Дело убитого Лиходея ожило спустя 17 лет

Мосгорсуд приступил к рассмотрению дела об убийстве главы фонда «афганцев» Михаила Лиходея

Александра Кошкина 22.06.2011, 21:52
Владимир Луковский не признает своей вины в убийстве Михаила Лиходея РИА «Новости»
Владимир Луковский не признает своей вины в убийстве Михаила Лиходея

В Москве начался суд по делу об убийстве главы Российского фонда инвалидов войны в Афганистане Михаила Лиходея и его телохранителя. В преступлении, совершенном в 1994 году, а также в хищении средств фонда обвиняется Владимир Луковский. Подсудимый отрицает свою вину. На первом заседании процесса допрошены брат Лиходея и вдова его телохранителя, которая также является очевидцем убийства.

В среду в Московском городском суде началось рассмотрение по существу дела Владимира Луковского, который обвиняется в убийстве председателя Российского фонда инвалидов войны в Афганистане (РФИВА) Михаила Лиходея и его телохранителя Валерия Нурина. Преступление 17-летней давности рассматривается с участием коллегии присяжных.

Луковский в спортивном костюме и черной кипе разместился в самом дальнем от зрителей углу «аквариума». Суд начался с речи гособвинителя Екатерины Розной. «События, которые мы рассматриваем, относятся к 90-м годам прошлого столетия. Луковский долгое время скрывался за пределами России, пользуясь поддельными документами», — начала она. Но адвокаты (интересы подсудимого представляют три защитника) в один голос запротестовали: прокурор не имеет права касаться в своей речи личности подсудимого и обстоятельств его задержания.

Дело в том, что три года назад Луковский заочно получил срок за убийство Лиходея — 15 лет лишения свободы.

В то время он находился в международном розыске. Задержали его в мае 2010 года на территории Украины с паспортом на имя 50-летнего гражданина Израиля Христо Донова. В январе 2011 года Луковский был экстрадирован в Россию, после чего он заявил о своем несогласии с заочным приговором. Верховный суд согласился с его точкой зрения, и теперь проходит процесс с его очным участием.

«Я хочу сказать, что столь длительный путь к правосудию был связан с объективными причинами, по которым мы не могли рассматривать дело ранее», — поправилась прокурор. Далее она напомнила, что РФИВА был создан для защиты интересов инвалидов-«афганцев» и был освобожден от налогов и сборов. Сразу же появились лица, желающие завладеть средствами фонда. Среди них, по ее словам, был глава фонда Валерий Радчиков. В августе 1993 года он был освобожден от своих обязанностей, и на его место был избран Михаил Лиходей. Но Радчиков не согласился с решением совета фонда и при поддержке части региональных отделений продолжал осуществлять свою деятельность. Фактически в России стали функционировать два фонда с разными расчетными счетами и председателями. Среди лиц, поддерживавших Радчикова, был Луковский. «Значительная часть сотрудников были воинами-«афганцами» и инвалидами войны. Луковский же даже не служил в армии», — отметила Розная, и вновь была прервана возражениями адвокатов.

«Он же себя не называет воином-«афганцем», — выкрикнул возмущенный защитник Артем Тимошев.

«В период 1993—1994 годов он работал главным бухгалтером, заместителем гендиректора, а затем гендиректором промышленной компании «Интерфеникс», созданной для уставных целей и задач фонда, возглавляемого Радчиковым», — продолжала прокурор. Радчиков, полагая, что он и его сообщники «смогут извлечь материальную выгоду из финансово-хозяйственной деятельности фонда», решил устранить Лиходея и, по мнению следствия, поручил исполнение его убийства Луковскому, который привлек своего знакомого Александра Хинца (три года назад был осужден на 15 лет). Именно Хинц следил за Лиходеем и купил детали для изготовления взрывного устройства.

Согласно данным следствия, в ночь с 9 на 10 ноября 1994 года Луковский и Хинц установили взрывное устройство в переговорное устройство лифта в подъезде дома, где жил Лиходей, и на следующий день наблюдали за подъездом с технического этажа дома напротив. Увидев, как Лиходей, его жена Елена Краснолуцкая и два его телохранителя Валерий Нурин и Иван Лесных зашли в подъезд, предполагаемые преступники привели бомбу в действие. Лиходей и Нурин скончались. Краснолуцкая и Лесных получили легкие повреждения. (Как сообщила прокурор, Краснолуцкая являлась членом Союза журналистов и финансовым директором РФИВА и именно она выявила некоторые хищения в этом фонде.)

Прокурор отметила, что вдова Лиходея погибла спустя два года в результате взрыва на Котляковском кладбище во время поминок по мужу.

