейские хорошие», — сказал он.

О ситуации с негласным запретом на оформление пострадавших в больницах в прокуратуре Тюменской области узнали от корреспондента «Газеты.Ru» и заверили, что проверят и эту информацию.

«Про это мы не слышали, но попытаемся дать этой информации оценку в ходе проверки. Она пока идет, сейчас у нас начался прием граждан, но коллеги оттуда пока не звонили, ничего не сообщали. Как только что-то прояснится, мы выступим с официальным заявлением», — сказали в надзорном ведомстве.

Правозащитники, опрошенные «Газетой.Ru», сомневаются, что прокурорская проверка закончится возбуждением уголовного дела против полицейских. «Шансы в общем минимальные. Тюмень давно известна сильными позициями МВД, они там себе позволяют больше, чем в других местах. Второй момент: тут ключевым доказательством будет именно тяжесть причиненных людям травм, а судя по тому, что били аккуратно, да еще и не оформляли, прогнозы у меня плохие», — говорит глава правозащитной организации «Агора» Павел Чиков. Не факт, считает он, что эффективному расследованию поможет и общественный резонанс: «За последние годы правоохранительные органы научились игнорировать любые общественные информационные кампании, а следователи все чаще работают на фиксацию невиновности полицейских, чем наоборот». Даже если уголовное дело в итоге не будет возбуждено, у потерпевших вряд ли будет шанс получить компенсацию в Страсбурге по причине все того же отсутствия медицинских документов. «Как следует из практики Европейского суда по правам человека, компенсации по такого рода делам практически не присуждаются без справок о телесных повреждениях. Так что пока надежда только на какие-нибудь видеозаписи с камер, установленных в подвергшихся рейду кафе», — говорит Чиков.

Правозащитник Владислав Садыков, расследовавший дело о похожей милицейской зачистке в Благовещенске в декабре 2004 года, согласен с коллегой, но считает, что не меньшую роль в деле могут сыграть и свидетельские показания.

«Да, могут помочь и видеозаписи с камер, и видео с телефонов, если его кто-то делал, но слова свидетелей тоже могут помочь. Это будет доказательством», — объясняет он. Правда, по опыту расследования истории в Благовещенске, которая в итоге привела на скамью подсудимых сотрудников городской полиции, Садыков уверен, что главные проблемы возникнут именно с потерпевшими. «По таким делам нужна планомерная работа, нужно устанавливать потерпевших, свидетелей, опрашивать их», — говорит он. Но чаще, объясняет Садыков, заявители, особенно в маленьких городах, либо боятся обращаться с жалобами, либо просто считают это бесполезным.