Далее прокурор приступила к финансовой стороне обвинения. «Подсудимый неоднократно совершал хищения имущества путем растраты и мошенничества», — заявила она. По словам прокурора, в августе 1995 года решением совета РФИВА был создал филиал № 6, директором которого стал Луковский. Средства фонда перечислялись на счет филиала, который оплачивал счета за товары и услуги сторонних организаций. Так, за свое проживание в гостинице, а также своего брата и знакомых им было переведено более 193 млн рублей (без учета деноминации). В марте 1996 года Луковский заключил договор, по которому на средства филиала были закуплены пиломатериалы на сумму 500 млн рублей. В апреле — августе пиломатериалы были переданы ему же. В мае 1996 года было переведено 42 млн рублей для строительства забора и других инфраструктурных объектов к коттеджу Луковского. «В период с августа 1995 года по апрель 1996 года Луковский предложил организациям — партнерам фонда перечислять денежные средства по задолженностям перед фондом на расчетный счет возглавляемого им акционерного общества, — продолжала прокурор. — Более 8 млрд рублей было перечислено. Часть из них пошли на оплату гостиницы и абонемент в спортивном клубе — всего более 144 млн рублей».

По словам обвинителя, многие свидетели по этому делу погибли в результате взрывов и других преступлений, кто-то умер своей смертью.

«Просим учесть этот факт и надеемся, что вы сможете объективно и беспристрастно разобраться в этом деле», — заключила она.

Далее слово взял адвокат Алексей Мошанский, который отметил, что подсудимый не имел мотива для убийства, не готовил преступление и не присутствовал при взрыве, а также не получил в результате гибели Лиходея никакой выгоды.

Он заметил, что в деле присутствуют «несостыковки».

Далее слово взял его коллега Артем Тимошев, который начал с замечаний по речи гособвинителя. Судья Андрей Расновский несколько раз прерывал его, но защитник успел сказать, что Луковский ни от кого не скрывался, не называл себя воином-«афганцем». «Я хочу сообщить, что взрыв на Колтляковском кладбище Луковскому не вменяется, он в этом не принимал никакого участия, — сказал он. — Радчиков тоже умер не своей смертью».

— Он погиб в ДТП по вине его водителя, — возразила прокурор.

— А Лиходей погиб всего лишь в подъезде своего дома, — ответил адвокат.

Он также напомнил, что 15 лет назад произошла деноминация рубля, поэтому миллионы, которые называла прокурор, нужно воспринимать как тысячи. Судья возразил: рассматривается дело 90-х годов, поэтому материалы исследуются с учетом обстоятельств того времени.

«Мы не оспариваем факты перевода денежных средств, но при этом мы говорим о том, что Луковский инкриминируемых ему преступлений в растрате и мошенничестве не совершал, — сказал Тимошев. — Между двумя фондами была война, и он жил в гостинице в целях безопасности».

Далее суд приступил к допросу потерпевших. Первым выступил старший брат убитого Виктор Лиходей.

Он сообщил, что Лиходею все время угрожали и покушались на его жизнь, из-за этого он был вынужден прибегнуть к услугам телохранителей.

Это было ему известно со слов жены Михаила Лиходея Елены Краснолуцкой, которая постоянно упоминала о поступающих мужу угрозах, приходя в гости к Виктору.

После этого суд приступил к допросу вдовы телохранителя Лиходея Венеры Нуриной. Срывающимся голосом свидетельница рассказывала об обстоятельствах смерти своего мужа. В 1993 году Нурин со своим семейством поселились в соседнем подъезде дома, в котором проживал Михаил Лиходей и где было совершено убийство. «Я делала запеканку, у меня не оказалось манки и я пошла к соседям, — говорила она. — В это время произошел хлопок. Дети выбежали и сказали, что к нам постучали в окно. Я удивилась — мы живем на третьем этаже. Я побежала в детскую комнату, выглянула в окно и увидела их машину».

Спустившуюся во двор женщину не пропускали к месту происшествия, но, когда ей все-таки удалось вырваться, она увидела своего еще живого мужа.

«Я спросила его: «Что случилось?» Он на меня смотрел и говорил: «Уходи отсюда», — рассказывала Нурина.

Затем, продолжала она, ее схватили и увели. Спустя какое-то время вышел врач и сообщил, что ее муж погиб, что произошел взрыв и ему буквально «снесло» нижнюю часть тела. Дальнейшие события Нурина, которая во время рассказа несколько раз останавливалась, переводила дыхание, помнила плохо.

— Видели ли вы других пострадавших? — спросила прокурор.

— Там кто-то за голову держался. Боже мой! Там были крики, плач, — ответила она.

По ее словам, Нурин познакомился с Лиходеем в клубе для «афганцев». В 1993 году во дворе дома в главу РФИВА стреляли из ракетницы. В это время Нурин играл во дворе в домино и оказал ему первую помощь. После этого он стал провожать Лиходея с работы. По ее словам, они часто разговаривали о воровстве в фонде и постоянно произносили имя Радчикова.

Далее прокуроры приступили к оглашению протоколов с мест происшествия и судебно-медицинских экспертиз тел погибших. Следующее заседание процесса состоится 28 июня.